Ведьма самых вредных правил, или мачеха ведёт отбор - Кристина Миляева

Осознав это, я сначала испугалась и окружила себя непрекращающимися горами документов, искренне надеясь на то, что заботы помогут отвлечься и переключиться. Работа изматывала, заставляла засыпать прямо под столом и толкала на безумства. Даже не смотря на то, что я никогда прежде всерьёз не бралась размышлять над тленностью бытия, возможными последствиями своих решений и вообще самом факте попадания в сказку. Но теперь, когда мне предстояло жить тут, вопрос «что делать дальше» встал перед глазами. И я решилась!

Сегодня я не выдержала, открыв глаза, схватила Гилира за край рубашки, и медленно потянула на себя в тот момент, когда он начал отстраняться, чтобы раздеться самому. Я смотрела в его глаза и понимала, что больше не хочу скрывать все то, что так яростно бушевало в груди последние несколько месяцев. Да и в конце концов, мы уже давно не дети, а самостоятельные, взрослые люди далеко за тридцать. Что вообще может быть такого в обычном плотском желании? Наверное, только мои тараканы в голове, оставшиеся из другого мира. И я решилась!

– Может быть, дашь мне полюбоваться таким зрелищем? – тихо прошептала я. – Я хочу посмотреть, понять и принять… Если ты не возражаешь и не захочешь уйти прямо сейчас.

– И давно ты не спишь? – спросил король, рассматривая меня пытливым взглядом. – Я думал, что не потревожил твой сон. Но, как оказалось, на этот раз я был слишком неаккуратным и заставил тебя лишиться тех недолгих крупиц сна, которые ты себе позволяешь.

– Последние полчаса, – с уверенностью и наглостью заявила ему, смело глядя прямо в глаза. – И, если честно, не хотела засыпать вообще. Но работа взяла верх, и я все же провалилась в сон. Так что мне повезло, что на этот раз он был не таким глубоким.

– Ты же понимаешь, что если я продолжу, то уже не смогу остановиться? – наконец спросил мой король. – Готова сделать этот шаг?

– Да, – тихо выдохнула я, боясь сама себя.

Я отчётливо видела в его глазах неподдельное удивление и нежность. Резко сев в кровати, не в силах оторвать взгляда, я сама потянулась к нему. Гилир осторожно присел на краешек постели и удивлённо посмотрел на меня, словно сам не верил в происходящее. Я прикоснулась к его животу, прочертила дорожку пальцами по торсу, опустила руку на ширинку и невинно похлопала ресницами. Теперь пришла его очередь краснеть и отводить от меня лихорадочно сверкающие глаза. Впрочем, это не так уж и важно. Главное для меня – не отступать!

Его взгляд спустился ниже, осмотрел меня с ног до головы. Я смущённо порозовела, но улыбка стала только ещё более игривой и расцвела на моих губах предвкушающим оскалом. Наши носы соприкоснулись, и я вдохнула его терпкий аромат. Глаза сами собой закрылись от удовольствия и трепетного предвкушения. Губы нашли друг друга, и Гилир с силой прижал моё трепещущее от волнения тельце к своему мощному телу. Этот обжигающий контраст пьянил, заставлял забыть обо всем и толкал мысли куда-то за грань разумного.

Пока тягучие поцелуи пьянили покрепче любого вина, он разделся, устроившись поудобнее рядом со мной на широком матраце. Нам обоим сегодня нужна была хотя бы частичка здравомыслия, но, к сожалению, отыскать её в затуманенных страстью головах не представлялось возможным. Да и куда, собственно, деваться от любви? Впереди столько бесконечно долгих лет, которые мы непременно проведём рука об руку! А сколько нас ждёт безумных свиданий вперемешку с опасными политическими дрязгами? Я даже облизнулась от предвкушения, с удовольствием замечая, как сильно стучит сердечко моего серьёзного и отважного короля. Все это кружило голову не только мне, но заставляло и его пылать.

– Ты у меня самая красивая во всем белом свете, – ласково заметил он, уткнувшись своим носом в моё плечо. – Так бы и спрятал тебя от всего мира, но боюсь, ты на это не согласишься.

– Не соглашусь, – прижавшись к его груди, зарылась пальцами в его волосы, – я готова подумать о том, чтобы дожить наш век с тобою рядом. Честное слово, согласна пойти на уступки, правда в разумных пределах.

– Но я все равно положу весь мир к твоим ногам, – засмеялся Гилир, оставляя несколько отметин на моей коже, – даже если ты будешь против этого, я не стану отступать. Коли я победил последнюю тёмную ведьму, то моя женщина не должна ни в чем нуждаться!

– Это я её победила, – ехидно протянула я. – Но так уж и быть, готова разделить с тобой титул победителя!

– Конечно, все что захочешь, душа моя, – рассмеялся Гилир и уволок меня обратно на подушки, – давай сегодня поспим, тебе нужно отдохнуть, потому что завтра тяжёлый день. И как только со всем разберёмся, мы обязательно продолжим с этого места.

– Ты точно потом не пожалеешь? – удивлённо посмотрела я на Гилира.

– Твоё состояние для меня важнее всего на свете, – тихо мурлыкнул он, – так что засыпай в моих руках, а остальное подождёт.

– Спасибо. – Зевнув, я устроилась в объятиях мужчины и действительно провалилась в сон.

Эпилог

Яркие солнечные лучи пробивались сквозь густые белоснежные облака, плывущие над шпилями замка, и ощутимо припекали кожу. Ленивый шум безмолвного утра почти убаюкал меня, когда в небе раздался истошный крик огромных грифонов, взбудораживший разморённое сознание, балансирующее между сном и явью. Я неохотно приоткрыла глаз и, приподнявшись, посмотрела вдаль. Некоторое время я наблюдала за алеющим у кромки горизонта рассветом и думала о своём. Но неожиданно кто-то подошёл сзади, и тёплая, слегка вспотевшая ладонь заботливо накрыла моё обнажённое предплечье.

– Наконец-то ты вернулся, – с улыбкой проговорила я, дотрагиваясь кончиками пальцев до мужской руки.

– Успела соскучиться? – ехидно протянул Гилир и устроился рядом со мной на парапете, протягивая обжигающе горячую чашку с булочками.

– Сам как думаешь? – усмехнулась я, но от угощения не отказалась. – Спасибо, мне действительно было тут одиноко без тебя. Не знала, что поездки мужа могут так выматывать. Словно это я там пахала, а не ты.

– Я тут подумал насчёт того вопроса, – произнёс он и тоже устремил взор вдаль, туда, где водная гладь сливалась с небесной.

– О каком именно? – спросила я, с хрустом откусывая край принесённого лакомства.

– Об имени нашего первенца, – напомнил мне супруг. – Если будет девочка, то предлагаю назвать Энелейна, что означает «любимое дитя звёздного царя», проще говоря, «звёздочка». Думаю, нашей маленькой принцессе оно должно подойти как никогда лучше.

– А если мальчик? – резонно поинтересовалась у него, прекращая на мгновение жевать.

– Фекерил, – ответил король, пристально разглядывая меня и, очевидно, думая