Ночные птицы - Кейт Армстронг

Крастан заверил, что с ними все в порядке. Но Матильда хотела убедиться в этом, поэтому улизнула из Подполья, сменила облик и отправилась к дому. Конечно, другим Ночным птицам – а также Крастану и Алеку – не понравились бы ее прогулки. Но ей не угрожала опасность, ведь она выглядела как другой человек. В свою первую вылазку она прошла мимо калитки их сада. Ей с трудом удалось разглядеть в окнах дома родных, но она не осмелилась останавливаться из-за патрулей смотрителей. Она считает чудом, что понтифик отпустил ее семью. Но, с другой стороны, у него всего один голос в Совете. Политики – представители Домов, – видимо, загнали его в угол. Либо он что-то задумал и лишь выжидает удобного момента. В любом случае его молчание не продлится вечно. В этом Матильда не сомневается. Но что произойдет, когда понтифик объявит, что она владеет магией? Найдет ли Эпинин Вестен возможность добраться до нее, а после и до других Ночных птиц? Будет ли церковь преследовать их, лишив надежды на спокойную жизнь?

– Ты так и будешь стоять там или все-таки подойдешь и поможешь мне? – вырывает ее из задумчивости Алек.

Она улыбается и обходит стол:

– Что мне нужно сделать?

– Вставай сюда. – Он подталкивает ее к ступке, в которой лежат тонкие листья. – Растолки их.

Матильда берет пестик и принимается за работу. Остро-пряный аромат трав наполняет нос. И в голове возникает мысль: а как хорошо они горят?

– Почему ты не готовишь зелье в лавке? – спрашивает она.

Алек пожимает плечами:

– Крастан не так часто приходит сюда, а у меня есть проекты, о которых ему не следует знать.

Матильда слегка толкает его бедром:

– О, ты снова вступил на опасную дорожку.

Он слегка пихает ее в ответ:

– У меня много скрытых талантов.

Несколько минут они работают в тишине. Раньше они бы подтрунивали друг над другом, но сейчас Матильда не знает, что сказать. Все изменилось.

– Ну, – наконец говорит Алек. – Как это ощущается?

Ее сердце сбивается с ритма.

– Ощущается что?

– Когда ты используешь магию.

Эти слова затрагивают клубок эмоций. Как это ощущается? Словно… лишился единственного якоря.

– Ошеломляюще. – Используя магию, Матильда чувствует себя танцовщицей, под ногами которой земля вдруг стала мягкой, отчего каждый ее шаг не такой уверенный, как раньше. – И волнительно.

Ей нравится ощущение могущества, которое ей дарит магия. Но чем больше она использует свои способности, тем сильнее убеждается, что никогда не сможет вернуться к прежней жизни. Она поняла, что лишилась… уверенности. Раньше Матильда знала, кто она и чего ждать в будущем. Она была Ночной птицей и леди Дома Динатрис. А кто она теперь?

– Каково это – узнать, что и другие обладают твоим талантом? – спрашивает Алек. – Лейла, кажется, очарована тобой.

Девушка с зеленым огоньком. Матильда улыбается:

– Она мне тоже нравится. Да и все они.

Конечно, поначалу ее немного выбило из колеи, что, как деликатно выразилась Джасинта, Матильда не такая особенная, как ей твердили с детства. Это все еще немного давит на нее. Особенно то, что никто из девушек, которых она встречает тут, не родился в Великих Домах. Хетти, управляющая воздухом, – дочь кузнеца. Лейла… ну… Как поняла Матильда, какой-то матрос высадил ее на причале и уплыл в море. Несколько недель назад Матильда и не взглянула бы на своих новых знакомых, посчитав, что у нее с ними нет ничего общего. Хотя, родись они в других обстоятельствах, могли бы стать Ночными птицами.

Но здесь, в Подполье, они все равны.

– Теперь понимаю, что ты имел в виду, говоря, что я – защищенная птичка, – произносит она, не глядя на Алека. – Я не представляла, как живут некоторые девушки.

– Ну… У тебя и не было причин знать это.

На ее языке разливается горечь. Молчание затягивает, требуя от нее признания. Матильда вдруг понимает, что не хочет прятаться от Алека.

– По правде говоря, я скучаю по прежней жизни, – тихо говорит она, – и семье. И чувствую себя потерянной.

Алек хмурится:

– Ты бы снова стала Ночной птицей?

Матильда сомневается, что смогла бы после всего произошедшего отдавать другим частичку себя.

– Нет, – признается она. – Но я бы с радостью каждый день принимала ванну. Ты же знаешь, я немного разбалована роскошью.

– Перемены могут быть и к лучшему. – Алек встречается с ней взглядом. – Они открывают новые возможности.

Возможности. Матильда опускает руку в карман и обхватывает металлическую птичку Деннана. Когда она впервые изменила внешность и отправилась домой, по пути отправила ему сообщение: «Не беспокойся за меня. Все хорошо. И под этим я подразумеваю, что все еще жива». На следующий день она забралась на чердак лавки Крастана, где спрятала металлический диск, и увидела, что птичка уже там.

«Что произошло после того, как вы уехали из клуба? Где ты сейчас?» – написал Деннан.

«Не могу рассказать, – ответила она. – Вечер закончился…»

Матильда наслаждается тайными вылазками в город и краткими моментами, когда можно погреться на солнышке. Но это пробуждает в ней страхи и разочарование. Она не может вечно прятаться в Подполье. Но и вернуться к жизни в городе просто так не получится. Ей требуется план – как защитить семью, Ночных птиц и свое имя.

Она касается пальцами последней записки Деннана: «Хорошо. Но я буду ждать, когда ты сможешь мне рассказать. И мы вместе найдем способ, как все исправить».

Матильде хочется верить ему, но любой неосторожный шаг может изменить ее будущее. Она пока не решила, что делать дальше.

Алек кивает на ступку, в которой она лениво разминает траву.

– Твоя техника ужасает, Тильда.

Она решает пофлиртовать.

– Так покажи мне, как надо. – Ее слова звучат как вызов, но она не сомневается, что Алек отшутится.

Но вместо этого он встает у нее за спиной.

– Не дави на траву, – говорит он. Его мягкие кудри касаются ее щеки. – Ее нужно растирать.

Он кладет ладони поверх ее рук и наклоняет пестик под углом. Грубые мозоли слегка царапают ее нежную кожу.

– Если вдруг интересно, я люблю перемены, – говорит Алек, прижимаясь к ней. – Это похоже на алхимию. Ты соединяешь два компонента, предполагая, что произойдет, но даже маленькое изменение в процессе может все поменять.

Магия Матильды пробуждается, горяча ее тело и нагревая воздух в мастерской.

– Не думала, что тебе нравятся подобные игры.

Его губы почти касаются ее уха.

– Я не люблю играть. Но не против рискнуть. Испытать судьбу. Пройтись по новому пути.

Они уже не растирают траву, а застыли, прижавшись друг к другу. Аромат феннета и пепла окутывает Матильду. В голове всплывают слова бабушки, сказанные в саду: «Но часть моего сердца никогда не покидала мансарду над лавкой Крастана. Ведь я нашла там то, чего больше нигде не находила».

И все же она ушла от Крастана и позволила семье сделать за нее выбор.

«Я выполнила долг. Для таких, как мы,