Безрассудная любовь - Татьяна Милях

Ближе к вечеру младший Шелестов вернулся домой. Надеясь отправиться в Михайловский, он распорядился приготовить ему свежую рубашку, но услышав о театре, отец строго взглянул на сына и напомнил о приёме у Воронцовых. Сергей еле сдержался от досадливой гримасы: он совсем забыл о приглашении. Конечно, избежать посещения предполагаемых родственников молодой князь не мог и, с сожалением вспоминая о мадмуазель Легран, вздохнул и позвал денщика²⁴:

– Демьян, пойдешь и купишь букет роз. – Сергей Дмитриевич сунул слуге купюру.  – Алых роз. – уточнил он. Денщик собрался было уходить, но господни остановил его и передал конверт.  – Букет и письмо доставишь в Михайловский театр и передашь мадмуазель Легран. Всё понял? – строго взглянул Шелестов.

– Конечно, барин. Всё будет исполнено в лучшем виде, – заверил слуга.

Княжеская карета, мягко шурша новыми колёсами по мостовой, несла семейство Шелестовых к особняку Воронцовых. Екатерина Тимофеевна, ожидая серьёзного разговора с сыном, многозначительно поглядывала на мужа, но Дмитрий Алексеевич делал вид, что не замечает нетерпения супруги, и молчал.

Поутру мадам Шелестова высказала мужу свои опасения по поводу сына, но князь только отмахнулся.

– Екатерина Тимофеевна, вы сгущаете краски. А Серж правильно ответил. Он не первый раз ночует вне дома, и почему теперь это стало вас беспокоить, мне непонятно.

– Дмитрий! Разве ты не видишь? Наш сын увлёкся певичкой!

– И что из того? Пока он не женат. А у мужчин имеются свои потребности, – многозначительно хмыкнул Дмитрий Алексеевич и отметил:  – А девица и впрямь хороша.

– Ваше сиятельство! – осуждающе выдохнула супруга. – Но Серж это делает на виду всего общества! А если это не понравится графу Воронцову?

– Уверяю, ты слишком серьёзно относишься к невинным шалостям нашего шалопая, – улыбнулся князь.

– Невинным? – вспыхнула Екатерина Тимофеевна. –  А ты заметил кулон на шее этой мадмуазель Легран? Такие украшения просто так не дарят! Или ты думаешь, она сама его купила?

– Но возможно это просто подделка, – пожал плечами князь.

– Эээ, нет… Уж в чём-чём, а в этом я разбираюсь! Изумруд чистейшей воды! А бриллианты? Украшение стоит немалых денег!

– Ну, даже если и так, – поморщился Дмитрий Алексеевич: разговор его начал раздражать.  – Даже если Серж содержит эту певичку, что из того? Ваша матушка оставила внуку обширное поместье. У нашего сына свой доход имеется.

– Нет, сударь, вы невыносимы! – всплеснула княгиня руками. – Эта девица намерена разорить нашего сына, а вы говорите так, будто речь идёт о дешёвых булавках! И наверняка эта французская вертихвостка уже примеряет наш княжеский титул на себя! – кипятилась мать.

– Неужели ты думаешь, что Серж настолько глуп, чтобы жениться на певичке?  – засмеялся отец и уверено проговорил: – Наш сын достаточно умён и исключительно самолюбив, чтобы не совершать подобной глупости. И этим он пошёл в вас, мадам, – насмешливо взглянул он на супругу.

Екатерина Тимофеевна недовольно сложила губки, но не стала оспаривать заявление мужа. Будучи девицей, юная Катенька точно знала, чего хочет от жизни, и, в отличие от своих сверстниц, искала не возвышенную любовь, а удачную партию. И когда встал вопрос о выборе мужа, предпочла всем остальным кавалерам князя с солидным доходом и весомым положением. Хорошенькой кокетке легко удалось очаровать пылкого поручика Шелестова и быстро женить его на себе. А что оставалось делать Дмитрию Алексеевичу, когда его застукали вместе с mademoiselle при весьма пикантных обстоятельствах. Некоторое время он души не чаял в прелестной супруге, но позже понял, что та встреча в беседке была неслучайна.

После свадьбы Екатерина Тимофеевна показала свой капризный нрав и просто так не баловала мужа нежностью и ласками. В конце концов, устав от её холодности и вечного недовольства, он начал искать любви на стороне. Мадам Шелестову мало заботили похождения князя, она не горела желанием рожать ему каждый год детей, а потому смотрела на измены супруга философски. «Главное, чтобы эти увлечения не отражались на семейном бюджете», – считала княгиня и никогда не закатывала недостойных сцен. Единственно, к кому Екатерина Тимофеевна относилась ревностно, так это к сыновьям, а после гибели старшего вся её нерастраченная любовь излилась на младшего Сергея.