Море света - Шей Шталь

Я пристрастилась к тому, как он пробуждает во мне всевозможные эмоции своим диким способом, и я в ужасе от той лжи, которую, как мне кажется, он скрывает. К горлу подступает тошнота, когда я думаю о кольце. Хочу найти Линкольна, умолять его рассказать мне правду, и я знаю, что он, вероятно, этого не сделает.

ГЛАВА 25

Цена с судна — сумма, которая выплачивается рыбаку за рыбу.

Вытряхиваю сигарету из пачки. Прикурив, кладу зажигалку в карман и быстро делаю затяжку, которая успокаивает. После двух затяжек смотрю вниз на потрескавшуюся, трухлявую древесину пирса, которая ходит ходуном под моими ногами, в то время как океанский бриз дует мне в лицо. Ощущая соленый привкус воздуха на языке, вдыхаю дым, переключаясь в мыслях с нее на Деверо и на то, что он у меня отнял.

Я не планировал давать ему кольцо. Но у меня не было денег ни на ремонт лодки, ни на оплату штрафов. Помните, я говорил, что Бэар потопил лодку? Это правда. И это была не наша лодка. Оказалось, судно принадлежало портовому чиновнику. К сожалению, именно так я вляпался в темные дела Бельмонта. И с тех пор я сожалею о каждом мгновении. Между штрафами, которые на нас наложил порт за незаконную… ладно, за отсутствие противопожарной системы на нашей лодке, и ловлей несезонных видов рыб, мы были в полной заднице. Нам грозил штраф в пятьдесят тысяч долларов и, возможно, явка в суд. Когда вы лишь пытаетесь рассчитать количество рыбы за год и стараетесь удержаться на плаву, то заключаете сделки, чтобы выбраться из ямы, в которой оказались.

Это именно то, что я сделал. Заключил сделку с дьяволом.

Деверо стоит рядом со мной, засунув руки в карманы. Он вздыхает и смотрит себе под ноги.

— У меня нет кольца.

Гнев волнами накатывает на меня. Поворачиваюсь к нему. Смотрю на него в упор.

— Где оно?

— Спроси свою подружку, — он фыркает, не сводя глаз с приближающихся лодок.

Причал раскачивается туда-сюда. Я стискиваю челюсть, не в силах понять, куда он клонит.

— Что?

— Она бросила кольцо в чертов океан.

Вот почему Деверо искал ее прошлой ночью. Гребаный неудачник. Подарил девушке кольцо, будучи женатым. Не могу сказать, что я более порядочный, чем он, возможно, даже хуже, но он отдал то, что ему не принадлежало и должен расплатиться за последствия своего дерьмового поступка.

— Это было кольцо моей жены.

— Я бы дал тебе денег, но я развожусь. Я не могу скрыть вывод средств со счета.

— Думаю, ты узнаешь, каково это быть кормом для рыбы. — Хватаю его за воротник куртки и притягиваю к своей груди.

К моему удивлению, Деверо не выглядит таким напуганным, каким был, когда я угрожал ему на днях. Теперь он выглядит удивленным. Как будто знает что-то, чего не знаю я. Уголки его рта приподнимаются в полуулыбке.

— У меня к тебе один вопрос.

Я ничего не говорю, но жду.

Он ловит мой обжигающий взгляд.

— Она знает?

Я хмурюсь, моя хватка ослабевает.

— О чем, бл*дь, ты говоришь?

— Джорни.

Мое сердце сжимается при упоминании ее имени.

— Знает что?

Мне ненавистна месть в его глазах.

— Что твой брат был капитаном судна, на котором погибли ее родители?

Как и в других случаях, когда я был на грани, я не помню, как ударил его. Не помню, как вытащил свой нож, и не помню, как его выбили у меня из руки или когда Деверо перестал сопротивляться. Может быть, он вообще не сопротивлялся. Помню, как Бэар оттаскивал меня от Деверо, а чиновники из Fish & Game помогали ему подняться.

Деверо удирает от меня, вытирая окровавленный рот. Смотрит на свою руку, а затем снова на меня.

— Не могу дождаться, чтобы увидеть, чем это закончится, — рычит он, сплёвывая кровь.

— Ты, бл*дь, издеваешься надо мной? — Бэар уставился на меня, запустив пальцы в волосы и тяжело дыша. — Вот почему мы здесь? Чтобы ты смог ее найти?

Снимаю фланелевую рубашку и обматываю ею кровоточащие костяшки пальцев.

— Не. Вмешивайся. — Это больше, намного больше, но я не собираюсь говорить об этом брату.

— Боже, твою мать, — он стонет, следуя за мной к нашей лодке. — Ты увяз по уши.

Я хватаюсь за трос, готовясь отчаливать.

— Заткнись и садись в чертову лодку.

Хотя Бэар прав. Я увяз по уши и не знаю, как выбраться. Это чудовищный бардак.

— Что, черт возьми, происходит? — Бэар кричит на меня, когда мы заходим в рулевую рубку. — Почему ты избил Бельмонта?

— Он потерял то, что ему не принадлежало, — огрызаюсь я, швыряя карты с дороги.

— Кольцо Афины?

Это кольцо принадлежало моей маме, его подарил ей отец, и оно должно было быть похоронено вместе с Афиной. Только мама не разрешила и вернула его мне. Сказала отдать его Атласу, и когда-нибудь он подарит его своей жене. Я все испортил. Из-за чего? Чтобы мы с Бэаром не попали в чертову тюрьму.

И все же, как Бэар узнал?

— Как ты узнал об этом?

Бэар скрещивает руки на груди, на его челюсти заходили желваки.

— То, что я не всегда ясно мыслю, не означает, что я тупой. — Брат опускает руки, на его лице отражается разочарование. — Зачем ты дал Деверо кольцо? Ты мог дать ему что угодно, только не его.

— Я дал ему кольцо, чтобы мы не оказались в гребаной тюрьме.

— Тебе не следовало этого делать.

— Какой у меня был выбор? — кричу я, глядя ему в лицо. — Что, бл*дь, ты бы сделал?

Застонав, Бэар качает головой. Он знает, что мы ни к чему не придем.

Если бы я был умнее, я бы уехал из этого города сейчас. До того, как вляпался по уши.

Если бы я был умнее, я бы вообще сюда не приезжал. Как оказалось, я чертовски глуп. И зациклился на девушке, которую никогда не смогу забыть.

ГЛАВА 26

Внутренние наблюдатели — лица, нанятые в частном порядке, которые находятся на борту рыболовных судов для обеспечения законного вылова промысловой рыбы различных видов.

— Где ты была?

Я останавливаюсь, замирая. Обернувшись, смотрю