Иван-Царевич для Снегурочки - Юлия Набокова

Три дня до Нового года

Когда на следующее утро Иван вошел в свой кабинет, Полина уже была на месте. Обычно он здоровался с помощницей и, даже не взглянув на нее, проходил к себе. Но сейчас все было иначе. Полина была все та же – исполнительная, вежливая, собранная, с привычным пучком на затылке и в строгом синем платье с белым воротничком и манжетами. Но теперь Иван видел в ней не просто помощницу, а веселую и интересную девушку, которая развлекала детей в роли Снегурочки, наряжала елку в его гостиной, а потом пила чай с ним и отцом и увлеченно листала семейный альбом.

– Доброе утро, Полина! – Он улыбнулся и задержался у ее стола.

– Доброе утро, Иван Андреевич. – От ее улыбки, которая зажглась в ответ, у него на душе стало теплее.

– Рад вам сообщить, что мы собрали достаточно денег на путевку для Сони. – Иван слегка преувеличил их заслуги и умолчал о собственном щедром взносе, который покрыл недостающую для путешествия сумму.

– Значит, мы сможем купить путевку? – Полина обрадовалась, как ребенок, и взглянула на календарь – двадцать девятое декабря. Три дня до Нового года.

– В обеденный перерыв сходим и купим. Найдете адрес ближайшей к нам турфирмы?

Полина с готовностью кивнула, а Иван все стоял у ее стола и никак не мог сдвинуться с места.

– Что-то еще, Иван Андреевич? – глядя на него своими удивительными серо-голубыми глазами, спросила Полина. И как он раньше не замечал, что у его помощницы такие красивые глаза, прозрачные и чистые, как горное озеро? – Сделать вам кофе?

– Кофе будет весьма кстати! – Иван с радостью ухватился за привычный утренний ритуал. Быть может, кофе Полины поможет ему разобраться в себе и в своих чувствах – к Арине, к Полине. Иван понимал, что времени у него в обрез – до Нового года. И от того, с кем он встретит бой курантов, зависит, кто будет с ним рядом в следующем году.

Арина проснулась в роскошном номере на смятых простынях. Наверное, это люкс. Арина довольно огляделась, отметив высокие потолки, два огромных окна, тяжелые парчовые портьеры и дорогую белую мебель в классическом стиле. Раньше ей никогда не доводилось бывать в таких хоромах, а накануне было не до осмотра интерьера.

Гремиславский спал, уткнувшись лицом в подушку. Любовником он оказался хоть страстным, но незатейливым. Наверное, все свои фантазии режиссер тратит на съемки фильмов. И Арина очень надеялась, что он исполнит свои обещания, которые шептал, когда срывал с нее одежду, и сделает из нее звезду. Ради этого она закрыла глаза и на проплешину на макушке, и на запах перегара…

Зазвонил его мобильный на тумбочке. Гремиславский, не поднимая головы от подушки, на ощупь схватил айфон, буркнул:

– Еду.

Затем тяжело вздохнул, открыл покрасневшие глаза и осоловело уставился на Арину:

– Ты кто?

– Я Арина. Доброе утро! – Она с нежной улыбкой протянула к нему руку, но режиссер резво откатился назад, повернулся спиной и принялся натягивать дизайнерские джинсы.

– Вот что, Арина. Доброе утро, одевайся и на выход.

– Мы поедем на съемки? – обрадовалась Арина, оглядываясь в поисках своего белья.

– Я – да, а ты свободна. – Не взглянув на нее, он достал из шкафа свежую рубашку и стал одеваться.

– В смысле? – не поняла Арина.