Госпожа замка Меллин - Виктория Холт

Не извинившись за вторжение, она сразу перешла к делу:

– Я получила письмо от хозяина. Он хочет, чтобы вы не мешкая привезли мисс Элвину к нему в Пензанс. Это письмо для вас. Наверно, в нем все подробности.

Она вручила мне письмо, и я вскрыла его дрожащими руками.

Дорогая мисс Лей!

Думаю, что пробуду здесь несколько недель, и, наверное, вы согласитесь, что для Элвины было бы желательно присоединиться ко мне. Поскольку я не считаю, что ей стоит пропускать занятия, то прошу вас привезти ее сюда и остаться здесь с ней примерно на неделю.

Сможете ли вы выехать завтра? Пусть Билли Тригай отвезет вас на станцию к поезду в 2.30.

Коннан Тре-Меллин

Краска бросилась мне в лицо, но, надеюсь, я не выдала охватившей меня радости, когда сказала:

– Элвина, завтра мы с тобой поедем к твоему отцу.

Она вскочила и бросилась мне на шею. Это неожиданное проявление любви к отцу меня очень тронуло и одновременно дало возможность взять себя в руки.

– Но это будет завтра, а сегодня мы продолжим урок.

– Но, мисс, нам ведь надо уложить вещи.

– Для сборов будет масса времени во второй половине дня, – строго сказала я, – а пока вернемся к урокам.

Миссис Полгрей я объяснила, что мистер Тре-Меллин действительно просил, чтобы я привезла к нему Элвину. Она кивнула, но видно было, что все это представляется ей довольно странным, потому что до последнего времени Коннан не проявлял такого интереса к дочери.

– И вы едете завтра?

– Да. Билли Тригай должен отвезти нас к поезду в 2.30.

Миссис Полгрей снова кивнула. Когда она ушла, я еще долго не могла прийти в себя. Голова моя была занята предстоящей поездкой, совсем как у Элвины, поэтому я не сразу заметила, что глаза Джилли снова приобрели то бессмысленное выражение, от которого мы с таким трудом избавились.

Этот ребенок понимал больше, чем мы думали: она знала, что мы уезжаем, а ей придется остаться.

Я едва дождалась момента, когда можно будет приниматься за сборы. Нам с Элвиной подали обед в классную, но мы не могли думать о еде, и наскоро перекусив, разошлись по комнатам.

Мои сборы были недолгими. Серое и лиловое платья, к счастью, оказались чистыми, а ехать я решила в сером шерстяном. Оно не слишком мне шло, но уложить его было бы нелегко.

Брать ли платье из зеленого шелка, в котором я была на Рождественском балу? Почему бы и нет? Во-первых, оно мне очень идет, во-вторых, может представиться случай его надеть.

Я воткнула гребень в волосы, и накинув шаль на плечи, вообразила себя снова на балу, в тот самый момент, когда взяв меня за руку, Питер вышел танцевать «Ферри». В ушах зазвучала музыка, и я начала танцевать, как тогда, забыв обо всем на свете.

Неслышно в комнату вошла Джилли, испугав меня своим появлением. Она умела ходить по дому, как тень.

Я покраснела, что попалась за таким несерьезным занятием. Джилли молча, без улыбки смотрела на меня, потом перевела взгляд на кровать, где лежал приготовленный чемодан, и я вдруг поняла, что она будет очень страдать, если мы уедем.

Наклонившись, я обняла ее.

– Это ненадолго, Джилли.

Она крепко зажмурилась, не желая встречаться со мной взглядом.

– Послушай, Джилли, – начала я снова, – мы скоро вернемся. Честное слово.

Но Джилли в ответ только отчаянно замотала головой, на зажмуренных ресницах повисли слезинки.

– И у нас опять будут занятия, – продолжала я, – ты нарисуешь много букв, научишься писать свое имя.

Но Джилли была безутешна. Вырвавшись, она подбежала к кровати и стала вытаскивать из чемодана вещи.

– Нет, нет, Джилли, – подхватив ее на руки, я села в кресло и снова принялась уговаривать ее, укачивая, как младенца.

– Я вернусь, Джилли, обязательно вернусь, и очень скоро. Ты и не заметишь, что меня не было.

Неожиданно она сказала:

– Вы не вернетесь. Она… Она…

– Да, Джилли, да?

– Она… ушла.

Джилли явно знала что-то, связанное с тайной исчезновения Элис. На минуту я даже забыла, что еду к Коннану.

– Джилли, а она попрощалась с тобой перед уходом?

Она снова яростно замотала головой и, казалось, сейчас разрыдается.

– Джилли, – умоляла я ее, – пожалуйста, не молчи, ну, постарайся же рассказать мне… Ты видела, как она ушла?

В ответ она только крепко обхватила меня, спрятав лицо в складках платья. Я нежно погладила ее по спине, потом постаралась заглянуть ей в лицо, но глаза были по-прежнему крепко закрыты. Вдруг она снова бросилась к чемодану.

– Нет… нет… нет… – кричала она, выбрасывая из него вещи.

– Послушай, Джилли, – я подбежала к ней. – Я вернусь. Я уезжаю ненадолго.

– Она не вернулась!

Девочка продолжала твердить свое. В таком состоянии узнать у нее что бы то ни было не представлялось возможным.

Она подняла на меня глаза: куда девалась их пустота? Они были полны горя, и я поняла, что она не на шутку привязалась ко мне и не верит, что я вернусь, потому что не вернулась Элис, которая когда-то тоже была добра к ней.

Несколько дней… неделя для Джилли… это все равно, что год для кого-нибудь другого. Нет, я не могу бросить ее и уехать. А что скажет Коннан, если я привезу обеих девочек? Но ведь смогу же я объяснить, чем это вызвано. Как бы то ни было, оставлять Джилли в замке нельзя. Я скажу миссис Полгрей, что хозяин велел взять обеих девочек. Она будет только довольна. Ведь она всегда доверяла мне Джилли и первая признала, что с тех пор как мы начали заниматься, состояние девочки заметно улучшилось.

– Джилли, – сказала я, – мы поедем все вместе. Ты поедешь с нами.

Она непонимающе посмотрела на меня, и я добавила, поцеловав ее в лоб:

– Ну, что ты согласна?

Несколько мгновений она не верила своим ушам, а поверив, снова зажмурилась и опустила голову. Но теперь она улыбалась, и эта улыбка тронула меня больше любых слов. Радость этого несчастного создания стоила любого неудовольствия Коннана.

Мы выехали рано утром, но весь дом вышел проводить нас. Я села между девочками, а Билли Тригай в ливрее Тре-Меллинов занял место на козлах.

Сложив руки на груди, миссис Полгрей не отрывала глаз от Джилли. Она была явно рада, что ее внучка едет с нами. Рядом с ней стоял Тэпперти со своими дочками. Глаза у них блестели от догадок и предположений. Но мне было все равно. Я была так счастлива, что с трудом сдерживалась, чтобы не запеть, когда коляска тронулась и Маунт Меллин остался позади.