Гавань моего сердца - Анна Матир

Дети отрицательно покачали головами и вернулись к своему тихому воскресному времяпрепровождению.

Может быть, он решил поспать? Я поднялась наверх, но обе спальни были пусты.

Я торопливо спустилась вниз и побежала в кухню. Из-за дверей маленькой комнатки доносился храп миссис Фор. Столовая была пуста. Куда же подевался Картер? И где Миранда?

Я встала у кухонного окна и посмотрела на пустынный задний двор. Там тоже никого не было.

Миранда могла задремать в своей комнате, как и миссис Фор. Но исчезновение Картера все равно оставалось загадкой. Может быть, Миранда отправила его по какому-нибудь срочному делу? Миссис Лонг, жившая неподалеку, была больна. Наверное, Миранда отправила Картера справиться о ее самочувствии и помочь ей, если что-нибудь понадобится.

Да, наверняка так и было.

Я взяла с печи кофейник и налила себе чашку теплого кофе. Облокотившись на подоконник, я позволила своему языку насладиться горьким вкусом ароматного бодрящего напитка.

Скрипнули входные двери. Картер вошел в дом и бесшумно закрыл замок. Остановился. Расслабился.

Я поставила чашку и скрестила руки на груди:

— И где же ты был?

Он вздрогнул от неожиданности и обернулся. Я окинула быстрым взглядом его одежду, ища улики, но на его рубашке не было ни единого пятнышка.

— Мне просто захотелось выйти на свежий воздух, — усмехнулся Картер.

— Понимаю. И ты никому не сообщил о том, что уходишь?

— Я… ммм… — Его глаза забегали. Он пожал плечами. — Никого не было.

Я подняла брови.

— Кроме тебя, конечно. Но я не хотел беспокоить тебя по пустякам.

— В следующий раз обязательно побеспокой меня. Понял?

— Да, мэм. Но скажи, Сэди, когда возвращается Эрл?

Я опустила голову и снова поднесла к губам чашку кофе, чтобы скрыть румянец, который залил мои щеки.

— Для вас, молодой человек, он мистер Глейзер.

Картер откинул со лба прядь волос, которая падала ему на глаза.

— Он сказал, что я могу называть его Эрлом.

Я вздохнула. Все дети называли меня мисс Сэди. Почему же Картер не может обращаться к Эрлу по имени? Я откашлялась и взглянула Картеру в глаза:

— Я полагаю, он вернется завтра после обеда.

Однако на самом деле планы Эрла были мне до конца не ясны. Я до сих пор не знала, что думать о наших отношениях. Мое физическое влечение к нему было очевидным и неоспоримым. Но учитывая то, что я увидела, наблюдая за Виолой и Мирандой, такая реакция была присуща всем женщинам, которые находились в зоне действия его улыбки. Кроме миссис Фор. Ее не могла подкупить привлекательная внешность.

Выходило, что я на это купиться могла. Я вспомнила о наставлениях Миранды по поводу Картера. Что, если мое сознание было затуманено именно из-за его привлекательной внешности? Я хотела спросить Картера о человеке, с которым он разговаривал тогда на улице, о каких деньгах тогда шла речь и о пропаже шести долларов, но, сделав это, я разрушила бы наше хрупкое перемирие.

— Могу я идти? — спросил Картер, направляясь в переднюю часть дома.

Я махнула ему рукой и снова взяла чашку, чтобы сделать еще один глоток кофе, но тут услышала резкий стук в парадные двери.

Я поставила чашку. По воскресеньям к нам часто без предупреждения заглядывали гости. Иногда это были меценаты. Иногда — члены попечительского совета со своими женами. Иногда — семьи, которые приносили дары для нашей кладовой.

Я распахнула двери. Передо мной стояли мужчина и женщина, которых я прежде ни разу не видела.

— Я могу быть вам полезна? — спросила я.

Мужчина снял с головы потертый котелок, и его густые усы зашевелились.

— Надеюсь, что да. Говорят, наша племянница — дочь сестры моей жены — находится у вас. Мы хотели бы ее навестить.

— Так-так, мистер… Простите?

— Линдстрем. А это — моя супруга.

— Мистер Линдстрем, меня зовут мисс Силсби. Я управляющая Рэйстоунским домом. Почему бы вам с миссис Линдстрем не пройти в мой кабинет и не обсудить этот вопрос там?

Мужчина отступил в сторону, давая своей жене возможность войти первой. Я отметила про себя потертый подол ее платья, вывернутый наизнанку шов. Это будет не первый раз, когда кто-то пытается приютить ребенка из нашего Дома в надежде на получение какой-либо выгоды для себя. Но мы не платили приемным семьям никаких пособий на содержание ребенка. Их решение усыновить или удочерить дитя было актом благотворительности. Некоторые приходили в поисках бесплатной рабочей силы. Я должна была проверить историю этой семейной пары, прежде чем отдать им на воспитание кого-либо из наших ребят.

— Если позволите, я отлучусь на минуту — попрошу свою помощницу, чтобы она приглядела за детьми.

Супруги Линдстрем кивнули. Я быстро поднялась по лестнице за Мирандой, но ее комната пустовала. Я ринулась обратно, постучала, а затем ворвалась в комнату миссис Фор и стала трясти ее за плечо:

— Миссис Фор!

Она перестала храпеть и подпрыгнула на кровати, еще не совсем проснувшись.

— Что? Горим? Где пожар?

— Нет, никакого пожара нет.

Кухарка прижала руки к груди и вздохнула с облегчением.

— Я нигде не могу найти Миранду, а ко мне пришли посетители — семья, которая спрашивает о ребенке. Не могли бы вы…

— Конечно, я позабочусь обо всем, не сомневайся.

— Спасибо вам, миссис Фор. Ах да. Если вдруг увидите Миранду, отправьте ее, пожалуйста, ко мне в кабинет, хорошо?

— Непременно. А теперь беги, не заставляй их ждать.

Я поспешила обратно. Мистер и миссис Линдстрем сидели неподвижно у моего стола. Я постаралась выглядеть спокойной.

— Итак, о ком из ребят идет речь?

Миссис Линдстрем подалась в мою сторону:

— Лили Бет Эшворт.

Я упала на стул, сохраняя улыбку на лице.

— А вы, стало быть, сестра миссис Эшворт?

Женщина нерешительно взглянула на мужа, затем кивнула.

— Как вы понимаете, мне нужно будет проверить эту информацию. И, несомненно, поговорить с миссис Эшворт.

Женщина пробормотала, что все понимает, испуганно глядя на мужа в поисках поддержки.

У меня внутри все перевернулось. Если эта женщина говорит правду и если мы не сможем связаться с миссис Эшворт, они захотят забрать Лили Бет к себе домой. Будет ли у них ребенку лучше, чем у нас?

В кабинет проскользнула Миранда и встала у стены, за спинами супругов Линдстремов.

Мистер Линдстрем закинул ногу на ногу.