Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос

— Насколько вы уверены, что я стану прототипом женщины, которая привлечет внимание Антони Маскерано?

— Мы изучили его профиль по информации, которую нам дала Таня; по ее словам, ему нравятся флиртующие, красивые и вздорные.

— Ты себя слушаешь? — Я насмехаюсь. Ты только что назвал меня красивой, и Патрик — мой свидетель.

Ты не красивая, косметика сделает тебя такой. — Он закатывает глаза. В любом случае, мне нужно, чтобы ты разобралась с главарем, а мы позаботимся об остальных.

— Как все подготовились? — спрашивает Патрик. С такими людьми не ошибешься.

— Агенты, которые будут помогать, более чем готовы. Два других моих агента позаботятся об Алессандро и Бернардо, — отвечает он, — они уже неделю готовятся в казино с проститутками Тани. Единственные, кому нужно подготовиться, — это ты и Рейчел. Она уже овладела искусством соблазнения врага.

Я киваю, понимая, что подготовка у меня есть, но я должна быть осторожна, потому что Антони Маскерано — это не просто кто-то.

— Ты владеешь арабским танцем, — продолжает Саймон, — я рассказал об этом Тане, она сказала, что это даст тебе большое преимущество.

Он встает, выключая голограмму.

— Я все продумала. А пока нам лучше отдохнуть, потому что утром мы должны быть в казино.

Я отдаю ему подарки, которые прислала Луиза, и позволяю им проводить меня в мою комнату.

Я раскладываю немногочисленные вещи, которые принесла с собой, и укладываюсь на кровать. Я пытаюсь убедить себя, что мое плохое настроение не связано с пустотой, которую вызывает решение, принятое несколько часов назад.

Это самое разумное, что я сделала с тех пор, как вернулась из Феникса. Я должна перестать думать об этом и наладить отношения с Браттом. Освободиться от этой абсурдной потребности, которая непонятно откуда взялась. С тех пор как я его увидела, мне хочется только секса, причем постоянно. Та уверенность, которую он излучает, скорее всего, из-за меня, потому что я склонна быть очень выразительной, когда чего-то хочу... а я хочу его очень сильно.

Я сажусь на кровать и достаю свойноутбук. «Я не собираюсь трогать себя», — рассуждаю я. Я делаю то, что нужно делать в таких случаях, и отправляю сообщение Братту с просьбой выйти в сеть, чтобы поговорить. Как в старые добрые времена, я стараюсь выглядеть для него сексуально. Я снимаю свою форму, облачаясь в белую футболку из старой баскетбольной команды и трусики-стринги. Я укладываю волосы и наношу блеск для губ.

Открываю ноутбук на кровати и жду его приглашения в чат, которое появляется через несколько минут. Я принимаю приглашение, и тут же на другом конце появляется он с улыбкой, покрытой ямочками.

Привет, красавица, — говорит он, — давненько мы с тобой не общались.

— Мы немного отлучились, и я не могла уснуть.

— Почему ты не можешь уснуть?

— Это одна из тех ночей, когда мне одиноко.

— Ты не одинока, дорогая, у тебя есть я. Если мы вдали друг от друга, это не значит, что мы забыты.

— Я знаю. — Я улыбаюсь экрану. «Хочу горячего чата», — думаю я. Ты скучаешь по мне?

— Каждый день. — Он снова улыбается.

— Во всех смыслах? — По моим поцелуям, по моему телу...?

— Я всегда хочу тебя; более того, я бы умер, чтобы быть рядом с тобой прямо сейчас, обнимать тебя, боготворить тебя, любить тебя так, как ты того заслуживаешь.

— А я бы хотела, чтобы ты был здесь, чтобы я могла забраться на тебя и заняться с тобой любовью так, как мне это нравится.

— Леди Джеймс, я чувствую, как вы напряжены и встревожены. Если бы я был здесь, я бы уложил тебя в свою постель, а мои руки провели бы по твоей спине, делая один из тех массажей, которые так расслабляют тебя.

Я делаю глубокий вдох, Братт всегда такой джентльмен со мной.

Секс меня тоже расслабляет, — начинаю я.

Я стаскиваю с себя рубашку и проскальзываю в трусики, но разочарование наступает, когда он не воспринимает это как должное.

— Рэйчел, не делай этого! — ругает она меня.

— Что не делай? — Я провожу руками по груди. Я хочу потрогать себя для тебя.

— В этом нет необходимости.

— Почему бы и нет? Холодно, я возбуждена и хочу немного пошалить со своим парнем. В этом нет ничего плохого.

— Милая, — сладко говорит он, — это всемирная сеть, любой может взломать аккаунт.

— Мы — глава закона, они ничего не взломают, — отвечаю я. Я просто хочу, чтобы мы сделали что-то необычное и веселое.

— Рэйчел, я не собираюсь устраивать с тобой горячий видеочат. — Я люблю и уважаю тебя, поэтому не позволю тебе так себя унижать.

Я выгляжу хуже, чем раньше.

— Не всегда нужно так соответствовать. — Я снова надела рубашку. Раньше ты не был таким, ты трахал всех, кто попадался тебе на глаза. Только не говори мне, что ты относился к ним так же, как ко мне.

— Конечно, нет. Не относился, потому что никто из них не был мне так дорог, как ты, — оправдывается он. Рейчел, я люблю тебя во всех смыслах этого слова. Мне не нужны чаты или горячие звонки, чтобы доказать это. Когда мы будем в Лондоне, мы будем делать все, что ты захочешь.

Я делаю глубокий вдох, сдаваясь.

— Ты не просто человек, ты дочь генерала и лейтенант. Это неправильно, что ты хочешь так унизиться, — продолжает он. Ты моя девушка, пожалуйста, веди себя соответственно».

С каждой минутой он заставляет меня чувствовать себя очень плохо.

— Ты прав, это неправильно — просить о чем-то подобном.

Не расстраивайся, — утешает он меня, — это было неуместно, просто не позволяй этому повториться.

Я киваю, желая разбить ноутбук о стену.

Теперь иди спать, — просит он, — у тебя завтра суматошный день, я не хочу, чтобы ты слегла от переутомления. Работа официанткой в казино будет очень утомительной.

«Официанткой? Я буду кем угодно, только не официанткой». Я пытаюсь сказать ему правду, но он не дает мне этого сделать.

— Не хочу больше ни слова, иди спать, — серьезно говорю я.

— Спокойных снов, — говорю я на прощание.

— Так же, как и тебе, я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Я закрываю экран. «Ты дочь генерала, а ты лейтенант». Слова остаются.

Раньше я так не делала. Хочешь поболтать? Нет, то есть я, конечно, ищу его и все такое, но веду себя