Дом потерянных душ - Евгения Кретова

– Ну, Мумрикова…

Он встал и вышел из кухни. Вернулся через минуту с ботинками в руках и курткой. Сложив все у двери на веранду, снова исчез в коридоре. Хлопали дверцы шкафчиков, доносилось его приглушенное ворчание. Вернулся с квадратным чемоданчиком с инструментами. Пробормотал:

– Капитан полиции Александров лезет проверять глюк своей подруги, кому скажешь – не поверят. А поверив, будут ржать, как лошади.

Аделия устало улыбалась:

– Не скажут. Сегодня твое имя войдет в историю, ты раскроешь преступление, о котором никто не знает.

Макс посмотрел на нее, с сомнением поморщился, выставил вперед указательный палец:

– Если ты ошиблась, то с теткой ты разбираешься.

– Я не ошиблась, Макс.

Молодой человек посмотрел на нее, покачал головой, и вышел на веранду.

Аделия слышала, как он передвигает мебель, составляя ее в один угол, неохотно поднялась и, продолжая кутаться в плед, подошла к двери, посмотрела через стекло: Макс, присев на корточки, изучал покрытие там, где лежала недавно поленница и стояла девочка-призрак.

Надев унты Карины, вышла к нему.

Макс, не оборачиваясь, уточнил:

– А каком месте она стояла, не помнишь?

– Правее. Вон там, где черные хлопья земли.

Максу стало не по себе, по спине будто ледяной рукой провели – в самом деле, чуть правее от него, ближе к углу веранды, рассыпана пригоршня черной земли. Как та, что он видел под окном и чуть раньше – у беседки. Поежился: вера в призраков давалась ему нелегко.

Вздохнул, прогоняя тревогу.

– Здесь должен быть люк в подпол, если я не ошибаюсь. Не понимаю, зачем его зашили… – Он сел на деревянный пол, подобрал под себя ноги: – Ада, скажи мне, что я делаю?

– Ты проверяешь факты, – напомнила девушка.

– Тогда скажи, как ты видела подпол из своего видения. Где была лестница наверх, – он прищурился.

Девушка задумалась, погружаясь в воспоминание, как в ледяную крещенскую воду – с головой. И так же зашумело в ушах, потемнело в глазах.

Женщина ссутулилась над роженицей. Тяжелое дыхание, сдавленный крик. Привкус крови, смешанный с запахом сырости. Холод. Холод поднимается по ногам, цепляясь когтистыми лапами за щиколотки, царапая колени.

– Вот здесь! – Аделия до боли сжала кулаки, чтобы почувствовать, как ноги царапают кожу.

Кивнула в самый угол веранды.

Макс проследил за взглядом девушки, загрустил: это место было плотно зашито досками. Вход в погреб замурован, получалось так.

У окна показалось лицо Дмитрия. Дернув ручку, он вышел на веранду:

– Вы чего тут колготи́тесь, молодежь?

– Дядь Дим, а чего вы погреб замуровали? – вместо ответа спросил Макс, встал, отряхнул колени. – Не пользуетесь, что ли?

Дмитрий оглядел ребят с ног до головы, с сомнением покачал головой:

– Просто вход с другой стороны сделали. А там – камин, Света сказала – неудобно. Я перенес. – Он пальцем указал на заставленный корзинами угол.

Макс воодушевился, направился туда. Переставил корзины. Дмитрий наблюдал с любопытством и опаской. Вытянув шею, следил, как Макс дернул на себя крышку люка, включил свет внизу и заглянул под пол. Присвистнул.

– Что? – Аделия присела рядом с ним на колени, тоже посмотрела вниз.

Первое, что бросилось в глаза – облицованные полированными панелями стены, аккуратные ряды металлических стеллажей, как в супермаркетах, с перфорированными креплениями, позволяющими регулировать высоту полок. Высокие короба под овощи, сейчас пустые, серая крышка ледника.

Аделия повернулась к Максу:

– Все переделано. Я все иначе видела.

– Ну, конечно, переделано, – Дмитрий пожал плечами. – Света сама придумывала дизайн… А что происходит-то?

Аделия посмотрела на него снизу вверх:

– Я спущусь?

Дмитрий махнул рукой, вернулся в дом.

Макс помог девушке спуститься вниз. Спустился сам. Уперев кулаки в бока, огляделся:

– Ну, командуй, колдуй-команда. Чего делать-то теперь? – поежился.

Аделия хмурилась. Передвинулась левее, встала ровно под тем местом, где только что стояла. Посмотрела по сторонам.

– Здесь стало просторнее, значит, погреб расширяли. Если так, то ворох соломы, на котором рожала девушка, был вот тут, где банки с вареньем… Лестница там, где ты сейчас стоишь, – она посмотрела на Макса, закусила губу. – Тогда тело младенца закопали вот здесь…

Она указала на ровные ряды консервации у ног капитана. Макс посмотрел в потолок, прикинул.

– То есть ровно там, где стоял призрак, – Вздохнул. – Тут пол вскрывать придется, Адель. Это новое покрытие, максимум лет десять ему.

Девушка молчала, смотрела на потемневшие доски.

Макс провел рукой по полу, проверил стыки. Удовлетворенно хмыкнул:

– Ну, вот эту плаху я смогу поднять аккуратно, посмотреть, что там под ней…

– Старый пол, – подсказал Дмитрий. Он заглянул в подпол. – Я прямо поверх застелил.

Макс кивнул.

– А дайте мне ящик с инструментами. Я потом все на место поставлю, в лучшем виде! – покосился на Аделию.

Дмитрий заворчал. Но инструмент спустил. Сам замер на лестнице, положил руки на притолоку.

Макс просунул в щель между плахами гвоздодер, надавил на противоположный край как на рычаг. Дерево вздохнуло и подалось вверх, мягко приподнялось.

– Ты там осторожнее, не сломай доску-то! – советовал Дмитрий.

Макс промолчал, подцепил доску с другой стороны и окончательно оторвал ее о пола, положил тут же, рядом. То же самое проделал с другими досками, очистив от них центр погреба. Под новым полом, действительно, оказались почерневшие от времени доски. Плохо струганные, серые, но еще вполне крепкие – Макс поковырял ломиком. Посмотрел на Аделию:

– Точно здесь?

Девушка медленно кивнула.

Макс подцепил доску и дернул к себе, приподнял. Подпер ломиком и заглянул под доску. Из ящика с инструментами достал фонарик, посветил.

– Не трогай! – Аделия успела крикнуть до того, как он запустил под пол руку.

Капитан покосился на нее, вздохнул:

– Я что, дурак по-твоему? – Шумно выдохнул, сел на пол. Посмотрел на Аделию, прищурился мрачно и попросил: – Где там у тебя телефон Громова?

Девушка молча активировала экран, нашла номер в списке контактов и положила в раскрытую ладонь Макса. Капитан набрал номер.

– Александров, ты время видел? – Сонный голос старого товарища.