Пламя любви - Патриция Филлипс

И тут на нее снизошло божественное откровение. Элинор поняла, что нужно сделать.

Грудь ее разрывалась, каждое слово вонзалось в сердце, как удар кинжала.

— Пресвятая Дева Мария, если ты выполнишь мою смиренную просьбу и сохранишь жизнь Гаю, я обещаю… — она закрыла глаза, борясь со слезами, — я обещаю хранить верность мужу до конца дней своих.

Придя в ужас от собственной клятвы и в то же время испытав облегчение, Элинор простерлась ниц и горько разрыдалась.

— Элинор, если хочешь, я могу остаться дома и поухаживать за твоим братом, — предложила Леонора на следующее утро, глядя через плечо Элинор на раненого.

— О нет, не надо, я сама справлюсь. Леонора облегченно вздохнула.

— Я принесу тебе какой-нибудь подарок, — сказала она, выходя из комнаты.

Впервые Гай спокойно уснул. Элинор передвинула свой стул на солнце, наслаждаясь теплом. В каменном здании было довольно холодно, но Леонора уверяла ее, что летом все будут радоваться прохладе. Элинор устало закрыла глаза и задремала. Она не спала всю ночь, но, слава Богу, ее заботы, кажется, пошли Гаю на пользу. Лихорадка прошла, раны перестали кровоточить.

— Донья, — окликнула ее Хуана с порога. Элинор встрепенулась.

— Я пригляжу за ним. К вам пришли.

— Все сейчас на мессе?

Хуана кивнула и, подойдя к постели, поправила одеяло.

С сильно бьющимся сердцем Элинор стала спускаться по узкой лестнице, с трудом удерживаясь, чтобы не побежать. У арки, ведущей во двор, ее ждал Мигель.

— Тот самый мужчина, донья, — шепнул он.

Взглянув в указанном направлении, Элинор ощутила слабость. Высокий широкоплечий мужчина у фонтана мог оказаться кем угодно, но сердце подсказало ей правду.

— Джордан, — вымолвила она, двинувшись к нему через залитый солнцем двор.

Он резко обернулся и, увидев Элинор, не сдержал улыбки, но тут же прогнал ее с лица и сухо сказал:

— Примите мои поздравления, леди Элинор. Я слышал, вы вышли замуж.

От его официального тона Элинор пробрала дрожь.

— Джордан, позволь объяснить…

— Как чувствует себя Гай? — перебил ее Джордан. — Я, собственно, пришел справиться о его здоровье.

— По-моему, немного лучше. Ты поднимешься к нему?

Джордан заколебался. Он понимал, что не должен оставаться, но не мог уйти, не получив ответов на мучившие его вопросы.

— Да.

Элинор вошла в дом, Джордан последовал за ней. Ослепленный после яркого солнца, он споткнулся о громадный горшок с геранью. Элинор инстинктивно потянулась к нему, чтобы удержать, но тут же отдернула руки. Ведь она дала обет хранить верность мужу, и от того, выполнит она его или нет, зависит…

Хуана, увидев чужеземного рыцаря, склонилась в поклоне и вышла.

— Иисусе, его нога! — вскричал Джордан, опустившись на колени рядом с постелью больного.

— Врач сказал, что Гай выживет, если нога не распухнет и не почернеет.

— Хвала Господу и за это. У тебя есть чем его лечить?

— Да, врач оставил лекарства. Он крещеный мавр, и показался мне весьма сведущим. И потом, я не перестаю молиться.

— Я тоже. — Он поднялся и повернулся к ней.

— Спасибо, что привез его сюда, — промолвила Элинор. — Откуда ты узнал, где я нахожусь?

— Кастильский посланник назвал мне имя тестя Жана д'Акра. Я решил, что ты здесь, и не ошибся.

— Значит, ты в курсе, что за меня требуют выкуп?

— Ходили такие слухи, хотя кое-кто пытался их опровергнуть. Твой муж, например. — Он скривил губы. — Значит, это правда. Ты вышла за Гастингса?

— Да, — с трудом вымолвила Элинор. — Я… не хотела этого.

— Но согласилась.

Исказившая его лицо злоба больно ранила Элинор. И это после всего, что ей пришлось выстрадать!

— Меня похитили и увезли в крепость Гастингса.

— Но зачем было выходить за него замуж?

— А как, по-твоему, я могла избежать этого?

— Элинор, я много думал… пытался понять… О Боже, неужели ты не могла подождать? Я поклялся, что разбогатею в этом походе. Но до Гастингса мне, разумеется, далеко. — Он будто выплюнул ненавистное имя. — Ты предала нашу любовь!

Слезы хлынули из ее глаз.

— Проклятие, Элинор, скажи почему?

— Меня заманили в ловушку. Кстати, не обошлось без сестры твоего друга.

— Миллисент?

— Да. Она передала мне записку, в которой ты просил меня прийти на свидание. Почерк был незнакомый, но подпись твоя. Я взяла свою кобылу и поскакала к назначенному месту. Там меня уже ждал Пэйн.

Джордан не знал, верить или не верить. Похоже на правду, но кто их разберет, этих женщин. Все они коварны и лживы.

— Но зачем было выходить за него замуж? — упрямо повторил он. — Без подписанного соглашения у Гастингса не было законных прав.

— Он привез соглашение.

— Что?!

— Я все время твердила тебе об этом, но ты не желал ничего слушать. Отец подписал бумаги.

— Выходит, ты сделала это не корысти ради, не потому, что польстилась на богатство Гастингса?

— Больно слышать, что ты мог так обо мне подумать.

— Мне еще больнее сознавать, что ты замужем! — взорвался Джордан, шагнув к ней.

Элинор отпрянула, чем привела его в еще большую ярость.

— Проклятие, Элинор! Как ты могла позволить этому… этому старому… — Он замолчал, не находя слов.

— Уверяю тебя, это было не слишком приятно.

— Чертовски слабое утешение.

— Джордан, мои чувства к тебе не изменились. Ты единственный мужчина, который мне нужен.

Ледяной панцирь, сковавший его сердце, стал таять.

— Ты еще любишь меня?

— Люблю и буду любить до конца дней моих.

— Поехали со мной, дорогая.

— Но за меня должны заплатить выкуп.

— К черту выкуп! У меня есть крепость на юге. Можно поехать туда. Все ушли на мессу. Я ждал, когда ты останешься одна.

— Я не могу обмануть оказанного мне доверия.

— Если для тебя это так важно, я соберу выкуп и пришлю его наваррцу.

Глаза Элинор засияли. Ее мечта сбылась. Джордан пришел за ней! А она думала, что все кончено. Но тут ее пробрала дрожь, когда она вспомнила, что дала обет минувшей ночью.

Джордан привлек ее к себе и поцеловал. Элинор пылко ответила на поцелуй, стараясь не думать о данном обете.

— О, Джордан, я буду вечно любить тебя, — выдохнула она.