Уходя, не уходи - Лилия Фандеева

– Тебя жду. Нам с дочкой так захотелось твоей нежности. Не надо мне напоминать о моей голове, я её на время отключу…

Глава 11

Первый визит Андрей и Евгения нанесли женскому доктору в клинике, где наблюдалась Женя. Осмотрев её и выслушав Андрея, доктор задумалась.

– Евгения Сергеевна, Вы можете сделать МРТ, но пообещайте мне, что при любом диагнозе, лечь в клинику на две недели. Меня волнует результат обследования, но сейчас я думаю, прежде всего, о вашей девочке. Вы волнуетесь и это понятно, только это Ваше волнение противопоказано ей. Здесь ни убеждения, ни уговоры не работают. Всё зависит только от Вас. Дайте себе установку на положительный результат.

– Екатерина Васильевна, сегодня я уже не успеваю, впереди три выходных, а в понедельник с утра я у Вас. Обещаю, ни слёз, ни истерик не будет.

В клинике нейрохирургии их уже ждали. Пройдя МРТ, они ждали результат. Диагноз подтвердился.

– Виктор Владимирович, я буду делать то, что Вы скажете, но дома. Мне нужно минимум два, максимум четыре месяца, пока не родиться малышка, а потом я Вам «сдамся».

– Евгения Сергеевна, я не стану Вас ни в чём переубеждать. Делайте так, как подсказывает Ваше материнское сердце. Я увидел для себя утешительную картину, и буду надеяться, что при соблюдении некоторых правил и приёма медикаментов, мы с вами с этой напастью справимся. Держите рекомендации, ложитесь в стационар и слушайте своего гинеколога. Я жду Вас через два месяца.

– Андрюш, у меня появился шанс, это хороший знак. Мы сейчас куда? – спросила она, держа его за руку.

– Сейчас мы едем в загс подавать заявление, и не надо меня убеждать, что не время, – ответил он, целуя её в висок. – Всё будет хорошо.

– Не буду. На обратном пути завези меня в агентство. Мне нужно поговорить обо всём с Новицким. «Нужно себя настроить на положительную волну, – думала она, по дороге в загс. – Андрей рядом, с Женькой всё, слава Богу, образумилось, с дочкой всё в порядке – это то, о чём я мечтала. Я так долго этого ждала и от меня нужно совсем немного – сохранить то, что есть, – убеждала она себя. – Всё будет хорошо».

Как и о чём договаривался Андрей в загсе, для Евгении осталось загадкой, но приняв заявление на регистрацию брака, им сообщили о дате регистрации. Она должна состояться в 16:30 шестнадцатого марта.

– Почему так быстро? – спросила Евгения, улыбнувшись. – Куда ты торопишься?

– А ты предпочитаешь из загса сразу отправиться в роддом? – обнимая Евгению, спрашивал Андрей. – Распишемся и сразу пойдём в ресторан. Мои родители, Женька, твой дядя с женой и отец.

– А Никита и бабушка? Я позвоню им. К этому времени Женя закончит своё «расследование» и мы либо помиримся с Никитой, либо разойдёмся в разные стороны. А бабушка? Бог ей судья, но пригласить её я обязана. Я хочу пригласить Павла Ивановича и Оксану Юрьевну.

– Я предложение поддерживаю. Жень, пока ты в агентстве, я проедусь по делам минут на пятнадцать, – сказал Андрей. – Освободишься раньше – позвони мне.

Евгения прошла мимо своего рабочего места, поздоровалась с коллегами и направилась в кабинет шефа.

– Лёш, у тебя есть десять минут для разговора со мной, – спросила она, приоткрыв дверь кабинета.

– Входи и выкладывай. Для тебя у меня всегда есть время. Ты собиралась уехать. Передумала или уже вернулась?

– Скажем, не доехала, – ответила Женя и рассказала коротко о событиях последних суток.

– Тебя что смущает в данной ситуации, Полянская? О том, что ты уйдёшь в декретный отпуск, я знаю. Доктора дали тебе отсрочку – это замечательно. Находясь в отпуске, ты поправишься, а когда дочке исполнится год, выйдешь на работу. Какие проблемы, Жень? Ты боишься операции? А не боишься оставить дочь без матери, хочешь уйти не долюбив? – строго спросил он. – Тогда зачем было всё начинать? Рано ты опустила руки, Женька. У тебя появилась возможность стать счастливой, пусть и в тридцать шесть. Неужели упустишь?

– Не упущу, Лёша. Я буду очень стараться. Нагрузи меня работой, чтобы дурных мыслей было меньше. Я возьму с собой ноутбук, а ты сбрасывай мне всё на почту.

– Будешь работать в больнице? – удивился он.

– А почему нет? Я не больна, Новицкий. Буду в курсе всех событий, – улыбнулась Евгения.

– Будет что-то срочное – обращусь. Пусть Потапов работает на агентство, а не на себя. Слушай, а как мне быть с Комаровским?

– Отправляй его ко мне. Не думаю, что наличие беременности как-то повлияет на его отношение ко мне, – улыбнулась Евгения. – Лёш, спасибо тебе большое за поддержку. Звони.

Вернувшись домой, Евгения позвонила сыну. Решили обедать, дождавшись его.

– Жень, я должен тебе кое-что сказать, присядь, – попросил Андрей. – Мне нужно было это сделать до загса, но я, так сказать, ковал железо пока горячо, пока ты не передумала. Жень, будь моей женой, – сказал он, становясь на колено и протягивая ей кольцо. – Я тебя очень люблю.

Евгения не хотела плакать. Она хотела пошутить и принять предложение, но слёзы сами появились на глазах, а в горле появился комок.

– Жень, ты чего? – с тревогой спросил Андрей.

– Как долго я этого ждала, – вытирая слёзы, говорила она. – Ты не заметил, что я всегда ношу только одно кольцо? Кольцо, подаренное тобой восемнадцать лет назад. Давай завтра пригласим твоих родителей и устроим праздник, – говорила она, надевая кольцо. – Я согласна стать твоей женой и уже побывала в загсе.

– Мы устроим праздник, но в квартире родителей. Я позвоню маме, мы расскажем ей о приятных новостях и напросимся в гости. Женька придёт, сядем ужинать и расскажем о загсе, – сказал он, обнимая Евгению и набирая телефон матери.

– Мам, ты собираешься завтра поздравлять отца? Тут такое дело, я сделал Жене предложение и она его приняла. Мы завтра наведаемся к вам в гости.

– Я сегодня разговаривала с Сергеем Викторовичем, вернее он со мной, и хотела уже сама явиться к вам, да отец не дал. Ждём вас к обеду. Женькам привет.

– Жень, а секрета, по ходу, у нас не получится. Твой отец разговаривал с моей матерью. О чём шёл разговор, она не сказала, но настроена воинственно, даже собиралась прийти к нам. Женька пришёл.

– Жень, папа мне сделал предложение, я его приняла и мы подали заявление в загс, – выпалила Евгения на одном дыхании.

– Надо же? Не прошло и восемнадцати лет, – улыбнулся сын. – Почему меня не дождались? Я