Варвар Лорен - Руби Диксон

Думают ли Харлоу, Лиз и их пары, Вектал и Рокан и все остальные синие инопланетяне, что мы с Марисоль мертвы? Никто никогда не искал нас, но дорога с острова и чуть не погибший К'тар показывают, что вода слишком опасна для путешествий. Даже сейчас я смотрю на темные воды вокруг нас с ужасом. Я не могу дождаться, когда сойду с этого плота и вернусь на берег.

Я задаюсь вопросом, конечно, слишком поздно, будут ли они рады большему количеству ртов, которых нужно накормить. Я никогда не переставала думать о том, хватит ли еды на всех. Конечно. И мне интересно, что произошло за тот месяц, что нас не было. Кто-нибудь еще откликнулся? Они построили убежища?

Виллу нашли? Или она… мертва? Мне не нравится думать об этом.

Я стряхиваю пепел с рук, наклоняясь вперед. Не похоже, что это поможет делу сдвинуться с мертвой точки, но я все равно чувствую необходимость наклониться. Я горю желанием вернуться к остальным, доставить К'тара и его людей на берег. Чтобы набить их животы горячей едой и показать, что да, есть другие люди, и они хорошие, и мы все можем счастливо жить вместе на пляже.

Надеюсь. Боже, я надеюсь. Я видела, как уживаются три разные клана, они ссорятся и дерутся, но три сплоченных плота говорят мне, что они готовы работать вместе ради общего блага. Надеюсь, мои голубые парни будут чувствовать то же самое к голубым парням Харлоу и Лиз. Я так нервничаю.

Нравится мне это или нет, но пути назад нет. Нет острова, на который можно вернуться. Пепел, падающий мне на руки и в волосы, является доказательством этого. Если они не хотят, чтобы мы были с ними… мы просто пойдем куда-нибудь еще. Мы можем сами разобраться, как добыть еду, и я немного помню, как разводить костер. Мы справимся. Шаг за шагом, вот и все, что нужно.

Но затем наши плоты скользят к берегу, уносимые набегающим приливом. Никто у дальнего костра еще не заметил нас, так как мы довольно далеко от скалистого пляжа. Тем не менее, ужасно холодно, и З'рен издает беспокойные звуки, пока я плотнее не прижимаю его к груди, уютно устраиваясь под слоями меха.

Не обращая внимания на холод, Р'Джаал и К'тар выбираются и вброд добираются до берега, затем направляют цепь плота, подтягивая нас вперед. Один за другим мы ступаем на сушу, и мои ноги подкашиваются от облегчения, когда я ступаю на хрустящий песок. Спасибо тебе, песок. Спасибо вам, горы. Спасибо тебе, далекий огонь. Спасибо тебе за то, что ты здесь, потому что я очень устала от океана.

Требуется несколько минут, чтобы все собрались на пляже. Некоторые думают захватить припасы, и М'ток и С'Брен помогают нести Т'чая вперед, Марисоль рядом с ним. Все жмутся друг к другу на холоде в ожидании.

Затем А'там прочищает горло.

— Холодно, — указывает он, зубастая ухмылка ярко сияет в темноте. — Огонь?

Они все смотрят на меня в ожидании. О, конечно. Я чувствую себя глупо, заставляя их ждать. Все это время я была требовательной и суетилась. Мне нужно довести дело до конца, а не просто передать бразды правления. Я указываю на костер.

— Я собираюсь пойти поздороваться и напомнить, что мы с Мари живы. Ты идешь, Мари?

Она колеблется, затем сжимает руку своей пары.

— Я хочу остаться с Т’Чаем, — ее голос дрожит, как будто она сдерживает слезы. — На всякий случай.

На всякий случай… Он настолько плох, что она боится, что он умрет в любой момент? Мое сердце болит, и я киваю.

— Хорошо, я пойду одна, — я жестом подзываю остальных и передаю З'рена К'тару. — Ждите здесь.

Мой большой пришелец хмуро смотрит на меня и передает ребенка Н'Деку. Кки садится К'тару на плечо, и он пытается прогнать его, но существо только раздраженно хлопает крыльями и остается.

— К’тар идет, — говорит мне моя пара. — К’тар Лло.

Могу догадаться, что это значит, мы команда, и мы делаем это вместе. Хотя я немного беспокоюсь о том, как они воспримут появление нового парня, особенно того, который меняет цвет и с четырьмя руками, я рада, что он будет рядом. Это кажется правильным, и я протягиваю руку.

— Ло К'тар, — соглашаюсь я.

Он мой, а я его.

К'тар тихо разговаривает с остальными, и я вижу, как У’дрон и И'рек сбрасывают свои рюкзаки на берег, устраиваясь поудобнее в ожидании. Надеюсь, это не займет много времени, но я не знаю, как отреагируют остальные. Мне не стоит беспокоиться — они приняли всех нас, людей, с распростертыми объятиями. Но за последний месяц многое произошло, и я даже не могу предположить, что случилось здесь, пока нас не было.

Но затем мой приятель отдает Кки Дж'шелу и поворачивается ко мне. Он берет меня за руку и затаскивает под свои меха, согревая, а затем мы идем по пляжу к костру и к нашему новому дому. Это короткая прогулка, может быть, пять или десять минут, и единственное, что я слышу — это гул его кхай в груди и плеск волн о берег. Однако по мере того, как мы продвигаемся вперед, я слышу… пение, доносящееся от костра впереди.

Очень, очень плохое пение.

— Клянусь, вы, ребята, действительно худшие, — говорит Лиз, ее голос возвышается над остальными. — Ты абсолютно не умеешь петь, Золая.

Взрыв смеха встречает ее оскорбление, и тот, кого зовут Золая, начинает петь громче. И она права. Он ужасен. Снова смех, а затем вздох. Несколько человек вскакивают на ноги, вглядываясь в тени.

Смотрят на нас.

Я тяжело сглатываю, а затем делаю шаг вперед, толкая К'тара за собой.

— Привет, милые, мы дома.

Глава 22

К'ТАР

Желание замаскироваться перед всеми этими незнакомцами непреодолимо. Я вырос в окружении большего количества людей, чем эти, но они не были мне незнакомы. Они не смотрели на меня широко раскрытыми испуганными глазами и не оценивали, представляю ли я опасность. Но если замаскироваться здесь — это не просто срывание набедренной повязки из листьев и смешивание с деревьями. Здесь нет деревьев, и если я сброшу тяжелую кожу с тела, мне грозит большая опасность отморозить себе хвост.

Но моя пара издает радостный крик, когда другая беременная женщина подходит к ней, чтобы обнять. А потом еще одна, и все они возбужденно шумят и плачут, и я думаю, это должно быть хорошо. Один из