Развод. Сломанная ветка - Ольга Ларгуз

— Нет!

— Да, Олег! Я так решила!

— А я сказал — нет! — голос стального короля звенит металлом. От таких интонаций и взгляда на моих глазах ломались конкуренты, а поставщики соглашались на предложенные условия.

— Ты сказал, я услышала, но решение буду принимать я.

Ну вот и поговорили, да.

Лучше врозь

— Олег, так будет лучше, — встаю со своего стула, обхожу стол и занимаю место рядом с Олегом. — Я буду работать у Тамары, а тебе подберу нового помощника.

— Нет.

В коротком слове больше упрямства и категоричности, чем в длинной речи, но я не сдаюсь.

— Олег…

Ловлю его напряженный взгляд на своей руке и сразу не понимаю, в чем дело. Ох, да ладно! Оказывается, во время разговора я бездумно кручу на пальце помолвочное кольцо. Он что, решил, что я…?

— Сумасшедший! — толкаюсь плечом в его плечо, но гора по имени Логинов даже не вздрагивает. — Олег, ты о чем думаешь?! — смотрю в темные глаза и вижу там такое же напряжение. Вот я дура! — Да ни за что! — поднимаю руку и любуюсь украшением, которое ослепительно сверкает в свете ламп. — Не дождешься! Я с этим кольцом никогда не расстанусь, а тебе придется на мне жениться! Других вариантов просто нет!

Утыкаюсь лбом в крепкое плечо, вдыхаю запах любимого мужчины и не могу скрыть улыбку, когда слышу шумный выдох.

— Олег, я просто задумалась и не собиралась его снимать. Дурная привычка — крутить кольцо на пальце. Я от нее избавлюсь, обещаю, — на всякий случай уточняю. — От привычки, разумеется, не от кольца.

Логинов вместе со стулом отодвигается назад и одним движением пересаживает меня к себе на колени. Мы сидим в вип-зоне, отгороженной от большого зала, поэтому я позволяю себе и ему эту вольность. Кажется, я ненароком разбудила зверя, теперь нужно его успокоить.

— Ты меня с ума сведешь, Светлая! Как только я сказал «нет», ты схватилась за кольцо, — ворчит стальной король, ощутимо вдавливая меня в свое тело. — Я уже решил…

— Не надо решать за меня, ладно? Ты лучше спроси, а не додумывай, — запускаю руку в густую шевелюру, мягко массирую затылок хищника, который прикрывает глаза и издает тихий горловой рык.

— Хо-р-р-ошо…

— Так вот, я уйду работать в галерею, а тебе найду хорошего помощника, — продолжаю, копируя тональность любимого.

Да, я — упрямый дятел, который, если нужно, готов расковырять даже железобетонный столб, а потом долго избавляться от головной боли.

— Найди мне красотку с третьим размером груди и ногами от ушей, — приоткрыв один глаз, стальной король внимательно следит за моей реакцией, и получает желаемое. Я прихватываю прядь густых волос и ощутимо ее оттягиваю, причиняю большому зверю легкую боль, шиплю прямо в ухо.

— Непременно, дорогой. У нее будет третий размер мозга, интеллект Эйнштейна и уши до пят, чтобы слышать все твои распоряжения. Не волнуйся, я подберу самую достойную кандидатуру.

Вижу, как губы Олега едва заметно изгибаются в улыбке, во взгляде проскакивает смешинка. Хищник втягивает когти, а я ослабляю пальцы, пропускаю сквозь них темные пряди, заглаживаю боль.

— Вот хитрая, пользуешься тем, что я не могу тебе отказать, — ворчит Логинов. — Света, может передумаешь уходить? Мы так хорошо сработались, что я не представляю рядом кого-то другого.

— Да, сработались мы хорошо, но только, когда я тебя вижу, у меня мысли разбегаются, и я хочу лишь одного…

Подвешиваю паузу, как петлю-ловушку, и большая кошка ныряет в нее без раздумий.

— Чего?

— Не чего, а кого. Тебя, Олег. Хочу всегда, везде и в любой позе. Это мешает работе, это мешает тебе. Помнишь, как ты выпал из обсуждения контракта с венграми?

Молчание — знак согласия. Он помнит, я и — тоже. Нас выбросило из темы только потому, что взгляды пересеклись, сцепились, создали воронку, в которую затянуло обоих. Да, мы слишком сильно залипаем друг на друге, и это вредит рабочему процессу, выбивает из колеи. Так нельзя. Может быть потом, позже, когда гормональная буря уляжется, можно будет пересмотреть решение, но сейчас нам лучше работать порознь.

— Спешишь к тому красавчику, который стоял рядом с Новиковой?

Я чувствую, что буря почти улеглась, но не расслабляюсь. Ревность… Этот страшный зверь способен на адские разрушения, поэтому его нужно давить в зародыше. Ревность и страх — опасные враги даже для самых гармоничных отношений. Я помню, как долго приходилось выщелкивать мерзкие мысли о предательстве, поэтому не хочу шутить на опасную тему и подбрасывать дрова в этот костер.

— Нет, Олег. Я спешу поработать с Тамарой по своей прямой специальности, хочу освежить навыки и… и все. Я буду встречать тебя дома, соскучившаяся и о-о-очень голодная…

— …или я буду заезжать за тобой в галерею, и мы поедем домой вместе, — подхватывает стальной король, а я тихо выдыхаю: кажется, обошлось.

— Тоже отличный вариант, мне нравится. Вот видишь, ничего страшного не произойдет.

— Светлая, ты меня совсем не ревнуешь? Ни капельки?

В этот вечер откровений я осторожно и честно формулирую ответ.

— Ревную, Олег. Очень. Ревную и боюсь, но доверяю намного сильнее, — сама обнимаю любимого за плечи и прижимаюсь всем телом. Биение наших сердец синхронизируется, дышать становится легче. Все происходит правильно, важные моменты оговариваются на берегу.

Кто застрахован от предательства? Никто.

Наше прошлое не властно над нами.

Оно — опыт, шрамы и знание, а не страх и сомнения.

Стальной король сдается, признает поражение, я пишу царице Тамаре, договариваюсь о встрече через три дня.

— Думаешь, что управишься за это время и найдешь мне помощника?

— Я не думаю, я уверена.

— Спорим, что ты подберешь мне мужика? — недовольно фыркает мне в волосы Логинов, но не выпускает из объятий.

Я не хочу и не собираюсь спорить. Завтра займусь поиском кандидатур и… да, вероятнее всего, это будет мужчина. И нет, я не ревную, просто им вдвоем будет проще найти общий язык друг с другом, правда?

— Не забудь позвонить своим родителям и договориться о визите. Мне пора познакомиться с твоей семьей и представиться, как полагается, — замечает Олег, аккуратно ссаживая меня с колен. Официант приносит заказ, мы отдаем должное прекрасным блюдам от шеф-повара ресторана “Pleasure”.

— Не забуду.

Этот вечер я точно не забуду. Мы возвращаемся домой поздно. На часах — начало одиннадцатого. Москва проваливается в летнюю ночь, проспекты и магистрали свободны. Машина летит к квартире Логинова, куда я