Королевство Кинзи - Оксана Алексеева

– Иди к черту, Рик.

В среду вечером я обзвонила всех членов совета, чтобы предупредить о внеплановом собрании. Не только мне было понятно, что до пресс-конференции нам лучше прийти к единому соглашению. Кинзис Киндом просто не выдержит новых потрясений прямо сейчас. Я не верила, что смогу завтра примирить все стороны, но собиралась взывать к их меркантильности. Для большинства должно быть достаточно.

Последним номером в списке был телефон Рика. Коротко сообщила о совете, но он перебил:

– Давай встретимся. Сейчас. Ты у Джека? Я приеду.

– Не надо, – я выключила свет в комнате и сползла по стене на пол. – Так только хуже становится, Рик. Мне и от твоего голоса становится хуже.

На этот раз ему не было смешно:

– Не представляю, куда хуже. Ну, чего ты хочешь, Клэрис? Громких признаний?

– Нет. Хочу, чтобы ты отступил от Кинзис. И тогда я сама готова на какие угодно громкие признания.

– Я не могу, – сдавленно, на грани слышимости.

– Понимаю. Но я не отдам тебе компанию.

– Понимаю. Клэрис, давай просто поставим границу. Завтра в десять утра начнем убивать друг друга, а сегодня не будем. Не убивай меня сегодня, напарница. Давай встретимся. И признайся уже мне, а не матери. Кстати, зачем ты к ней ездила?

– Потому что хочу знать о тебе все.

– А я бы предпочел ничего о тебе не знать… Хотел бы, чтобы мы встретились на улице. Тогда сейчас ты была бы уже у меня. Давай поставим границу? Не приезжай. Встретимся на улице. На пять минут. Мне нужно только пять минут.

Сердце заныло. Но он ошибается, что такая граница вообще возможна. Если я сейчас дам слабину, то Рик почти мгновенно окажется рядом и заставит забыть обо всем. И сам забудет. А завтра я уже не смогу давить в полную силу. А я, Зевс Олимпийский, должна принимать решения. Я, правитель королевства, я… у меня ведь нет выбора.

– До завтра, Рик Беннет. Завтра я не стану тебя жалеть.

– Не жалей, Клэрис Кинзи, это последнее, чего я от тебя жду.

Второе собрание подряд начиналось в гнетущей атмосфере. Дин приехать не смог, но ассистенты подключили видеосвязь. Последними в зал вошли родители. Под руку. Получается, они хотя бы между собой договорились…. А вдвоем они непобедимы.

Я сидела на месте отца, он без слов прошел дальше. Пытаясь разгадать его настроение, я вглядывалась в лицо… и отец выглядел спокойным. Вполне возможно, что мама добилась не только перемирия между ними, но заставила взглянуть на ситуацию под другим углом. Мне очень-очень нужно, чтобы так и было! Отцовское спокойствие придало сил и мне:

– Извините, что оторвала от дел, но до пресс-конференции надо решить некоторые принципиальные вопросы. Мы не можем в пятницу объявить одно решение, а через неделю другое – Кинзис и без того в шатком положении.

Дождалась кивков и полной заинтересованности. На Рика старалась не смотреть вовсе, чтобы не сбиться с мысли. Ничего из запланированного я не согласовывала ни с Дином, ни со Стивеном – хотелось создать настоящую дискуссию. Без коалиций, сбитых заранее. Только так можно действительно обсуждать, а не ставить ультиматумы.

– Юридический отдел предоставил довольно оптимистичные прогнозы, и вопросы с кредиторами почти закрыты, но цена акций продолжает падать, а инвесторы ожидают хоть какой-то стабильности. Если иски будут остановлены и больше никто не станет нагнетать обстановку, то по прикидкам планового отдела мы уже через три месяца компенсируем убытки. Вопрос в том, готовы ли присутствующие сделать для этого все возможное.

Теперь мне пришлось посмотреть прямо. Рик, откинувшийся на спинку стула, выглядел задумчивым:

– Речь, как я понимаю, обо мне. Ладно. Мои специалисты дают другие прогнозы – например, со дна можно поднять еще пару дел, очень схожих с Беннет Фарм. И тогда через три месяца Кинзис окончательно утонет.

Надо отдать отцу честь – он смог промолчать, только нахмурился и смотрел на Рика исподлобья. Мистер Диксон начал возмущаться, но того утихомирил Стивен. И сразу поддержал меня:

– Рик, о том и речь! Никто не сомневается, что вы можете создать еще море проблем. Клэрис… мисс Кинзи потому и завела этот разговор. Давайте в узком кругу обозначим позиции и придем уже к какому-нибудь соглашению.

Я с облегчением улыбнулась менеджеру. Он сразу уловил основную идею и не разозлился, что я ничего не обсудила с ним. Рик посмотрел на меня, прищурился – никаких искр во взгляде:

– Ну, с меня не убудет, если я послушаю, что вы готовы предложить взамен… мисс Кинзи.

Последнее все-таки прозвучало с сарказмом. Я вдохнула.

– То же, что раньше, но остальные не знают, – окинула напряженным взглядом присутствующих. – Я предлагаю пойти на дробление компании – отдать Рику всю фармацевтическую линию. Рик, это лучшая сделка, на которую ты можешь рассчитывать. И давай прекратим войну на истощение…

Конец фразы утонул в поднимающемся гаме. Отец заорал сначала на меня, а потом с таким же гневом отвечал что-то матери. Стивен окаменел и потом выдал, окончательно меня ошарашив:

– Дура! Слишком много! Ты что, вообще не видела финансовые отчеты? Фармацевтика дает шестьдесят девять процентов чистой прибыли! Дура!

Все даже с мест вскочили, только я и Рик продолжали сидеть. Он задумчиво рассматривал свои пальцы. И ведь не отказался сразу. Я решила, что это хороший знак:

– Видела, Стивен! И еще смотрела пессимистичный прогноз планового отдела! Если мы сейчас прекратим распри, то через полгода запустим свои линии. Через два с половиной вернемся к той же прибыли. А вот продолжая бессмысленное истощение последних резервов, мы…

Стивен внял за секунду и тут же заорал на Рика, будто тот уже дал согласие:

– Чикагский и два европейских филиала! Почти восемьдесят процентов производства! Не больше! Но это твое по праву!

Смешно смотреть, как он торгуется с тем, кто и все сто процентов фармацевтики без особенного желания рассматривает. Но внимание привлекла шумная перепалка отца с мистером Диксоном. Последний неожиданно оказался на моей стороне… и уже через минуту я поняла, какую грандиозную ошибку допустила:

– Правильно она говорит! Разделить давно пора! Далеко не только Кинзи вкалывали тут поколениями, пусть и другие получат свою долю!

– Да ты… сукин сын! – орал отец еще громче. – Вы тут с катушек все послетали?!

– Делим! – не слышал его мистер Диксон. – Пусть щенок забирает фармацевтику, мне до чертей! А я давно заработал сектор бытовой химии.

У меня по спине пробежал мороз. Стивен теперь кричал наравне с ними:

– А канцелярку давайте просто бездомным подарим, раз она никому не нужна! Или канцелярку Дин заберет, когда у него отнимут филиал? Вы спятили! Клэрис, ты что делаешь?!

Теперь и я поняла, что прокололась по всем фронтам: если Рику отдать хоть малую часть, то я создам прецедент! После этого каждый крупный акционер будет вправе потребовать долю, пока Кинзис не разлетится по кускам в разных направлениях. Я встала, но не знала, что сказать. Нужно вынести на голосование! И официально признать себя идиоткой. Я считала в уме голоса, но никак не могла сосредоточиться. Рик поднял голову и улыбнулся, но в улыбке не было и грамма веселья: