Снова и снова - Анна Мишина

По дороге в отель включаю мобильный и пишу Жене короткое СМС: «Мысленно я рядом, малыш». Не знаю, как скоро она доберется до своего гаджета и прочитает, но надеюсь, это придаст ей сил выдержать множество хвалебных речей и поздравлений. Телефон звонит.

— Передай свой драгоценной Евгении мои поздравления! — командует в трубке Алексеев.

— Смотрел? — спрашиваю, ни грамма не сомневаясь, что да.

— А как же. Она умничка!

— Точно, — захожу в холл отеля, который в это время относительно пуст. — Что там с Джонсоном? Сильно лютует?

— Да, побесился и уже успокоился. Главное, утром на самолет не опоздай, и все будет в шоколаде, Кирюх.

Двери лифта открываются, выпуская меня на нужном мне этаже. Шарю в кармане джинсов в поисках ключ-карты и чуть не запинаюсь, когда вижу, кто стоит и с широченной улыбкой подпирает стенку у двери в мой номер.

— Женя? — не знаю, что у меня написано на лице, но девушка смеется и быстрым шагом летит ко мне, в считанные секунды преодолевая расстояние между нами.

— Дёмин, ты тут? — слышу в трубке, но сбрасываю вызов, подхватывая на руки мою горячую девчонку и ловлю желанный поцелуй. Да простит меня мой менеджер, но на сегодня меня ни для кого, кроме нее, больше не существует.

— Ты как здесь? — хрипло выдыхаю, слегка отстраняясь и заглядывая в любимые серые глаза. Глаза, по которым я так скучал. Задорные огоньки пляшут в их омуте. Девушка обвивает ногами меня за талию и утыкается в мой лоб своим, прикрывая глаза и кусая губы. — Жень, не молчи, а то я подумаю, что ты мне мерещишься.

— Я сбежала.

— Что? — тихо смеюсь, наблюдая, как стремительно краснеют ее щечки. — Ты сбежала с вечеринки, фактически в честь тебя и организованной?

— Кажется, так…

— Это плохо, знаешь? — вздергиваю бровь, поддразнивая.

— Значит, я буду очень плохой девочкой, Дёмин, — подмигивает моя чемпионка и затыкает мне рот очередным жарким, требовательным поцелуем. Напирает своим язычком, заставляя открыться для нее и вышибая из груди сдавленный стон, когда ее пальчики путаются в моих волосах.

Как-то и ключ-карта мгновенно находится, и дверь без проблем открывается. В теле гуляет голод. В паху огонь, и я рискую просто взорваться с этим длительным воздержанием и ее напористыми поцелуями. Заношу Женю в номер, ставлю на ноги и запинываю за нами дверь.

— Я думал, свихнусь без тебя… — шепчу в ее губы, блуждая руками по желанному телу. Сколько сотен раз я видел ее во сне и не сосчитать уже.

— Я тоже, Кир. Я тоже.

Женя тянет за куртку, заставляя меня скинуть ее, и тут же тянется к краю джемпера. У меня нет ни сил, ни желания сопротивляться. Стягиваю кофту через голову и откидываю в сторону. Я буквально плавлюсь от прикосновения ее нежных горячих ладошек к моей голой гуди и рычу ей в губы.

Подхватываю мою хрупкую малышку на руки и несу в спальню. Укладываю на кровать и встречаюсь с ее горящим огнем желания взглядом. Даю себе пару минут, чтобы насладиться ее красотой, пока Женя сама не тянет руки, заставляя лечь сверху. В голове уже гул и фейерверки счастья от ее возбужденного вида и легкой растрепанности. Она так же прекрасна, какой я ее и помню. Моя девочка.

Хоть внутри все горит, и тело требует срочной разрядки, но я боюсь торопиться. Боюсь и не хочу. Не могу испортить этот момент.

Несмело тяну руку и заныриваю под тонкую ткань ее свободной футболки. Женя выгибается и тихо постанывает, когда я сжимаю в ладони ее грудь, пробегая легким движением по горошине соска. Целую в шею, слегка прикусывая нежную кожу и тяжело вздыхаю, когда ее ладошка протискивается между нами и ложится на мою выпирающую в брюках от желания часть тела.

— Женя, — хриплю, когда моя смелая девочка, тянет собачку на молнии моих джинсов вниз и освобождает возбужденный член. Смело обхватывает ладошками, и мне кажется, что из глаз сейчас посыплются искры. Но я понимаю, что нет, не так. Мы начнем не с этого, малышка.

Тяну ее футболку вверх, а следом за ним и тонкий кружевной бюстгальтер.

— Кирилл… — стонет моя девочка, когда я обхватываю губами вершинку ее упругой груди и посасываю, играя языком с горошиной. Я хочу снова расцеловать ее миллиметр за миллиметром. Хочу «вспомнить» ее всю и раствориться в ней.

Помогаю стянуть джинсы и раздеваюсь сам, отстраняясь всего на мгновение и снова возвращаясь. Прокладываю дорожку из поцелуев от губ и все ниже и ниже.

— М-м-м… — кусая губы и комкая простыни, выгибается Женя, когда мои губы касаются заветного местечка между ее стройных ножек. Я на грани. Она такая мокрая для меня, и это становится настоящей пыткой. Я готов гореть в этом пламени вечно, сходить с ума и теряться рядом с ней. Наслаждаться ее рваными вздохами и громкими стонами, целовать везде и доводить до исступления. Дразнить и заводить еще больше.

В паху уже не просто огонь, еще чуть-чуть и от неконтролируемого желания я просто перестану что-то чувствовать. Сгорю в пепел. Женя вцепляется пальчиками в мои волосы, направляя и задавая ритм, она поджимает пальчики и мечется подо мной, и, проникая языком внутрь, я чувствую, что ее разрядка подступает.

— Кирилл…

С последним толчком моего языка, девушка кричит, и ее тело охватывают сладкие судороги.

Поднимаюсь, целую ее в слегка приоткрытые губы и устраиваюсь между ног. Как только девушка немного приходит в себя, я больше не могу ждать. В яйцах уже такой костер, что искры долетают до мозга.

— Жень, — упираюсь лбом в плечо моей малышки и, когда чувствую ее ноготочки, впивающиеся мне в спину, одним движением вхожу и не могу сдержать грудной стон от наслаждения. Такая узкая, мокрая, идеальная и моя. Только моя.

Женя обхватывает меня ногами за талию и открывает глаза, притягивая ближе к себе. Ясные серые омуты затянуты дымкой наслаждения, а на губах легкая улыбка. Они припухли от поцелуев, а волосы спутаны моими руками. Потрясающе сексуальна.

Я ускоряю движение, понимая, что надолго меня не хватит. Женя царапает мне спину своими ноготками, и только это ощущение еще позволяет цепляться за реальность и не разлететься на атомы. Оргазм зарождается где-то в голове вместе с пониманием, что Женя снова на пике удовольствия. Он прокатывается разрядом вдоль позвоночника, и я вхожу последний раз, мощно ударяясь и впиваясь в родные и любимые губы. Женя стонет, я рычу ей в губы, и мы вместе достигаем наивысшей точки блаженства, которая уносит нас на вершину, оставляя в теле невесомость и легкость.

Не знаю, сколько мы так лежим в объятиях друг друга, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и участившийся пульс, но хорошо настолько, что даже двигаться нет сил. Хотя реально понимаю, что я со своим могучим весом, наверное, придавил Женю, и ей даже не пошевелиться.

— Ты меня раздавишь, — смеется Женя, хриплым, соблазнительным голосом. — Медведь…

— Злая ты, — поднимаю умоляющий взгляд и нехотя перекатываюсь на кровать. Подтягиваю к себе под бок девушку. Женя укладывает голову мне на грудь и закидывает на меня ногу.