Ловкие женщины - Дженифер Крузи

— И кое-что доделать, — добавил Гейб. — Что нового?

— Какая-то особа только что подцепила Райли.

— Бывает, — философски заметил Гейб. — И часто. Стоит ему появиться здесь, как они сами бросаются ему на шею.

— Слабак. Плывет по течению.

— Отвянь, — прошипел Райли.

Позже, когда он помогал надевать ей пальто, она повернула к нему голову и прошептала:

— Подтолкни Гейба, ну пожалуйста.

Райли закатил глаза, но после четырнадцати вечеров совместной работы Сюз читала в его душе как в раскрытой книге. Он постарается.

Остается как следует накрутить Нелл, и тогда хотя бы кто-то испытает истинную страсть.

На следующий вечер Гейб услышал, как Нелл спрашивает Райли в приемной, не нужно ли тому что-нибудь: она собирается уйти. Марлен прошлепала по ковру, в последний раз обходя приемную, надолго задержалась у рождественской елки, которую поставила Нелл, хотя Гейб настоятельно просил не делать этого.

Меланхолия ранних сумерек снизошла на Гейба. С некоторых пор такое повторялось часто. Без Нелл офис становился совсем другим, словно она уносила с собой звук и свет. Впрочем, возможно, это казалось ему оттого, что она всегда уходила домой после пяти, когда солнце клонилось к закату и мир поневоле затихал и темнел.

В комнату заглянул Райли:

— На сегодня все. Тебе что-то нужно?

— Да. Линни. Бриллианты Хелены. Стюарт Дайсарт.

— Иисусе, Гейб, да брось ты все это!

— Линни не из тех, кто поджимает хвост и прячется в нору. Где-то она залегла и планирует новую операцию. А еще мне бы очень хотелось знать, где черти носят Стюарта. Вот бы найти связь между ними. Доказать, что именно он послал ее сюда что-то поискать. И именно он надоумил ее шантажировать «О и Д». Я наводил справки, но, говорят, никакая Линн Мейсон там не работала. Она подделала тамошние рекомендации, а твоей матери, разумеется, в голову не пришло проверить.

— Может, она устроилась туда под другим именем… Слушай, я вот тут подумал, Нелл прямо-таки расцвела. Эта красная футболка, которая сегодня была на ней…

— Не трахать подчиненных, — напомнил Гейб.

— Я не про себя. Про тебя.

— Представляю, что она со своей неуемной энергией вытворяет в постели! — Картинка, несомненно, обладала некоей извращенной привлекательностью, поэтому Гейб поскорее выбросил ее из головы.

— Бьюсь об заклад, уж ты представляешь! — фыркнул Райли. — Да ты просто жалкий трус.

— Проваливай!

— А кроме того, ты совершенно зря борешься с собой.

— Что тебе, в конце концов, надо? — рявкнул Гейб.

— То, что происходит у вас с Нелл…

— Ничего у нас не происходит.

— …настолько очевидно, что ты один ухитряешься этого не замечать. — Тут Райли что-то сообразил и добавил: — Хотя не уверен, что и у нее хватает ума понять.

— Значит, остаешься один ты? Нет уж, спасибо.

— И Сюз Дайсарт.

Гейб вскинул брови:

— Когда это ты обсуждал подобные вещи с Сюз Дайсарт?

— Вчера вечером. Когда мы ждали вас.

— Да, я заметил, что Джека не было.

— Он уехал на совещание.

— Ночное?

— Я этого не сказал.

Гейб с тяжелым вздохом потер лоб:

— Когда зашла речь о шантаже, он вполне искренне уверял, что не изменяет ей.

— С тех пор прошло три месяца.

— Так или иначе. Пока Сюз не наймет нас проследить за ним, волноваться нет причин. Тебе что, делать нечего? Как насчет Хот Ленч?

— Нелл все сделала. На этот раз есть нечто новенькое. Джина завела себе девочку.

— Да ну? Вот молодец! Это должно здорово подогреть Хэролда.

— Больше чем здорово. Он страшно расстроен. Утверждает, что это омерзительно.

— Ему следует расширять свое мировоззрение.

— Так я ему и сказал. И добавил, что если он правильно поведет партию, то сумеет, в качестве компенсации, затащить в постель обеих.

Гейб мучительно сморщился:

— И он…

Райли улыбнулся:

— Ответил, что отныне будет иметь дело только с тобой, потому что я гнусный извращенец.

— Это мы уже знаем. Ладно, что будешь делать, пока я стану заговаривать зубы Хэролду?

Райли сразу перестал улыбаться.

— Квартальный отчет. Тревор утверждает, что Оливия ведет себя подозрительнее обычного. Он тревожится.

— Веселого тебе Рождества, — пожелал Гейб. — По крайней мере побываешь на праздники во всех барах города.

— Ах, увольте, — простонал Райли. — У Оливии вата вместо мозгов, что было не так уж плохо, когда я начинал за ней следить, но прошло три года, и ничего не изменилось. По-прежнему глупа как пробка, шляется по одним и тем же идиотски шумным заведениям, кувыркается в постели с теми же кретинами. Мне, собственно говоря, плевать, но боюсь, что если и дальше буду слушать их бред, то не выдержу и прикончу кого-нибудь.

— Не думал, что доживу до этого дня, — торжественно произнес Гейб.

— До какого дня?

— Когда ты повзрослеешь. Слава тебе Господи, случилось!

— Только не это! — притворно ужаснулся Райли и сбежал прежде, чем Гейб успел обвинить его в излишней мудрости.

Оставшись один, Гейб попытался сосредоточиться на отчетах, но мысленно признал, что Райли прав. Ему действительно повсюду мерещится Нелл, она вторгается в его мысли точно так же, как в офис: резкая, вызывающая и раздражающе деятельная. Не уступающая ни в чем. Не желающая признавать его правоту, когда он призывает ее к порядку. Совершенно непохожая на Хлою. Но ведь Хлоя никогда не маячила у него в подсознании! Просто была рядом, теплая, любящая и надежная, часть длинной дороги его жизни. Она знала, о чем говорила, утверждая, что они оба заслуживают лучшего. Уж Хлоя-то, несомненно, заслужила.

Гейб покачал головой, удивляясь собственной несообразительности, и решил быть повнимательнее к Хлое, когда та вернется. Если вообще вернется. Последняя открытка пришла из Болгарии.

Он снова попытался углубиться в отчеты, но Нелл, подбоченившаяся Нелл в красной футболке, не желала оставлять его в покое. Может, следует позвонить Тревору и спросить, почему он так беспокоится о дочери? И заодно выпытать, чем шантажировала его Линни. Это, несомненно, облегчит жизнь Райли. Нужно проверить также, с кем завтра предстоят встречи. Может потребоваться дополнительное время на разговор с Хэролдом, поскольку его женушка поменяла окрас, так что Нелл лучше…

И тут, словно в сказке, появилась Нелл с бумагами и синей папкой.