Его тайные наследники - Дана Стар

— Не расскажет. Я знаю одну эффективную таблеточку, которая заткнет ей её болтливый рот! Мы с ней уже такое проходили…

Перезваниваю Селиму сам и… неожиданно его благодарю.

— Спасибо, что рассказал мне об этом. Я даже не ожидал от тебя такого. Почему?

То, что он сделал, вводит меня в недоумение.

— Не знаю. Надя мне очень сильно нравится. Правда. Я не хочу, чтобы кто-то причинил ей боль, — удивляет своим признанием, разговаривая со мной спокойным, искренним тоном.

— Ещё твоя курва жена…

— Нет! Бывшая жена, — яро поправил его.

Больше не хочу слышать это, слово «жена», это оскорбляет мою честь.

— С дуру и по пьяни наболтала мне свой грандиозный план о том, как она подставила Надю в издательстве, чтобы её уволить, с целью от неё избавиться и получить её книгу. Провернула целую схему, о которой пьяным языком мне растрепала, считая, что я её друг, раз не перевариваю тебя. Но стерва ошиблась. Я рассказал тебе правду, Тимур. Нужно срочно что-то с этим делать. Твоя ненормальная бывшая захотела украсть дело всей жизни Нади, используя трюк с поддельной подписью и псевдонимом.

На второй линии звонок от отца.

Я его игнорирую.

Но он не сдаётся, продолжает названивать. Собирается высказать всё по поводу того, что я опоздал на рейс, поэтому я нарочно не беру трубку.

— Тимур, ты слышишь меня? Она ещё что-то про двойняшек мне бормотала… Не знаю может у нее кукушка окончательно поехала, но она бормотала, что Тимур ни за что не должен узнать, что сыновья Нади… твои.

Глава 32

Тимур

Резкий поворот. Не успеваю справиться с управлением, меня заносит, несёт прямиком в сугроб. Бам! Сильный удар, машину всю накрывает снежной лавиной, даже срабатывает подушка безопасности.

— Тимур! Тимур!!!

Отрываю голову от руля.

Вроде живой…

Лоб болит, наверно там шишка размером с орех вырастет.

— Я здесь.

Машина не заводится. Прекрасно!

— Не выпускай Ирину, хорошо? Запри её в комнате, пусть проспится! Я приеду немного позже, сам с ней разберусь. У меня есть важное дело.

Пробую выбраться наружу. Кое-как выходит, из-за того, что двери заблокированы снегом.

Спотыкаюсь. То ли о валун, то ли о ветку дерева, припорошенную снегом, и мой телефон улетает в сугроб. Так и не услышал, что там Селим ответил. В телефон попала влага и он сдох.

Осмотрелся — кругом глушь и тишина. Темень беспросветная, ещё и холодина адская. Придётся пешком дальше шуровать, вроде здесь недалеко должно быть. Если не изменяет память по навигатору — идти прямо ещё метров триста и окажусь в коттеджном посёлке.

Бросаю тачку, и в путь.

Проклятье!

Чертыхаюсь, дрожа от лютого холода, ползу по пояс в снегу, таща на себе огромный красный мешок, набитый подарками.

Машина застряла в сугробе, телефон упал в снег и вышел из строя, сам я заблудился. Иду как слепой котёнок по лесу, засыпанному снегом. По идее, тот посёлок должен был быть в десяти минутах ходьбы, но я, вероятно, сбился с пути, уже ног не чувствую… Зубы отбивают дробь, а снега полное пальто дедморозовское набилось.

Я знал, что они ещё утром уехали в домик, но сам лично здесь не бывал. Что ж, замерзну и всё на этом. Так и не успею рассказать Наде о своих чувствах. Всё гадаю, какую последнюю фразу Селим сказал. Связь сильно барахлила, он что-то про двойняшек говорил, но я не расслышал.

Сил больше нет. Я очумел от холода, больше не могу. Мешок падает из рук, а я валюсь боком в сугроб. Неужели это всё? Но впереди вижу какой-то огонёк, он стремительно ко мне приближается, вместе с этим раздаётся лай.

Проходит всего несколько секунд, вдруг я чувствую на своём обледенелом лице тёплый, слегка шершавый язык. Это пес. С белой шерстью, вроде бы. Он скулит и облизывает мне лицо, пытаясь привести в чувства.

— Молодец, Север, молодец!

Слышу знакомый голос и вот за секунду согреваюсь. Мне становится тепло и хорошо, потому что надо мной склоняется размытая фигура, переворачивает, положив ладони на лицо.

— ТИМУР? — задыхаясь, охает она, стянув с меня бороду. — Но ты же… как ты здесь? Ты уехал?

— П-передумал. Прости меня Н-Надя… Прости…

— Вставай, ну же, давай! Пошли в дом, сейчас я тебя отогрею.

Собрав все силы, кое-как добрёл до дома, не без помощи Нади.

— Это мальчишкам и Северу надо сказать спасибо, они тебя в окне заметили. Север такой вой поднял, что я испугалась. Присмотрелась, человека увидела в красном пальто, ужас какой.

Если бы не Север и не костюм Деда Мороза, я бы точно превратился в кусок ледышки.

Надя завела меня внутрь домика, здесь было ярко, уютно, тепло. Пахло хвоей, апельсинами. В центре просторного холла стояла сияющая ёлка, неподалёку от неё — обеденный стол. В общем, во всю ощущалась атмосфера праздника.

— Садись у камина, — помогает мне сесть. Затем помогает снять мокрые шмотки. Меня знобит, но мне уже лучше. — Сейчас я поднимусь наверх, поищу какую-нибудь одежду. Здесь жил сын хозяина, должно что-то остаться. Надеюсь, он не обидится, если мы у него одолжим штаны.

Мальчишки крутятся рядом. Узнав меня, пищат от радости.

— Дядя Тимур! Ура! Ты приехал!

Когда Надя выдала мне одежду, а затем обернула в плед, они подскочили ко мне и с двух сторон обняли.

— Мы знали, что вы приедете. Вы ведь мужчина, вы дали слово.

— В смысле я приеду? Эээ… — озадаченно посмотрел на Надю.

— Я им всё рассказала, — жмёт плечами, сидя рядом, — по твоему совету. Мы сели с мальчишками и поговорили по душам. Я просто… очень расстроилась после нашего последнего разговора, вот и выдала правду. Что их папа вовсе не Дед Мороз… А тогда в торговом центре — это был ты. Так совпало случайно.

— Понятно, — с грустью вздыхаю. — Мне очень жаль. Я изменил решение. Понял, что вы… вы мне дороже всего.

Без слов. Надежда придвинулась к нам и обняла уже всех нас троих.

— Спасибо тебе, Тимур, за эти слова. И я так счастлива, что ты приехал! Но что с тобой случилось? Ты мог погибнуть! — уже сердито.

Это точно. Так как на улице минус двадцать.

— Машину занесло, а телефон утонул в снегу.

Впереди показалась белая мордашка, с умными, голубыми глазами — меня опять лизнули в нос.

— Эй, приятель, а ты здесь откуда?

— Это Север — пёс хозяина коттеджного посёлка. Мы его очень любим, а он любит мальчиков. Когда приезжаем, берем его с собой