Лавандовое утро - Джуд Деверо

— Я знаю об этом мире больше, чем хотела бы, — сказала Джос.

— Люку надо было возвращаться на работу, но Ингрид уговорила его остаться с ней. Я думаю, Люк не воспринимал все это всерьез.

— И она отказалась вернуться с ним? — спросила Джос.

Доктор Дэйв воткнул вилочку в торт.

— Нет. Но она хотела остаться. Она вообще не отличается большим умом. Но когда дело касается ее персоны, тут она становится умной и хитрой. Она собрала вещи и сказала, что едет с ним, что любит его так сильно, что готова бросить ради него все. Это просто был еще один трюк, и Люк, конечно, растаял. Как он мог отказать? Так что она поехала на последнюю съемку, а Люк ждал ее в отеле с билетами на рейс. В следующий раз Люк увидел Ингрид уже в госпитале. У нее произошел выкидыш, и она была так несчастлива, что хотела покончить с собой. Конечно, он не мог оставить ее одну, ей было так плохо, что и речи не могло быть о самолете. В конце концов Люк остался с ней в Нью-Йорке.

— Садовник в Нью-Йорке?

— Мой внук может не только ухаживать за садом, он ненавидит город, а они прожили там примерно полтора года. Затем в один прекрасный день Люк узнал, что у Ингрид не было выкидыша. Ей надо было задержаться в Нью-Йорке, чтобы сделать аборт…

— Люк, должно быть… — Джос не могла подобрать нужные слова.

— Он так переживал из-за потери ребенка… Он вернулся в Эдилин и начал работать садовником. Родственник его деда оставил ему старый дом, и Люк отремонтировал его, а затем взялся за Эдилин-Мэнор.

Дэйв посмотрел на Джоселин:

— И насколько я знаю, мой внук не общался с Ингрид почти два года.

— Почему же он не подал на развод?

— Если бы это была ее инициатива, я уверен, Люк с радостью подписал бы все нужные бумаги, но сам он не станет подавать заявление о разводе.

— Но сейчас они снова вместе.

— Вам можно доверять? — спросил Дэйв.

— Вы думаете, я расскажу всему городу о нашем разговоре?

— Иногда это хорошо, когда тебя окружают люди, которые знают тебя всю твою жизнь, но порой это просто ужасно. С самого начала Люк не хотел никому рассказывать о своей неудачной женитьбе. Я думаю, что он чувствовал себя идиотом, которого обвели вокруг пальца, и ругал себя за то, что влюбился в женщину, у которой не было… — Он пожал плечами.

— Души? Я знаю, что это такое. Я жила с двумя сводными сестрами, поэтому могу себе представить.

— Но вы не знаете меня. Я провел собственное расследование, нанял частного детектива, это он узнал все о выкидыше Ингрид. На это ушли месяцы, но он нашел клинику, где она делала аборт, и я убедился, что «несчастный случай», как называл это мой внук, нашел отражение в бумагах.

— Если бы Люк узнал, что вы…

— Вы понимаете, насколько я доверяю вам?

Она откинулась на спинку стула.

— Вы рассказываете мне это, потому что узнали еще что-то?

— Да. — Дэйв выдвинул ящик стола, вытащил толстую папку, открыл большой конверт. — Вчера я получил это от детектива, который собирал сведения об аборте. Это объясняет, почему Ингрид вернулась сюда, — сказал доктор Дэйв, протягивая конверт Джоселин.

Она взяла конверт, но не открыла его.

— Я надеюсь, вы не хотите, чтобы я сообщила Люку все эти новости?

— Нет, скоро все и так появится в газетах. — Дэйв поднял руку, продолжая говорить. — Он влюбился в вас. Я уже несколько лет не видел его таким счастливым. Он даже играл со мной в гольф.

— Вы знаете, что он терпеть не может гольф?

— Да, — со смешком признался Дэвид.

— Тогда зачем вы все это затеяли?

— Это просто семейная шутка. Он привык проводить время с другим своим дедом… — Он достал из папки пожелтевшие бумаги, и глаза Джос засветились. — Вы знаете, что это такое?

Как кобра, загипнотизированная факиром, Джос потянулась к бумагам.

Но Дэвид снова убрал их в папку.

— Вы заставите моего внука снова смеяться, и тогда я дам вам вторую часть.

— Вы читали их? — почти шепотом спросила она.

— О да. Мне особенно нравится та часть, где их джип переворачивается в реке. Эди должна… О, может, вам неинтересно?

— Мне интересно. Но…

— Но что?

— Я сказала Рамзи и Люку, чтобы они оставили меня в покое.

— Забавно, что вы упомянули Рамзи, но у него какие-то дела в Массачусетсе и, похоже, на это уйдет несколько недель.

— Господи, помоги мне! — ужаснулась она. — Это вы отослали его туда? Вы выбрали меня для своего внука, да?

— Я слишком стар, чтобы загадывать так далеко. Сейчас я делаю все, что могу, чтобы уберечь внука от этой маленькой золотоискательницы, на которой он женился. И я хочу, чтобы вы добавили эту историю в книгу об Эди.

— Откуда вы знаете?..

— Почта, — сказал он. — Обратные адреса, поиск в Интернете, не так уж трудно выяснить, чем вы занимаетесь.

— А я еще удивляюсь, почему мисс Эди хотела уехать из этого города, — с сарказмом сказала она.

— Из того, что я слышал, вы тут прижились. Вам нравится жить в Большом доме.

— Вы психиатр?

— Терапевт, — сказал он, ища что-то в папке.

— Пожалуйста, скажите мне, что у вас больше ничего нет! Может быть, новый манускрипт Мертвого моря…

— Лучше… А-а, вот оно. Это рецепт жаркого от моей дочери.

— Рецепт?

— Ну да. Приготовьте его, поставьте в холодильник, а когда Люк, которого я прежде никогда не видел таким печальным, придет копать в вашем саду свои ямы, накормите его.

— Почему вы так смотрите на меня?

— Вы скучаете по нему, да?

— Вообще-то я так занята, что у меня нет времени даже… — Она замолчала, видя, как он улыбается, глядя на нее. — Вы что-то знаете? Вы такой же впечатлительный, как и он.

— Я принимаю это как комплимент. Итак, приготовьте жаркое и поставьте его в холодильник.