Ты попала в Ад, детка... - Анна (Нюша) Порохня

— Люц!!

Эпилог.

Ванда и Гала с ужасом разглядывали своего зятя, который честно пытался им понравиться, но, по их мнению, у него все равно была зверская рожа, и доверять ему не стоило. Их практически приводила в шок его сущность, и они не могли поверить, что их ласковая и нежная девочка связалась с демоном. Но Арина была счастлива, и это единственная вещь, которая немного сглаживала их отношение к этому «исчадию ада».

Люц шатался по земле в поисках Сусанны и, появившись однажды в их доме, моментально понравился теткам.

— Арина, кто этот прекрасный и воспитанный молодой человек?

— Не уверена, что вы захотите это знать, — она с улыбкой наблюдала, как Люц разглядывает себя в большом зеркале и подтягивает вверх идеальную бровь.

— Ну почему же? — Гала практически умилялась ему. — Такой красивый!

— Какая милая женщина! — дьявол услышал комплимент и расцвел в белоснежной улыбке. — Я очень рад познакомиться с семьей Арины!

Он галантно поцеловал руку Гале, а потом Ванде. Низко поклонившись, Люц представился:

— Люцифер.

Тетушки неслись по двору, а Люц бежал следом, протягивая к ним свои изящные руки.

— Ну, куда же вы??? Я хотел бы пообщаться, мне очень интересно…

Амулет вертелся, как сумасшедший, обалдевший от такого присутствия, а чудная троица скрылась в лесу.

— Люцифер совершенно непредсказуем, — вздохнула Арина, представляя, что сейчас происходит с бедными тетками.

— Он найдет свою Сусанну, — Бифронс подошел сзади и обнял ее за плечи. — Дьявол забыл про свой Ад…

— А я помню его, там я влюбилась в тебя, — девушка повернулась к демону и поцеловала его подбородок.

— Признайся, ты околдовала меня?

— Ну, может быть совсем чуть-чуть…

Продолжение " Я подарю тебе Ад" Люцифер

Глава 46 Я подарю тебе Ад. Люцифер

Я сидела на полу и тупо смотрела в белую стену. Где я? Память не хотела возвращаться, как я ни напрягала ее, и лишь какие-то одиночные обрывки вспыхивали, как огоньки, в моей пустой голове. Мне было холодно и, слегка наклонив голову, я с легким удивлением заметила, что мое тело полностью обнажено и перепачкано землей. Меня тошнило, жутко болел позвоночник, а в глазах плясали веселые чертики, вечные спутники моей тошноты. Чертики? Что-то смутно-страшное зашевелилось в душе. Холод и мрак… Я принялась отчаянно чесать ноги, мне казалось, что по ним ползают насекомые.

Я ничего не помнила, будто и не жила вовсе… будто кто-то стер все, чем я жила все это время.

Цепляясь руками за стену, я с трудом встала и, сделав несколько шагов на дрожащих ногах, чуть не упала. Схватившись за деревянную перекладину, я поняла, что держусь за детскую кроватку. Красивую, с прозрачным розовым балдахином и кружавчиками… наверное, в ней спала маленькая девочка… Девочка!

Я почти закричала, когда воспоминание о ребенке резануло грудь. Хватая грязными руками детские вещи, в беспорядке валяющиеся в кроватке, я прижимала их к лицу и выла, как раненая собака.

Шатаясь, я пошла по комнатам, сжимая в руке распашонку и вглядываясь в каждую вещь, по крупицам собирая воспоминания о ребенке. Дочери.

— Эля… Элечка… Господи…

За серым окном сгущались сумерки, открытая форточка монотонно стучала по деревянной раме, и только сейчас я ощутила, как холодно в квартире. Тихо поскуливая, я полезла на окно и вся сжалась, когда мне в лицо подул ледяной ветер, швыряя капли дождя.

Закрыв форточку, я поплелась в ванную, и, когда горячие струи коснулись моей кожи, немного расслабилась, все еще не выпуская распашонку из рук. Воспоминания одно за другим возвращались ко мне, и я испытывала жуткую боль оттого, что не могла вернуть все назад и попытаться спасти себя и свою дочь. Этот монстр со шрамом на лице лишил меня жизни, а самое главное того, что эту жизнь наполняло. Моего ребенка…

С чего начинать, я не знала и растеряно ходила по квартире, укутавшись в теплый халат. Мелкая дрожь не проходила, и даже горячая вода не согрела меня полностью.

В мои мысли пробрался красивый мужчина, который говорил мне странные вещи, когда я находилась в своем ужасном состоянии безмолвия. Он садился напротив меня и рассказывал о своих переживаниях, о трудностях, но мне казалось, что было в этих разговорах нечто страшное и непонятное… но сейчас я не помнила почти ничего. Кем он был? Почему говорил со мной? И какую роль сыграл во всем, что случилось?

Но больше всего меня мучил вопрос: где моя дочь? Сколько времени я находилась в этом ужасном месте и, возможно, она уже выросла? Мне нужно было дождаться утра и начинать поиски. Начинать новую жизнь.

* * * Люцифер ходил по городу и ловил тонкие нити энергий, блуждающих в воздухе, пытаясь поймать из этих длинных потоков энергию его цветка. Демоны, попадавшиеся на его пути, изумленно замирали и почтительно склоняли головы, не обращая внимания на прохожих людей. И он давал им задание — найти девушку, выделить ее из безликой толпы людей и привести к нему. Демоны внимательно слушали его и исчезали, стараясь угодить хозяину Ада.

Дьявол не понимал, зачем ему это нужно, но поиски не прекращал, наблюдая за людьми и их суетливой жизнью. Женщина была где-то рядом, он чувствовал ее. Ее запах. Запах ее плоти, которая была закована в ароматном растении долгое время.

Отчего-то ему хотелось еще раз увидеть эти большие, полные злости глаза, красиво изогнутые брови и длинные волосы, похожие на шелк. Кто смог бы когда-нибудь отвесить ему пощечину или плюнуть в лицо? Это просто невозможно. А она смогла. Не моргнув глазом. Хотя вряд ли девушка знала, кто он на самом деле.

Люцифер тяжело вздохнул и темным облаком проплыл в переулок, поднимаясь все выше и выше к светящимся окнам многоэтажек. За ними копошились люди, как большие тараканы, занимаясь такими обычными делами, как приготовление пищи, ее поедание и сон. Что им было до того, что где-то ангелы воюют с демонами, а сам дьявол притаился за их окнами…

Люц вдруг почувствовал знакомый след энергии и с трепетом потянулся за ним, стараясь не потерять и заглядывая в каждое окно. Когда он увидел ее лицо, то даже отпрянул: ему показалось, что она смотрит прямо на него, но это было невозможно. Девушка стояла возле окна и вглядывалась в темноту. Люцифер вплотную приблизился к стеклу и всмотрелся