Лучше быть, чем казаться - Одри Карлан

– Довольно!

Лица сидевших у стола приняли раздосадованное и оскорбленное выражение. В конце концов, София подняла руку.

Максвелл кивнул.

– София? Ты хочешь что-то сказать?

София аккуратно положила руки на махагониевый конференц-стол перед собой – истинное воплощение рассудительности.

– Как член этой семьи и как инвестор замечу – ты не вправе ожидать, что все члены комитета и инвесторы в этой комнате поверят тебе на слово. На кону миллиарды и доброе имя нескольких поколений Каннингемов. Чем ты можешь доказать, что вы действительно кровная родня?

Я взглянула на Макса. Он сжал пальцы так сильно, что на черной кожаной спинке кресла остались полукруглые вмятины от его ногтей.

– Честного слова исполнительного директора этой компании и главы семьи тебе, стало быть, недостаточно? – сказал он, бросая Софии вызов перед целой комнатой своих деловых партнеров.

Ее глаза вспыхнули, а дьявольская ухмылка доказала то, о чем я уже догадывалась и раньше. Только твердое, неоспоримое доказательство заставит ее отступить. Эта женщина хотела крови и своей доли имущества компании. По моему позвоночнику пронеслась взрывная волна страха. Я судорожно сжимала и разжимала пальцы, пытаясь понять, как Макс собьет ее со следа.

Наклонив голову, он уставился на двоюродную сестру.

– Если тебе нужны доказательства, ты их получишь.

Он махнул рукой, и маленькая Диана, его жизнерадостная персональная помощница, резво вошла в зал, сжимая в руке пульт дистанционного управления. За ней в комнату вступила элегантно одетая афро-американка в белоснежном деловом костюме. Костюм так ярко сиял на фоне ее эбеновой кожи, что я ощутила укол зависти. У негритянок превосходная кожа, а эта женщина выглядела просто потрясающе. Ее волосы были заплетены в несколько тугих кос и собраны на затылке, откуда спускались черными канатами до самой задницы. Красота.

– Благодарю, Диана, – улыбнулся Макс.

Та просияла, похлопала его по груди и, направившись к двум креслам в углу комнаты, опустилась в одно из них. Черная красотка последовала за ней. Поставив портфель рядом с креслом, негритянка уселась, держась так прямо, словно проглотила шомпол. Когда она грациозно перекинула ногу на ногу, вызывающе-красные подошвы ее лабутенов с невероятно длинными шпильками ярко блеснули. Я бы не отказалась от горячей африканской «сестрички» в качестве подруги. Они всегда умеют шикарно приодеться. Я могла бы взять несколько серьезных уроков по стилю бизнес-шик у такой женщины.

Макс нажал пару кнопок на пульте, и по задней стене спустился LCD-экран. Свет блеснул на его матово-черной поверхности. Еще несколько нажатий, и на экране появилось изображение моего водительского удостоверения, выданного штатом Невада.

Макс, без всякого промедления, заговорил:

– Вам нужны доказательства. Итак, вещественное доказательство номер один. Водительское удостоверение Миа Сандерс демонстрирует, что не только написание ее имени в точности соответствует тому, что указано в завещании, но и дата ее рождения совпадает.

Это поставило меня в тупик. Вроде бы Милли и Макс говорили мне, что имя там указано нечетко, и нельзя толком разобрать, как оно пишется. Надо будет потом выяснить, в чем тут подвох.

– Этого тебе достаточно, или нужно еще? – спросил Макс, обращаясь к Софии.

– Любой может подделать водительское удостоверение, – ответила она, пренебрежительно махнув рукой в сторону экрана.

Впрочем, судя по выражению лица, она несколько приуныла.

– Что ж, хорошо. Тогда вещественное доказательство номер два. Карта социального страхования Миа Сандерс, доказывающая ее личность и гражданство. Мне продолжать?

– Всенепременно, – фыркнув, надменно ответила София. – Ты просто прекрасно справляешься. Правда, пока я не увидела ничего такого, что нельзя было бы оспорить в суде.

От следующего слайда у меня перехватило дыхание. На глазах выступили слезы, грозя пролиться. Промокнув уголки глаз, я уставилась на экран, поглощенная ураганом воспоминаний.

– Это фотография из архива моего отца, где изображена моя мать, держащая меня на руках. Рядом фотография Миа. Сходство поразительное, – хрипло произнес Макс и откашлялся.

Но как такое может быть? Изображение на экране полностью походило на мою мать, конечно, намного моложе, но все равно это была она. И на снимке она держала на руках малыша, возможно, годовалого мальчика. Золотистые локоны ореолом окружали головку ребенка. Я тряхнула головой, и слезы хлынули градом.

Шум в зале достиг максимальной громкости. Голос Софии звучал натянуто, но тем не менее она упорно продолжала гнуть свою линию. Следовало признать – эта женщина сама дотошность.

– Многие люди похожи друг на друга, Макс.

– Верно, – кивнул он, – но этим дело не ограничивается.

Он взглянул туда, где сидела женщина в деловом костюме, и махнул ей рукой, подзывая к нам.

– Члены комитета, меня зовут Ри Си Зайас, – начала она. – Я адвокат покойного Джексона Каннингема и его сына Максвелла Каннингема. Мистер Каннингем нанял меня, чтобы доказать законность наследственных прав Миа Сандерс и подтвердить ее родственную связь с ним.

У был Ри был ровный, спокойный и интеллигентным голос. Мне она понравилась в ту же секунду, но уже в следующую меня пробрал ужас при мысли о том, что она скажет.

– Если вы посмотрите на экран, то увидите там свидетельство о рождении Максвелла Каннингема, выданное в городе Даллас штата Техас, и свидетельство о рождении Миа Сандерс из Лас-Вегаса, штат Невада. Как вы можете заметить, женщина, указанная как мать, Мерил Колгров, и ее номер социального страхования, четко обозначенный на обоих документах, совпадает в первом и втором случаях. Этот документ обладает юридической силой и доказывает, что у Максвелла Каннингема и Миа Сандерс общая мать.

В зале воцарилась тишина. Не было слышно ни звука. Я сидела в абсолютном шоке. Кажется, я даже перестала дышать и только дрожала перед лицом предъявленных мне доказательств. По щекам невольно катились слезы, а от наплыва эмоций внутри все сжалось. Максвелл услышал, как изменился мой голос, когда я подавила всхлип. Он встал рядом со мной на одно колено и до боли сжал мои руки. Мне было все равно. Я вся одеревенела, потрясенная до самой глубины души.

Макс прижался губами к моим рукам и раз за разом целовал тыльную часть ладоней.

– Я должен был сказать тебе правду, – шепнул он. – Про… прости меня.

Его самого настолько захлестнули эмоции, что он заикался, пытаясь выговорить слова извинения.

Я была не в состоянии отвечать, но все еще не закончилось. Нет, красивая женщина, которую впоследствии я мысленно называла «темным ангелом судьбоносных событий» этим не ограничилась.

– Поскольку речь шла о наследовании невероятно крупной денежной суммы и доли в компании, я сочла разумным принять дополнительные меры и провела ДНК-тест. Мы взяли образчик волос с расчески мисс Сандерс и сравнили результаты анализа с результатами мистера Каннингема. Как вы видите на экране, результаты теста не оставляют сомнений: у Максвелла Каннингема и Миа Сандерс обнаружены идентичные материнские генетические маркеры, присутствие которых решительно доказывает, что мисс Сандерс и мистер Каннингем и в самом деле единоутробные брат и сестра, рожденные от одной матери.