Дорогой Джон - Николас Спаркс

На следующее утро, когда я приехал, Саванна уже ждала на крыльце. Я ожидал, что в дверях вот-вот появится Тим, но его нигде не было видно.

— Спасибо, что приехал, — сказала Саванна, тронув меня за руку.

— Ага, — сказал я, неохотно пожав плечами.

В ее глазах мелькнула искорка понимания. Она спросила:

— Хорошо выспался?

— Не очень.

Услышав это, Саванна улыбнулась чуть насмешливо.

— Готов ехать?

— Всегда готов.

— Ладно, тогда давай мне ключи. Или ты сам поведешь?

— Мы что, уезжаем? — не понял я. — Ты же хотела, чтобы я встретился с Тимом?

— Все верно, — был ответ. — Только Тим не здесь.

— А где он?

Саванна как будто не расслышала моего вопроса.

— Ну что, сам поведешь?

— Да, пожалуй, — отозвался я, не скрывая замешательства, но чувствуя, что Саванна все объяснит, когда соберется с силами. Я открыл ей дверцу, потом обошел машину и уселся за руль. Саванна гладила панель приборов, словно желая убедиться, что это не мираж.

— Я помню эту машину, — с ностальгическими нотками в голосе сказала она. — Это твоего папы, да? Ну ничего себе! И до сих пор на ходу?

— А он мало ездил, — сказал я. — Только на работу и в магазин.

— Все равно.

Саванна пристегнулась. Мне вдруг остро захотелось узнать, одна ли она провела ночь.

— Куда ехать? — спросил я.

— До шоссе и налево, — отозвалась Саванна. — К городу.

По дороге мы оба молчали. Саванна, скрестив руки на груди, не отрываясь смотрела в окно. Наверное, я должен был чувствовать себя уязвленным, но что-то в выражении ее лица подсказывало, что не я виной ее отрешенности, и я оставил Саванну наедине с ее мыслями.

Когда мы подъезжали к городу, она вдруг потрясла головой, словно очнувшись и почувствовав, как тихо в машине.

— Извини, компания из меня сейчас никудышная.

— Ничего, — ответил я, стараясь не выказать растущее любопытство.

Саванна показала вперед:

— Сейчас до угла и направо.

— Куда мы едем? — не выдержал я.

Некоторое время она не отвечала, отвернувшись и вновь уставившись в окно.

— В больницу, — услышал я наконец.

Я шел за ней по бесконечным коридорам, и наконец мы остановились перед регистратурой. Сидевший за столом пожилой волонтер протянул нам доску с зажимом, Саванна взяла ручку и не глядя вписала свое имя.

— Ты как, держишься, Саванна?

— Стараюсь, — буркнула она.

— Все будет хорошо, вот увидишь. За него весь город молится.

— Спасибо, — сказала Саванна, отдала список и взглянула на меня: — Он на третьем этаже. Лифт дальше по коридору.

Я пошел за ней, чувствуя, как внутри все холодеет. Из лифта как раз кто-то выходил, так что ждать не пришлось. Когда закрылись металлические двери, ощущение было, что мы очутились в склепе.

На третьем этаже Саванна уверенно пошла по коридору. Я нехотя плелся сзади. Остановившись перед приоткрытой и чем-то подпертой дверью, Саванна повернулась ко мне.

— Пожалуй, я войду первая, — сказала она. — Подождешь здесь?

— Конечно.

Она благодарно посмотрела на меня, отвернулась, глубоко вздохнула и вошла в палату.

— Привет, милый, — зазвенел ее ясный, мажорный голос. — Как ты сегодня, получше?

Дальше пару минут ничего не было слышно. Я стоял в коридоре, рассматривая очень хорошо знакомую по посещениям отцовской больницы стерильную, безликую обстановку. Пахло каким-то антисептиком. В одну из палат санитарка вкатила тележку с едой. Дальше по коридору был медицинский пост, где негромко переговаривались несколько медсестер. Из-за двери палаты напротив было слышно, как кого-то рвет.

— О'кей, — сказала Саванна, высунув голову в коридор. Под напускной бодростью угадывалась печаль, замеченная мною еще вчера. — Заходи, Джон, Тим тебя ждет.

Я вошел, приготовившись к худшему. Тим сидел на кровати, обложенный подушками; к сгибу локтя тянулся катетер капельницы. Изможденный и до прозрачности бледный, Тим похудел даже сильнее, чем мой отец, и, глядя на него, я понял, что он умирает. Прежней осталась лишь доброта, светившаяся в светлых глазах. У дальней стены сидел молодой человек лет двадцати, ритмично качавший головой из стороны в сторону. Я сразу понял, что это Алан. В палате было очень много цветов: добрый десяток букетов с открытками теснились на всех возможных горизонтальных поверхностях. Саванна присела на кровать рядом с мужем и взяла его за руку.