Ключ истины - Нора Робертс

Опрокинув Джордана на кровать, Дана была готова сразу принять его.

Она намеревалась быстро закончить дело, но Джордан перевернул ее и прижал к кровати своим телом, а затем прикусил грудь. Бедра Даны дернулись, пальцы стиснули его руки, и она крепко прижалась к нему в отчаянном, яростном желании.

Жажда немедленно овладеть ею молнией пронзила тело Джордана, перед глазами поплыл красный туман. И Дана словно обезумела… Ее губы были требовательными и безжалостными, руки нетерпеливыми и стремительными. Ногти впились в плечи Джордана, бедра двигались, доводя его до такого же безумия.

Они катались по кровати в этой неистовой схватке, не уступая друг другу в силе страсти.

Джордан знал, что скорее умрет, сражаясь с этой женщиной, чем будет жить в мире с какой то другой.

Судорожно вздохнув, Дана приподнялась и одним стремительным движением приняла его.

Мрачное торжество пронзило ее, затопило, отметая все сомнения.

«Вот оно, настоящее!» — готова была закричать Дана. Этого достаточно.

Она не отрывала взгляда от Джордана, который тоже смотрел на нее широко открытыми глазами.

Быстро и страстно, преследуя две цели — наслаждение и освобождение. С яростной, безжалостной энергией, превращавшей ее собственное тело в пучину желания. Неистовства, страсти. Чего то большего.

Почувствовав, что пальцы Джордана сжали ею бедра, и увидев, что синие глаза затуманились, она откинула голову назад и вместе с ним рухнула в бездонную пропасть наслаждения.

Дрожа всем телом и задыхаясь, Дана уткнулась головой ему в плечо. Джоржан обнял любимую, и на это ушли последние силы. Оставалось надеяться, что способность владеть руками и ногами когда нибудь вернется к нему.

Сейчас он просто лежал — истерзанный, обессиленный и счастливый.

— Что скажешь? Полегчало?

— Значительно. А ты как?

— Жалоб нет. Когда у меня перестанет звенеть в ушах, расскажешь, что тебя сегодня так расстроило.

— Ничего конкретного. — Дана приподняла голову, чтобы убрать волосы и почувствовать щекой его кожу. — Просто ощущение полного провала, а потом я вспомнила, что кое что умею делать хорошо.

— Вторую часть твоего заявления оспаривать не буду. И все таки в чем дело?

— Хочешь весь список? Сначала возникло ощущение, что ключ рядом, нужно лишь протянуть руку, и я возьму его, но продлилось это недолго. Потом мне показалось, что ключ ужасно далеко и все закончится катастрофой… Кроме того, почти весь день мне пришлось красить стены. Как выяснилось, я совсем, или почти совсем, не умею обращаться с инструментами.

— Значит, говорить, что у тебя краска на волосах, не стоит.

Дана тяжело вздохнула:

— Знаю. Даже Мэлори работает шуруповертом лучше, чем я, хотя она такая хрупкая. А Зоя? Настоящий Боб Вила в женском обличье. Ты знаешь, что у нее пирсинг в пупке?

— Правда? — последовала непродолжительная пауза. — Да а… — с явным мужским интересом протянул Джордан, и Дана рассмеялась.

— Продолжаю, — она перевернулась на спину. — В общем, нахлынуло все вместе. Потом я мысленно принялась за подсчеты и поняла, как близок финансовый крах. Одни расходы и никаких доходов… Конечно, без первоначальных вложений ничего не будет. А когда появятся доходы, придется заниматься настоящей эквилибристикой, чтобы свести концы с концами.

— Я могу дать тебе денег, тогда ты получишь пространство для маневра. — Молчание Даны было красноречивым, и Джордан поспешил объясниться: — Для меня это выгодная инвестиция. Подумай сама! Я писатель, ты — хозяйка книжного магазина. Все логично.

— Мне не нужны инвесторы. — Голос Даны звучал бесстрастно, но под внешним спокойствием чувствовалось раздражение. — И новых партнеров я не ищу.

— Ладно, — он пожал плечами, потом дернул Дану за волосы. — Понял. Тогда обсудим другой вариант. Я могу платить тебе за секс. Сама сказала, что в этом деле ты мастер. Цена в каждом конкретном случае будет разная, и мне кажется, было бы справедливо установить систему скидок — каждый четвертый раз я получаю удовольствие бесплатно.

Джордан следил за выражением ее лица. Ямочки на щеках Даны дрогнули, словно она с трудом сдерживала улыбку.

— Ну и дурак же ты! — Она перевернулась на живот и приподнялась на локтях. — Говоришь гадости, чтобы подбодрить меня?

— Делаю, что могу. — Джордан провел пальцем по ее щеке. — Готов поспорить, ты голодная. Хочешь, куда нибудь сходим?

— Не имею ни малейшего желания вылезать из дома.

— Хорошо. Я тоже не имею такого желания. — Джордан слегка подвинулся и сделал невинное выражение лица. — Значит, ты сама что нибудь приготовишь?

— Еще чего!

— Ладно. Придется это сделать мне.

Дана от неожиданности села и потрясла головой.

— Я не ослышалась? Ты сказал, что собираешься готовить?

— Не волнуйся так! Я имел в виду всего лишь яичницу и гренки с сыром.

— Черт с ним, с холестерином! Хочу и того, и другого. — Дана наклонилась и поцеловала Джордана. — Спасибо. А я пока схожу в душ.

Когда она вышла из ванной, облаченная в спортивный костюм, Джордан хозяйничал на кухне — разбивал яйца в кастрюльку и поджаривал хлеб. Мо уже припал к миске с кормом.

Не хватает только фартука с оборкой, подумала Дана, хотя картина и без этого была потрясающей.

— Мистер домохозяин?

— Даже жители Нью Йорка должны уметь приготовить что нибудь на скорую руку. Может быть, поставишь тарелки?

«Нью Йорк, Нью Йорк… — повторяла Дана, открывая шкафчик и доставая посуду. — Не стоит забывать, что этот парень живет в Нью Йорке и не собирается регулярно делать мне гренки с сыром».

Она накрыла на стол и даже зажгла свечи.

— Отлично! — похвалила Дана, откусив первый кусок. — Очень вкусно. Спасибо.

— Мама делала такие гренки, когда я бывал чем то расстроен.

— Действительно успокаивают.

— М-м-м. Послушай, мои руки можно использовать не только для того, чтобы будить в тебе безумное желание. Завтра утром я свободен.

— Если хочешь, помоги нам.

— Нужно бы прийти сегодня, но у меня была домашняя работа. — Он показал глазами на конверт, который принес с собой и сейчас захватил на кухню.

— Угу. Ты ее уже сделал?

— Думаю, да. Можешь взглянуть, вдруг я что нибудь пропустил.

— Круто! — Дана вскочила из за стола и схватила конверт.

— Тебе никто не говорил, что читать во время еды вредно?

— Нет, — она снова села и улыбнулась. — Чтение не может быть вредным. — Дана вытащила из конверта листы, удивляясь тому, что их так много. — Ты неплохо потрудился.