Живая мишень - Айрис Джоансен

— Что-нибудь еще?

— Да. — Алекс показала на фотографию окна на первом этаже. — Там, внутри, мужчина и женщина, они притаились в тени справа от окна. Их едва видно, но я уверена, что не ошиблась.

Морган прищурился:

— Это точно? Откровенно говоря, я ничего не вижу.

— Это потому, что ты не привык смотреть на фотографии. Кроме того, вот… — Алекс указала на снимок гаража, стоящего напротив дома Пауэрсов на противоположной стороне улицы. — Здесь какая-то тень: возможно, за гаражом кто-то прячется. — Она, в свою очередь, пожала плечами. — В этом случае я как раз не уверена. Не исключено, что это просто игра света…

— А где фотографии пихты? А-а, вот они… Которая из них была сделана раньше?

— Вот эта и вот эта. — Алекс показала. — А вот эти крупные планы я сделала примерно сорок минут спустя.

Морган наклонился вперед, внимательно разглядывая фото.

— На ранних снимках есть какое-то темное пятно, которого нет на поздних. Это не брак пленки или бумаги?

— Нет. Возможно, тоже игра теней. Трудно сказать… — Она взяла увеличительное стекло. — А может быть, ветер колышет ветки.

— Может быть, — с сомнением сказал Морган и надолго замолчал, задумчиво разглядывая снимки. — А может быть, и нет, — добавил он и, круто повернувшись на каблуках, вышел из ванной.

— Сейчас я снова поеду туда, — донесся из гостиной его голос, — а ты запри дверь и никуда не выходи.

— Почему?

— Это двойной капкан! — Его голос внезапно зазвенел от гнева. — Тебе известно, что делают с человеком, который слишком много знает и который начал совершать ошибку за ошибкой? Нет, черт побери, я не позволю им устранить Пауэрса! Он мне нужен!!!

Алекс схватила фотоаппарат и выскочила на улицу, когда Морган уже садился в машину.

— Я поеду с тобой!

— Никуда ты не… Черт! — Морган рывком распахнул пассажирскую дверцу. — Ладно, мне некогда с тобой спорить, садись. Только уговор: делать то, что я скажу, ясно?

— Ясно.

Алекс запрыгнула в салон, и Морган рывком тронул машину с места.

— Что-то не верится, — пробормотал он сквозь зубы.

— Мне это не нравится, — сказала Мэй Пауэрс. — Я уже сто раз тебе говорила: не хочу иметь ничего общего ни с тобой, ни с твоей дурацкой работой.

— Но от моих денег ты не отказывалась, не так ли? — напомнил Пауэрс. — Кстати, за то, что ты согласилась помочь мне в этот раз, тебя ждет неплохая премия. Не волнуйся: я воспользуюсь глушителем, так что твои соседи не догадаются, что ты не такая святоша, какой прикидываешься.

Он замолчал и снова стал смотреть за окно, но на улице перед домом по-прежнему не было ничего подозрительного. В переулке напротив занял позицию Декер, но даже его Пауэре сейчас не видел. Ничего, стоит ему только дать сигнал, и через считанные секунды Декер будет здесь. И вообще, нет никаких оснований так нервничать. Все окна и двери надежно заперты, и Моргану придется изрядно повозиться, прежде чем он сумеет их открыть. Главное, не зевать, вовремя услышать шум — и этому типу конец!

И все-таки Пауэре боялся. Он много слышал о Моргане и знал, что этот парень делает порой совершенно фантастические вещи.

«Но на этот раз ему не поможет вся его подготовка», — подумал Пауэре, взглянув на свой пистолет с навинченным на ствол глушителем. Пусть только Морган появится, а уж тогда он вышибет ему мозги, это как пить дать!

— Что это было? — Мэй вздрогнула и повернулась в сторону кухни. — Кажется, звякнуло стекло в баре. Ты что, не запер кухонную дверь? Говорила я тебе, я не хочу в этом…

Но Пауэре уже бежал по коридору с пистолетом в руке. Пробегая мимо лестницы на второй этаж, он услышал, как наверху скрипнула половица. Пауэрс резко остановился и повернулся к лестнице, но взглянуть наверх не успел. Брошенный с большой силой нож вошел ему в грудь по самую рукоятку.

Отчаянного вопля Мэй он уже не услышал. Тьма навалилась на него, нечеловеческая боль парализовала члены.

Кто-то спускался к нему по лестнице.

«Убей его, убей, убей!» — пронеслось в голове.

Пауэрс из последних сил поднял пистолет…

— Оставайся здесь! — приказал Морган, резко затормозив на аллее за домом Пауэрса. — И никуда не ходи, ты можешь мне помешать.

— Я не стану никуда ходить, если только не замечу что-нибудь подозрительное.

Морган выругался и, выскочив из машины, побежал к дому. Он знал, что черный ход не менее опасен, чем парадный, поэтому Морган с ловкостью белки вскарабкался на пихту, помня, что на более раннем снимке на дереве была какая-то тень. Переступая по длинному суку, он приблизился к окну второго этажа — и обнаружил, что стекло аккуратно вырезано по всему периметру рамы.

Раскачавшись, Морган бесшумно перепрыгнул на подоконник и, скользнув внутрь, оказался в спальне. Дверь была распахнута настежь. Он бросился к стене и прижался к ней, на ходу выхватывая пистолет.

Из коридора не доносилось ни звука. Потом он услышал что-то похожее на стон.

Морган осторожно выглянул в проем двери. Теперь он отчетливо слышал звук, доносящийся снизу, — надрывный, жалобный стон.

Выбравшись из спальни в коридор второго этажа, Морган перегнулся через перила лестницы и посмотрел вниз. В темноте он различил распростертое возле самых ступенек тело.

Пауэрс?

Чуть дальше он увидел скорчившуюся на полу женщину в красной блузе.

Кто еще скрывался в темноте, дожидаясь, чтобы он спустился вниз?

Морган заколебался, но способ выяснить все до конца существовал только один: «пролить свет на проблему», как любил выражаться один из его инструкторов много лет назад. Он нажал выключатель на стене и в тот же миг бросился на пол, направив оружие вниз.

Никто не пошевелился. Ни звука, ни движения — ничего.

Морган осторожно поднялся на колени, не отрывая взгляда от коридора внизу. Сейчас он представлял собой идеальную мишень и сам знал это, но решил рискнуть. Он должен был допросить Пауэрса, пока тот не умер у него на руках.

Одним движением перемахнув через перила, Морган приземлился внизу и, перекувырнувшись через голову, бросился в кухню. Там никого не было, и он, развернувшись, метнулся мимо лежащей на полу женщины в гостиную.

Пусто.

Возвращаясь к Пауэрсу, Морган мельком взглянул на женщину. Она была мертва — кто-то перерезал ей горло. Рана была настолько глубокой, что голова едва не отделилась от тела, и Морган подумал, что сделать такое можно было только в припадке слепой ярости.

Потом он опустился на колени рядом с Пауэрсом. Морган узнал его практически сразу — тот был похож на свой портрет как две капли воды. В его груди зияла глубокая ножевая рана.