Дикая роза гор - Кристина Камерон

– То, что ты со мной сделал, просто ужасно! Непростительно. Я предупреждала тебя – не заставляй меня идти против моей воли.

Эдвард не откликнулся на ее слова. Окинув ее ледяным взглядом, от которого кровь застыла у нее в жилах, он вышел из комнаты. Ребекка тут же скатилась с кровати и подбежала к двери. На пороге она столкнулась с женщиной, которая несла ведра с водой.

– Лэрд Эдвард запретил вам покидать спальню. Пожалуйста, отдохните, пока я приготовлю вам все для купания.

Ребекка кивнула и тяжело опустилась на стул.

– Я не пойму, как вам удается сражаться, как мужчина... – Женщина прищелкнула языком и покачала головой. – Давайте, леди Ребекка, я помогу вам раздеться.

Ребекке совсем не хотелось принимать ее помощь. Но она изнемогала от усталости, мысли путались, и она не могла придумать, как вежливо отослать служанку прочь. Поэтому она покорилась ласковым рукам, которые быстро сняли с нее одежду и помогли залезть в горячую воду. Тепло растеклось по телу, дрожь прошла, и мышцы расслабились.

Наконец с мытьем было покончено. Ребекка надела рубашку и, подойдя к постели, упала на нее и тут же заснула.

Когда чуть позже Эдвард появился в спальне с бутылкой вина, он был поражен мирным зрелищем: невинной красотой Ребекки, спящей на его кровати. Ледяные оковы, сковавшие его сердце, растаяли. Он тряхнул головой, отгоняя растерянность и сумбур в мыслях, владевшие им в последнее время.

Натан был прав. Как мог он считать ее виновной? Но ведь и доказательств ее невиновности пока тоже нет! Он не хотел верить, что она убила его отца. Разве ее милое личико не было достаточным доказательством? Он улегся рядом с ней и, отбросив все сомнения, погрузился в сон. В мирный покой забвения.

Ребекка потянулась под одеялом, наслаждаясь теплом. «Интересно, который час?» – подумала она. В полусне она стала перебирать в памяти события вчерашнего дня. Легкий стон сорвался с ее губ, когда она вспомнила о том, как обошелся с ней Эдвард. Она открыла глаза и посмотрела на другую сторону постели. Там мирно спал объект ее досады.

Медленно она отползла к краю постели... подальше от Эдварда... но не сводя с него глаз. Она была уже на краю, когда мощная рука потянулась к ней. Ребекка увернулась. Глаза Эдварда оставались закрытыми, но рука коснулась ее бедра и крепко ухватилась за него.

– Ты никуда не пойдешь. – В хрипловатом голосе прозвучал горский акцент, свидетельствующий, что гнев его за ночь не утратил своей силы.

Ну и ладно!

– Отпусти меня, ты, бык упрямый! – Ребекка тщетно пыталась отцепить его руку.

– Ты, миледи, и так под подозрением. Не доводи меня до греха. – Глаза его чуть приоткрылись, и в узких щелках сверкнул опасный огонь.

– Я знаю, почему я злюсь на тебя, но до сих пор не могу понять, из-за чего ты сердишься на меня? – Молчание – Если из-за того, что я дважды убегала... Что ж, я готова понести наказание. Я больше не сбегу. Просто я не смогла сдержать эмоций. – Нога Ребекки горела от его прикосновения, и жар растекался по всему телу. «Господи, пусть поскорее кончится эта ссора!» Она протянула руку и погладила Эдварда по плечу. Его свободная рука перехватила ее кисть.

– Не трогай меня! – Его тон и выражение лица ужаснули ее. Ножом полоснули по сердцу.

Он выпустил ее руку, и Ребекка прижала ладонь к груди. Щеки ее вспыхнули, но, не чувствуя за собой вины, она отказывалась склонить голову и признать свои ошибки. Закрыв глаза, чтобы укрыться от его пронзительного взгляда, она все равно ощущала его кожей век.

– Если ты опять будешь демонстрировать мне свой норов, я не отвечаю за последствия. Иди оденься. – Его рука соскользнула с ее бедра и оттолкнула ее.

Ребекка едва сдерживала ярость. Она соскочила с постели и встала лицом к Эдварду.

– Не забывай того, что сейчас мне сказала: ты больше не сбежишь! – Эдвард небрежно потянулся, закинув руки за голову. Говоря все это, он пристально смотрел на нее.

Быстро накинув одежду, которую оставила ей Флосси, Ребекка с гордым видом выплыла из комнаты. Со вздохом облегчения она наконец вошла в свою спальню. Ее трясло как в лихорадке. Ну что она опять натворила?! Может, он просто от нее устал?

Может быть, Эдварду захотелось пережить снова то, что он испытал со своей покойной женой?.. Что ж, это нетрудно сделать: она тоже будет кокетничать с другими мужчинами. Посмотрим, как ему это понравится. Но эту мысль она тут же отбросила, представив себе, сколько бед может принести подобная шалость. Дверь Эдварда хлопнула с такой силой, что задрожали стены ее комнаты. Все мысли о женской мести показались ей вдруг глупыми и наивными.

Если он сам не хочет объяснить, почему злится на нее, значит, ей придется выяснить это у кого-то другого. У Флосси? У Натаниэля? Когда они отправляются в замок Кавена? Что с ее семьей? От невозможности узнать ответ на эти важные вопросы Ребекка впала в панику. Она выбежала из комнаты, хлопнув дверью еще сильнее, чем Эдвард. Стражник, стоявший у ее спальни, лишь удивленно поднял брови.

Не обращая внимания на стражника, следовавшего за ней по пятам, Ребекка побежала к лабиринту. Сначала она обошла весь замок, но так и не нашла Натаниэля. Что бы это значило?

Она быстро прошла по аллее лабиринта. Память ее не подвела и безошибочно привела в его середину. Выхватив меч из ножен, она с бешеной яростью атаковала кусты, окружавшие полянку, вымещая гнев на ни в чем не повинных растениях.

С пронзительным воплем отчаяния она наконец воткнула меч в землю и, закрыв лицо руками, упала на колени и разрыдалась. Задыхаясь от гнева, она думала о том, как отомстит Эдварду. Ее месть будет страшной. Между ними все кончено...

– Вставай! – прозвучал у нее над головой резкий окрик, и она вздрогнула.

Она подняла голову – над ней возвышался Эдвард.

– Я сказал – вставай! Ты называешь себя воином? По-моему, ты больше похожа на жалкую плаксивую бабу. – Эдвард зашагал взад и вперед по полянке, руки его судорожно сжались в кулаки. – Мы уезжаем в Кавена. Предлагаю тебе поторопиться, если ты хочешь ехать с нами.

Ребекка поднялась с земли и гордо выпрямилась. Ярость стучала в ушах, сводя ее с ума. Твердой рукой она вложила меч в ножны и посмотрела на Эдварда.

– Я вас не задержу! – ответила она гордо. Но сердце ее сжалось от невыносимой боли.

Эдвард проглотил комок в горле. Ему было тяжело видеть мучительную боль в глазах подруги. У него самого жгло глаза от слез, когда он вспоминал, как она рыдала от безысходного отчаяния.

Один раз он уже осудил ее – и ошибся. Устоит ли его любовь, если он убедится, что она ответственна за смерть его отца? А если и в самом деле ничего об этом не известно? Его тоска по Ребекке, острая потребность в ее любви вели борьбу с сомнениями в ее невиновности.

Ребекка от усталости засыпала в седле. Короткий сон урывками, езда без отдыха всю ночь напролет довели ее до изнеможения. Хуже всего, однако, был сумбур в мыслях. Нет, отныне только разум будет управлять ее поступками.