Отчаянный шантаж - Нора Робертс

– Обязательно все всегда сводить к деньгам? – холодно осведомилась Сибил.

– Легко смотреть свысока, когда у тебя полно баксов. Тебе никогда не приходилось попрошайничать, изворачиваться. У идеальной дочки всегда было полно всего. Теперь – моя очередь.

– Глория, я бы помогла тебе. Я пыталась помочь, когда ты привезла Сета в Нью-Йорк.

– Да, да, да. Старая песня. Устройся на работу, перестань пить, брось наркотики. Дерьмо! Не желаю ничего слышать, поняла? Это моя жизнь, сестренка, не твоя. И это мой ребенок, не твой.

– Какой сегодня день, Глория? – спросила Сибил, стараясь и дальше держать себя в руках.

– Что? О чем ты говоришь, черт побери?

– Сегодня двадцать восьмое сентября. Для тебя эта дата что-нибудь значит?

– А что она должна значить? Поганая пятница. И одиннадцатый день рождения твоего сына… Сибил решительно распрямила плечи.

– Глория, ты не получишь Сета, хотя мы обе прекрасно знаем, что ты не этого добиваешься.

– Ты не можешь…

– Заткнись! Мне надоели твои игры. Я знаю, что ты собой представляешь. Не хотела знать. Долго притворялась, что не знаю. Хватит! Если тебе нужна помощь, я найду хорошую больницу и заплачу за курс реабилитации. На другое не рассчитывай!

– Не нужна мне твоя чертова помощь!

– Прекрасно. Это твой выбор. Ты не получишь от Куинов ни цента, и ты не подойдешь к Сету на пушечный выстрел. Я дала письменные показания под присягой адвокату и нотариально заверенное заявление чиновнику, ведущему дело Сета. Я рассказала им все и, если возникнет необходимость, повторю в суде, что, по желанию Сета и в его интересах, он должен остаться у Куинов навсегда. Я сделаю все, чтобы ты больше никогда не смогла его использовать.

– Сука! – В злобном шипении Глории ясно слышался испуг. – Ты не посмеешь так поступить со мной. Думаешь, что можешь отбросить меня, как старый башмак, и спутаться с этими ублюдками? Я тебя погублю.

– Ты, конечно, можешь попробовать, но у тебя ничего не выйдет. Ты уже проиграла.

– Ты точно такая, как она! – исходила злобой Глория. – Точно как наша мамочка с рыбьей кровью. Снаружи – идеальная принцесса, а внутри – просто сука.

"Может быть, насчет меня Глория и права», – устало подумала Сибил.

– Ты шантажировала Рэймонда Куина, который ничем тебя не обидел, и он заплатил. С его сыновьями, Глория, этот номер не пройдет. И я тоже на твою удочку больше не попадусь.

– Неужели? Давай попробуем. Сотня тысяч баксов, или я обращусь в прессу, например, в «Нэшнл инкуайер» или в «Хард копи». Посмотрим, как станут распродаваться твои вшивые книжонки, когда я расскажу свою историю, – пригрозила Глория.

– Спрос на них возрастет процентов на двадцать, – кротко произнесла Сибил. – Я не поддамся на шантаж, Глория. Делай, что хочешь, но подумай вот о чем: в Мэриленде тебя ждет обвинение в жестоком обращении с ребенком. У Куинов есть доказательства. Я их видела. На твоем месте я бы поумерила пыл.

Глория разразилась потоком ругательств, но Сибил не стала больше ее слушать, положила трубку, закрыла глаза. Она сдерживалась во время разговора, однако сейчас ничего не могла с собой поделать: ее мутило, виски стискивала боль…

Сибил сидела на кровати, прижавшись лицом к коленям, пока дыхание не выровнялось и тошнота чуть-чуть не отступила. Затем она встала, приняла таблетку от мигрени, подрумянила побледневшие щеки и, захватив сумочку, жакет и подарки для Сета, покинула гостиничный номер.

Как прикажете высидеть бесконечные уроки в день своего рождения, да еще первый в жизни? Сет не мог припомнить, чтобы ему когда-нибудь раньше праздновали день рождения, а сегодня его ждут пицца, и жареная картошка, и шоколадный торт, и мороженое, и, может быть, даже подарки. Вероятно, все закончится шмотками, но все равно это будут подарки… если вообще кто-нибудь придет…

Дома оказалась одна Анна. Она хлопотала на кухне, а ему ну совсем нечего было делать.

– Почему они так задерживаются? – спросил Сет в третий или четвертый раз.

– Скоро придут, – терпеливо ответила Анна.

– Уже почти шесть. И почему мне велели спешить домой, если они все на верфи?

– Потому что, – решительно отрезала Анна. – Перестань лазить в холодильник, а то нос отморозишь, – добавила она, когда Сет снова распахнул дверцу. – И перебьешь себе аппетит.

– Я умираю с голоду.

– Ты же видишь: я режу картошку.

– Я думал, Грейс поджарит.

Анна обернулась и вопросительно взглянула на него.

– Хочешь сказать, что я не умею жарить картошку? Сету было скучно, он весь издергался… Почему бы не поддразнить ее?

– Ну, у Грейс здорово получается.

– Понятно. – Анна повернулась к нему лицом и подбоченилась. – А у меня, значит, нет?

– Я этого не сказал, но, в любом случае, нам останется пицца. – Сету почти удалось сохранить невозмутимое выражение лица, однако на последнем слове он не удержался и прыснул.

– Сопляк! – Анна шутливо бросилась на мальчика, но тот, хохоча, увернулся, и тут зазвонили в дверь.

– Я открою, я открою!

Оставив улыбающуюся Анну, Сет выбежал из кухни, но, когда он распахнул дверь и увидел Сибил, его смех тут же оборвался.

– О, привет.

Сибил вымучила вежливую улыбку.

– С днем рождения!

– Да, спасибо.

– Благодарю за приглашение. – Растерявшись, Сибил протянула пакеты через порог. – Тебе уже разрешили открывать подарки?

– Наверное. – Глаза Сета широко распахнулись. – Это все мне?

Он удивился точно как Филип, и Сибил еле сдержала вздох.

– Надеюсь, это тебе пригодится.

– Здорово. – Вдруг Сет бросился мимо Сибил на веранду. – Привет, Грейс!

Его радостный голос и восторженная улыбка так сильно отличались от настороженности, с которой он встретил Сибил, что ее сердце сжалось еще сильнее.

– Привет, Грейс! Привет, Обри. Я скажу Анне, что вы приехали.

Сет метнулся обратно в дом, оставив Сибил в полном замешательстве.

– Кажется, именинник очень возбужден, – с улыбкой заметила Грейс, выходя из машины.

– Да, ну… – Сибил умолкла, не зная, что сказать. Грейс поставила на капот сумку, затем прозрачную пластмассовую коробку с тортом, затем наклонилась к нетерпеливо ерзающей в детском сиденье и что-то лепечущей маленькой девочке. – Вам помочь?

– Я бы не отказалась. Подожди, малышка. Если ты будешь извиваться… – Грейс снова улыбнулась подошедшей Сибил. – Обри весь день как на иголках. Сет – ее любимец.

– Сет! У Сета день рождения. Мы испекли торт.