Большой оххх - Никки Эштон

Затем Полли шагнула к нам.

— Мы можем что-нибудь сделать? — спросила она.

— Я думаю, вам лучше предоставить это нам, мисс, — посоветовал констебль Стронг. — Извините, сэр, но Ваша девушка права, не думаю, что Вашему брату везет.

Гнев, который я испытывал, мог заставить меня совершить какую-нибудь глупость, например, перекинуть Терезу через плечо и выбросить ее на улицу, и, когда я оглянулся и увидел печаль в глазах моего брата, то понял, что должен положить этому конец.

— Дайте мне секунду.

Я направился к ним, но не успел сделать и двух шагов, как Тереза перегнулась через Джонни и бросилась на женщину-полицейского.

— Вот дерьмо, — простонала Полли.

— Тереза! — закричал я, пытаясь схватить ее.

Как только я это сделал, Джонни отпрянул назад, едва не сбив констебля Стронга, который решил помочь коллеге. Тереза покачнулась на ногах и увернулась от моей протянутой руки, но упала на женщину-офицера, которая быстро спрятала руки за спину.

— Джонни, ты в порядке? — спросил я, когда Терезу оттащили от него.

— Да. — Он выглядел потрясенным, когда обернулся, чтобы посмотреть, как нашу маму выталкивали из бара.

— Ты хочешь поехать в участок? — спросила Уиллоу, появляясь рядом со мной. — Я могу поехать с вами, если вы не против.

Я покачал головой, мои глаза все еще были прикованы к неловкой сцене ареста женщины, которая родила меня.

— Нет.

— Нет, — отрезал Джонни. — Мы никуда не поедем. Пусть она там гниет, черт возьми, мне все равно.

Я посмотрел на него и заметил, что он смотрел на нее. Джонни не сводил глаз с Терезы, пока двое копов не втолкнули ее в дверь.

Как только она ушла, тихое бормотание всех, кто находился в баре, внезапно стало громче, и так же быстро, как щелчок пальцами, сцена была забыта, и все продолжили пить.

Джонни повернулся ко мне и нахмурился.

— Я думаю, что, возможно, достиг предела в отношениях с ней, брат.

— Правда?

— Да. Она неуправляема, и я этого не замечал. Я поговорю с ней о переезде и позабочусь о сиделке.

У меня отвисла челюсть, я не знал, что сказать. Я целую вечность уговаривал его нанять кого-нибудь, но он наотрез отказывался.

— Это пойдет на пользу, — ответил я, положив руку ему на плечо. — Обещаю.

Он коротко кивнул мне и направился к бару.

— Так, кто-нибудь еще хочет чего-нибудь выпить, черт возьми?

Уиллоу настороженно посмотрела на Джонни, а затем на меня.

— С ним все в порядке? — беззвучно спросила она одними губами.

Я пожал плечами и вернулся к наблюдению за ним. Он протянул руку Полли, и когда она протянула свою, после чего взял ее и поцеловал тыльную сторону ладони. Затем Джонни притянул ее ближе и что-то прошептал ей на ухо, отчего она захихикала. Когда Джонни улыбнулся Полли, по моим венам разлилось чувство легкости. Это была его обычная счастливая улыбка, и я знал, что он полностью смирился с тем, что ему нужно было сделать, и меня снова поразило, каким чертовски уравновешенным и понимающим он был.

Я проглотил эмоции, когда маленькая теплая ладошка скользнула в мою и сжала ее. Уиллоу улыбнулась и положила голову мне на плечо.

— Ты в порядке? — спросила она.

Я посмотрел на нее и вздохнул, чертовски радуясь, что встретил ее.

— Да, — ответил я. — Теперь, когда я с тобой.

Она подняла глаза и одарила меня очаровательной улыбкой, а когда смех Полли раздался снова, я понял, что это та девушка, в которую я, вероятно, влюблюсь.

Глава 30

В пылу страсти изменение ритма дыхания может помочь усилить эффект оргазма; чем быстрее вы дышите, тем сильнее испытываете возбуждение. Подумайте о том, чтобы всегда иметь при себе ингалятор.

Уиллоу

— Какого черта мы опять это делаем? — спросила я Чарли, который крепко держал меня за руку, когда мы шли за Рубеном к пабу.

Он опустил глаза и поцеловал меня в висок.

— Потому что ты прекрасная сестра, которая хотела помочь своему брату.

— Но как это ему поможет? — прошипела я. — Он и так более спокоен, чем кто-либо другой. Ему не нужно говорить с Джеймсом, и теперь я чувствую себя плохо, как будто представляю гея-стажера профессиональному гею. Я чувствую себя ужасно. — Я застонала и подняла глаза к небу. — Неудивительно, что он не мог вынести моего вида.

— Знаешь, ты можешь перестать говорить обо мне, — бросил Рубен через плечо.

Я не хотела, чтобы все вернулось к тому, как было раньше, когда мы почти не разговаривали, и мне было неприятно, что мое вмешательство в его жизнь может привести к этому. Я подумала, что он, возможно, захочет поговорить с Джеймсом и узнать, каково это было — выйти в свет, и как он рассказал об этом своим друзьям и семье. Ладно, новость Рубена никого из нас не смутила, но он признался мне, что до сих пор не рассказал об этом своим друзьям и немного опасался, но запланировал провести вечер в нашем доме для них всех и собирался рассказать всем сразу. Подумав об этом, я поняла, что у него все под контролем. Ему не нужно, чтобы я вмешивалась.

— Рубен, подожди.

Я остановилась и подождала, пока мой брат обернется.

— Что? — спросил он, вернувшись к нам.

— Ты не обязан этого делать. Это была глупая идея. Тебе не нужна ничья помощь, чтобы вести тебя по водам гомосексуальности, и я была снисходительна, думая, что ты это делаешь.

Рубен приподнял брови и положил руку мне на плечо.

— Послушай, я знаю, ты всего лишь пыталась помочь. Это не твоя вина, что ты создала стереотип о том, что все геи напуганы и наивны, я рад, что ты не купила мне какие-нибудь кожаные шортики и не нашла мне место на трибуне гей-парада.

Чарли расхохотался, а я уставилась на Рубена с открытым ртом.

— Я бы никогда…

— Я шучу, — ответил Рубен с ухмылкой. — Я знаю, что это из хороших побуждений, Уиллоу, так что перестань нервничать. Но вот что.

— Что?

— Не пытайся свести меня со своим боссом. У меня есть Кейн, и я доволен тем, как идут дела. В любом случае, Джеймсу около… — он сделал паузу и поморщился. — Тридцати или около того, это было бы неправильно.

Я с улыбкой кивнула и инстинктивно притянула его к себе, чтобы обнять и крепко прижать к себе. Кажется, он уже собирался выдохнуть, когда Чарли прочистил горло.

— Э-э-э, ребята, мы тут как бы заняли весь тротуар.

Я отпустила своего младшего брата.

— Если хочешь уйти, я все объясню Джеймсу.

Рубен покачал головой.

— Нет, все в