Немного соблазненная - Мэри Бэлоу

— Кажется, — заявила она, — вы не пригласили Марианну Боннер, maman.

Джервис положил список на стол. Все члены его семьи переглянулись, а Бедвины выглядели озадаченными.

— Напрасно не пригласили, — осторожно проговорила Генриетта. — Пора забыть прошлое, Джервис. Все сразу заметят ее отсутствие, и это вызовет удивление. Ведь остальных соседей пригласили.

— Ты шутишь, Генриетта, — сказала Моник.

— Нет, не шучу. — Голос Генриетты дрогнул.

— Давайте прекратим этот разговор, — твердо заявил Джервис. — Из-за этой леди мне пришлось на целых девять лет покинуть Англию. Я рассказал обо всем Морган и не хочу снова возвращаться к этому вопросу.

— Мне всегда казалось утомительным отыскивать скелеты в чужих шкафах, — сказала Фрея. — Так когда мы отправимся на конную прогулку, которая нам была обещана, Джервис? Джош просил меня не брать препятствий в виде живых изгородей, поэтому лучше выбрать маршрут, где можно найти только небольшие кусты.

— Дорогая, — сказал Джошуа, — я имел в виду также кусты. Надеюсь, ты не станешь специально выискивать препятствия.

— Вот что, Фрея, — вмешался в разговор Эйдан. — Если увижу, что ты с вожделением смотришь на кусты или изгороди, сразу же сверну тебе шею.

Все рассмеялись, и атмосфера разрядилась. Однако позднее, во время прогулки верхом, Морган снова заговорила на эту тему:

— Ты собираешься, живя в пяти милях от Марианны, избегать встреч с нею до конца жизни?

— Совершенно верно, — решительно произнес Джервис. — Возможно, кто-нибудь из Бедвинов на моем месте поступил по-другому, но Эшфорд сделал бы именно так.

— Полагаю, Генриетта права. Гости заметят отсутствие Марианны, и всеми забытый скандал разыграется с новой силой.

— Самое лучшее для Марианны, — сказал Джервис, — переехать куда-нибудь подальше.

Гарольд Спалдинг, муж одной из сестер Джервиса, подъехал к Морган с другой стороны и заговорил с ней. Джервис оказался между Беки и Дейвом, двумя детьми, которых тоже взяли на прогулку. Он принялся развлекать и смешить их, а чуть позже догнал леди Фрею и заговорил с ней.

— Ненавижу ехать верхом по окрестностям, — вздохнув, проговорила Фрея. — Ни разу не падала с лошади. Но жизнь вносит свои коррективы. В ожидании ребенка приходится мириться со скукой. Какая нелепость! Но в то же время чувствуешь себя на седьмом небе от счастья. — Она рассмеялась.

Джервис тут же вспомнил о том, почему не спал всю ночь. Ведь Морган могла забеременеть. И если это так, возможно, она захочет побыстрее оформить их отношения. Впрочем, неизвестно, как она к этому отнесется. Ведь Морган непредсказуема.

А вдруг она заупрямится и начнет демонстрировать свою независимость? При мысли об этом Джервиса прошиб холодный пот.

Он снова подъехал к Морган.

— Джервис, — проговорила она, — ты не считаешь, что все же следует пригласить Марианну?

Она впервые обратилась к нему на ты, и Джервис обрадовался. Но виду не подал. Просто решил обращаться к ней тоже на ты. Это несомненно их сблизит. Однако приглашать Марианну он не собирался и прямо сказал об этом:

— Нет! Ты заставила меня пойти на кладбище, и я уступил. А о Марианне даже слышать не хочу.

— Ты сам был рад, что побывал на кладбище, примирился с прошлым, с отцом. Избавился от ненависти к нему.

— С Марианной я не примирюсь никогда. Никогда! Это мое последнее слово, — решительно заявил он.

Она хотела возразить, но потом решила отложить этот разговор до лучших времен и кивнула. Однако не выдержала.

— Мой брат тоже пострадал в результате этой истории, — промолвила Морган.

Джервис промолчал.

Не в характере Морган было уходить от проблемы. Особенно если дело касалось тех, кого она любила. А Вулфрика она любила.

За завтраком у Морган возникла идея, и она решила воплотить ее в жизнь, не откладывая в долгий ящик.

Вечером в гостиной приготовили стол для карточной игры. Все оживленно беседовали. Генриетта сидела за роялем и тихо перебирала клавиши. Морган подошла к ней.

— Генриетта, — понизив голос, проговорила она, — ты была там в ту ночь, когда собирались объявить помолвку Марианны Боннер с моим братом?

Генриетта обернулась и настороженно взглянула на леди Морган.

— Да, разумеется, — сказала она. — Ведь мы соседи, и маркиз Пейсли проводит довольно много времени в Уинчхолме. Он, конечно же, пригласил нас. Дядя Джордж, Джервис и я поехали туда. Моник, Сесил и Лизет остались дома. Тетя Берта, дядина сестра, взяла на себя роль моей опекунши.

— Вероятно, все это выглядело просто чудовищно, — проговорила Морган, присаживаясь на край скамьи. — Я имею в виду то, что случилось на балу.

— Ты права, — вздохнула Генриетта, закрывая нотную тетрадь. — Это было ужасно.

— Но как они узнали, куда пошли Марианна и Джервис? — спросила Морган. — Ведь на балу была уйма народа. И почему они решили, что их стоит поискать в спальне? Почему ворвались туда, даже не постучавшись? И каким образом оказались все вместе — Вулфрик, отец Марианны и отец Джервиса?

— Не знаю.

— Но разве ты не задавала себе этот вопрос? — поинтересовалась леди Морган. — Не спрашивала об этом у дяди?

— Нет, — ответила Генриетта. — Не спрашивала. — Она пробежалась пальцами по клавиатуре. — Возможно, их кто-то видел. Например, один из слуг.

— Неужели ты поверила, что Джервис виноват? Неужели Джервис мог обесчестить Марианну и украсть фамильную драгоценность?

— Нет-нет, — проговорила она. — Он не мог этого сделать. Разумеется, нет.

— Значит, все подстроила Марианна? Затащила Джервиса к себе в спальню и сообщила об этом своему отцу и его отцу, потому что не хотела выходить замуж за Вулфрика, а сказать ему об этом прямо не решалась?

— Дело не в этом, — вздохнула Генриетта. — Ты просто не знаешь маркиза Пейсли, Морган. Он настоящий тиран. И герцог Бьюкасл тоже… — Она умолкла и прикрыла рот рукой. Лицо ее залил румянец. Ей не следовало этого говорить. — Прошу прощения.

— Я хорошо знаю Вулфрика, — сказала Морган. — При всех его недостатках у него развито чувство справедливости. Он не стал бы жениться на девушке против ее воли. Ты говорила об этом с Марианной? Джервис сказал, что вы с ней по-прежнему подруги.

— Мы стараемся не касаться этой темы, — объяснила Генриетта. — Для нас она слишком болезненна.

— Не понимаю, как ты можешь с ней дружить после того, как она причинила столько зла близкому тебе человеку.

— У настоящей дружбы глубокие корни, — ответила Генриетта. — Тебе трудно это понять.

— Мне не хотелось ссориться с тобой, но мой долг — разобраться в этой истории, понять, почему выбор пал именно на Джервиса. Почему моего брата так унизили.