Лорд-обольститель - Виктория Холт

– Он глубоко прячет свои чувства из-за Гарета. Мэдок привязан к нему и предан всей душой.

Танон молча смотрела на няню, но ей и не надо было ничего говорить. Ребекка знала, о чем она сейчас думает. Глубоко вздохнув, няня наконец призналась в том, что уже давно не было секретом для Танон:

– Однажды я спускалась вниз по лестнице, это было вскоре после того, как твой отец приехал в Аварлох. Он улыбнулся мне. Больше ничего не произошло, но с того момента мое сердце было отдано ему.

Танон слушала ее без осуждения. Она понимала, что такое любовь, потому что выросла в любящей семье и потому что всей душой стремилась обрести то же счастье с Гаретом.

– Я не могу представить, как тебе было тяжело. Но теперь у тебя есть возможность узнать, что такое взаимная любовь. Я думаю, что ты уже давно нравишься Хереворду.

Ребекка рассмеялась.

– Да. Ох, бедный Хереворд.

– По-моему, он вызвался сопровождать меня, чтобы постараться забыть о тебе.

– Ему и в голову прийти не могло, что я поеду с тобой.

Они вместе засмеялись, а потом Ребекка встала со стула и приложила ладонь Танон к своей щеке.

– Я думала, что ты возненавидишь меня, если узнаешь о чувствах, которые я испытывала к твоему отцу.

– Я знала об этом долгие годы. – Танон решила не говорить ей, что об этом знали все, кто хоть раз видел, как она смотрит на него. – И у меня нет причин тебя ненавидеть. А теперь расскажи мне, – и зеленые глаза Танон озорно засверкали, – как Хереворд целуется? У тебя слабеют колени.

Ребекка покраснела, а потом захихикала, словно девчонка.

– Он поцеловал меня только один раз, но мне понравилось.

Дверь опять открылась, и в дом вошел Мэдок.

– Где Хереворд? – Танон посмотрела ему за спину. – Все в порядке?

– Да. В двери конюшни обнаружили щель, но потом оказалось, что виной этому конь Лльюида, который вырвался из стойла. Так что бояться нечего. – Он направился к Танон, и его взгляд смягчился. – Хереворд пошел в таверну, чтобы договориться с Падригом о починке двери.

Танон слегка улыбнулась ему. Неужели она действительно нравилась Мэдоку? Боже, пусть лучше это окажется неправдой. Он был вполне привлекательным мужчиной с длинными, черными как сажа волосами, падавшими на выразительные карие глаза. Под черной рубахой и короткими штанами скрывалось тело настоящего воина – поджарое и отточенное до совершенства. Она должна поскорее подыскать Мэдоку жену, чтобы та сделала его счастливым. Танон совсем не хотелось иметь рядом с собой еще одну Ребекку.

– Недалеко отсюда есть луг, где растут дикие амариллисы, а в воздухе пахнет жасмином, – сказал он, едва заметно поклонившись.

Танон едва не отступила назад, когда Мэдок подошел к ней поближе.

– Давай съездим за цветами. – Он остановился и взял со стола лилию. – Эти уже увядают.

Танон беспомощно посмотрела на Ребекку. Няня в ответ лишь пожала хрупкими плечами.

– У меня много дел по дому, – сказала Танон. – Может быть, когда Гарет вернется…

– Ты не должна бояться меня. – Мэдок взял ее за руку, прежде чем она успела отстраниться. – Я не тот жестокий зверь, каким был ночью в лесу, когда на наш лагерь напали заговорщики.

Она рассмеялась, а в глазах зажглась гордость.

– Я не боюсь тебя. – И в этом была доля правды. Танон хорошо помнила бесстрастного, свирепого воина, который спас ей жизнь, убив напавшего на нее врага. Но она уже умела выбрасывать этот образ из головы. – Дело в том, что я… – Танон смолкла, когда он опустил глаза, скрывая их под длинными, черными ресницами.

– Гарет доверил мне тебя. Я никогда бы не предал его в этом.

Танон закусила губу. Его низко звучащий голос, опущенные плечи, которые обычно были высокомерно расправлены, убеждали ее в том, что Мэдок говорил искренне. Гарет сказал ей, что Мэдок будет следить за ее безопасностью. Кроме того, если он действительно к ней неравнодушен, то на прогулке у нее появится отличная возможность поговорить с ним об этом.

– Хорошо. – Она позволила Мэдоку повести ее за руку к двери. – Но мы не можем отлучаться надолго. Я пообещала Адаре зайти к ней в гости. – И Танон ободряюще посмотрела на Ребекку, хоть та совсем не выглядела испуганной.

Танон с изумлением обнаружила двух оседланных лошадей, стоящих перед домом. Значит, Мэдок с самого начала знал, что она не откажет ему. Танон уперла руки в бока и собралась уже высказать ему все, что об этом думает, когда валлиец широко улыбнулся ей.

– Вдоль реки идет дорога, по которой мы сможем быстрее добраться до луга. И не нужно так сердито смотреть на меня. Я следил за тем, чтобы лошади не затоптали пшеницу Гарета, когда вел их сюда.

Он вскочил в седло и, протянув руку, крепко схватил поводья Танон.