Факультет Элиты. ЭльФак - Кира Тигрис

— Всего на пару минут? — с энтузиазмом прошептал он, словно я ему предложила забить решающий гол в чемпионате, а не примерить платье. — Не слабо! Ты думаешь, что я не справлюсь с обычным платьем? Что я — грубый неповоротливый мужлан? Ха! Да в Древней Греции в таких легких туниках весь сенат ходил!

В общем, он это сделал! Вернулся в свою комнату и через пару минут вышел оттуда… в самом модном греческом платье этого сезона! Нет, он совершенно не был похож на страшную крупную тетку сорока лет! В белых складках просторной одежды, Лео был похож на молодого греческого бога из какой-то прекрасной древней легенды. Именно так, должно быть, выглядел герой Ахиллес или же сам Аполлон!

Получается, что тут дело было совсем не в одежде, а только в человеке, на котором она надета? И у Лео хватило мужества мне это доказать.

Я даже не смогла сдержать эмоций, негромко присвистнула и добавила вполголоса:

— Блин! Круто! Тебе нужно было идти в модели!

Леон густо покраснел и, смущаясь, произнес:

— Тебе тоже идет моя футболка и джинсы! Хотя в платье ты была бы краше!

Эх, если бы только нашими стереотипами можно было поменяться так же легко! Я буквально не могла отвести глаз от растерянного парня. И как он умудрился надеть платье, ни разу его не порвав? А самое главное — зачем ему все это нужно? Кому вообще нужна в этой жизни красота и комплименты? Почему жизнь так противоречива? Как так вышло, что такой крепкий и сильный с виду парень оказался внутри ранимым и хрупким, как девчонка?

— Странное какое-то платье! — вздохнула я слегка разочарованно. Я-то надеялась хорошенько поржать, думая, что в плате парень будет похож на неуклюжую полноватую Фрекен Бок. Но в итоге все вышло совершенно по-другому, — и… блин, ты все такой же крутой мачо…

— Спасибо, Джинни! — ответил он, смущённо опуская глаза. — Теперь твоя очередь его примерить. Это совсем не страшно.

— Ой, всегда, пожалуйста, Принцесса!

— Принцесса? — в унисон раздалось сразу несколько низких ребячьих голосов за моей спиной. Я резко обернулась.

Там стояли уже знакомые мне Лизин Ковбой, ничейный Вампир, никому не нужный Тедди и мой Пират. Оказалось, что я забыла закрыть за собой входную дверь после того, как прогнала курьера. Пока мы с Лео примеряли шмотки, парни просто-напросто тихонько вошли в наш номер. Блин, неудобно-то как вышло!

Несколько долгих секунд незваные гости молча стояли, хлопая глазами и переводя ошарашенные взгляды с меня на Лео и обратно. Первым заговорил знакомый белокурый парень, в котором я тут же узнала своего вчерашнего Пирата. Правда сейчас он был куда как менее обаятелен, воспитан и учтив, чем вчера, когда я была в платье и косметике. Он, кажется, совершенно меня не узнал, смерил самым презрительным взглядом и протянул в своих ладонях крупные куски разбитого горшка из-под цветка.

— На мой новый мотоцикл с вашего балкона свалилось вот это дерьмо! — резко заявил он. — Разбито зеркало, испачкана ручка! Кто оплатит мне ремонт? И побыстрее! Скоро я участвую в гонке Дьяволов!

— Горшок не наш! Платить ничего не будем! — резко ответила я, копируя его грубый и нахальный тон. — Не надо было ставить свой байк на газоне под окнами!

— Слышь ты, борзая! — вчерашний «милый и нежный» Пират грубо толкнул меня в плечо. — Гони сюда бабки! Что у вас тут? Шоу уродов?

Тут все трое окружили Лео, уставившись на него, как на монстра-мутанта. От неожиданности, стыда и страха бедняга не мог ни пошевелиться, ни сказать хоть слово в свою защиту. Они набросились на него, как стая гиен на молодого льва.

— Вот это уродина! Ща сблюю!

— Жесть, какая страшная девка!

— Это баба или мужик? — пробасил Тедди.

Первым назад попятился побледневший Вампир, повторяя себе под нос различные ругательства и:

— Парни! Это же Леон! Леон Норгенштерн!

За ним поспешил Ковбой, не переставая, чертыхался.

— Черт! Лео? В платье? Ему все мозги на боях отбили!

А мой дорогой Пират, который еще вчера был образцом скромности и воспитанности, достал из кармана модных джинсов сотовый телефон и громко заявил:

— Сейчас это будет на моем канале! Парни, прямой эфир!

Побледневший Лео выглядел так, будто он сейчас расплачется.

Нужно было что-то делать. Срочно что-нибудь соврать. Но что тут скажешь? Какой же сладкой должна быть ложь, чтобы скрыть такую горькую правду? Поэтому в ход пошли мои едва зажившие кулаки…

Первым по лицу получил рыжий Ковбой. Потому что он оказался ближе всех и потому что громко кричал: «Лео — голубой!». За всех униженных и несправедливо оскорбленных, мой кулак зазвенел ему прямо в челюсть.

Дальше я оказалась возле Пирата и выбила из его рук новенький телефон. Он покатился по полу, стекло тут же покрылось густой сеткой трещин.

— Ах ты крыса! — закричал он и тут же нарушил свой «несокрушимый пиратский кодекс чести — никогда не поднимать руку на слабый пол», со всей силы заехав мне в плечо. — Ты хоть знаешь, сколько он стоит? Дороже твоей жизни, уродка!

Пират замахнулся на меня снова, в этот раз намереваясь ударить по лицу, но я его опередила.

— Ты нарушил кодекс чести пирата! — быстро затараторила я. — Ты поднял руку на слабый пол! И потому будешь отправлен на дно океана и съеден гигантским осьминогом-монстром!

— Что? Эй! Откуда ты знаешь про кодекс пирата?! — ярко-голубые глаза парня округлились от шока, его кулак завис в воздухе, а затем сам собой разжался. — Ты слишком страшная, чтобы считаться прекрасным полом!

Лео по-прежнему стоял в трансе, не двигаясь с места. Его репутация была мертва, теперь за ним, как черный дым за гаснущим факелом, всегда будут ползти насмешки, издевательства и сплетни…

— Отвалите от него, придурки! — закричала я. Однако, разъяренная троица и не думала бросаться на Лео, они окружили меня плотным кольцом и потирали кулаки, предвкушая отличный неравный бой. — Норгенштерн проиграл в споре, и теперь он должен выполнить «фант»! Парень держит свое слово, как бы тяжело ему не было! А вам так слабо?

Все трое замерли на месте и принялись переглядываться.

— По условиям спора ему нужно надеть платье и обойти вокруг ВИП-корпуса общаги!

— Чего, реально? — спохватился Ковбой, зажимая разбитую губу. Он со страхом взглянул на бицепсы Леона. — Блин, бро,