Мой любимый негодяй - Эви Данмор

– Мы в состоянии выпустить одну книгу зараз, но не две одновременно, тем более когда вы собираетесь модернизировать журналы! – кричал он на последнем собрании.

При воспоминании о том собрании у Люси начало постукивать в висках. Ее жизнь, в последние годы так тщательно распланированная и приспособленная к решению всех поставленных задач, оказалась опасно близка к тому, чтобы дать крен. Подумайте над тем, чтобы поручать задания другим и не считать себя незаменимой. Делегирование – вид искусства. Мелвину легко говорить! Разумеется, можно весь интерьер поручить Хэтти, однако не далее как вчера подруга предложила для обивки рабочего помещения гобелен с изображениями котят. Люси любила кошек, однако в ее представлении «Лондонский печатный двор» с подобными рисунками не вязался. А если она нагрузит этим кого-либо еще, чувства подруги будут задеты, и та в результате впадет в длительную хандру. Храни бог того, кто встанет между Хэтти и ее творческим замыслом!

– А как тебе «полуночный синий»? – спросила Хэтти. – Синий цвет успокаивает…

Подал голос самый большой колокольчик на стене; просила разрешения войти сотрудница, в настоящее время работавшая за столом в приемной.

– Извини. – Люси потянула за шнурок, и секундой спустя в дверь просунула голову яркая блондинка – леди Афина, племянница леди Солсбери.

– Простите, что побеспокоила, бригадир спрашивает, куда ставить ящики с новым оборудованием.

Люси жестом указала на Хэтти:

– Леди Афина, позвольте представить вам мисс Гринфилд. Хэтти, леди Афина замещает должность… ну, в общем, все вакантные в настоящее время должности, а в будущем ей предстоит курировать содержание журнала «Взыскательные дамы». – Она снова перевела взгляд на молодую женщину у двери: – Пожалуйста, скажите ему, чтобы ящики отнесли на склад, как мы договаривались сегодня утром.

– Я так и сделала, – объяснила леди Афина. – Однако он настаивает, чтобы я согласовала это с ответственным сотрудником, причем джентльменом.

– Чего и следовало ожидать. Вас не затруднит объяснить ему, что обязанности распорядителя исполняете именно вы и если он хочет, чтобы работа была оплачена, пусть воздержится от того, чтобы беспокоить ответственного джентльмена?

– Абсолютно не затруднит, – решительно отчеканила леди Афина, закрывая дверь.

Хэтти вопросительно посмотрела на Люси:

– По-моему, она очень квалифицированна.

– Старается как может.

– Она суфражистка?

– Полагаю, в глубине души да; официально пока нет.

– Со временем ты ее завербуешь, – с уверенностью произнесла Хэтти. – А что случилось с прежним администратором?

– Он попросил расчет в день ухода мистера Барнса.

– Ого!

Люси пожала плечами:

– Зато теперь у нас есть дополнительная вакансия для женщины, которой необходима работа. Я запланировала на завтра первый раунд собеседований для претенденток.

– Ух ты! Потрясающе! – Глаза Хэтти засияли. Уж ей-то никогда не придется искать работу, разве что сама пожелает. Какая экзотика – наблюдать за теми, кто кормит семью, ищет вакансии и проходит собеседования.

– Вчера наше объявление было опубликовано во всех ведущих газетах, – сказала Люси. – А еще мы подыскиваем новую машинистку и редактора.

Хэтти приподняла брови:

– Похоже, в наше время нет ничего необычного, если девушка учится машинописи, но вот ни об одной женщине-редакторе я еще не слышала.

– Найдутся! Эмили Фейтфулл в шестидесятые руководила издательством «Виктория пресс», и ее команда состояла исключительно из женщин. На прошлой неделе я выяснила, что сейчас это издательство в мужских руках, но я планирую нанести визит владельцу, посмотреть, как там и что, поговорить с оставшимися женщинами-сотрудницами.

– Вполне разумно, – согласилась Хэтти.

– В ком я действительно нуждаюсь, так это в женщине, способной управлять процессом в целом.

– Каким процессом?

– Этим. – Люси жестом обвела стол, полупустые провисшие полки и люстру с запыленными хрустальными подвесками. – Невозможно одновременно руководить издательством и суфражистским движением. Я смогла отыскать достаточное количество женщин-инвесторов, чтобы купить издательство, и я должна помочь обеспечить правильное направление будущей деятельности, однако взять на себя текущее руководство бизнесом…

– Конечно, все одной не под силу, – кивнула Хэтти. – Есть кто-нибудь на примете?

Если бы… Люси потерла виски. В последнее время пульсирующая головная боль стала ее частой спутницей. Боль пройдет, если уехать на пару дней в деревню и дать отдых глазам, но на это еще долго не будет времени.

– Надеюсь, леди Афина свой шанс не упустит, однако переходный период будет сложным. А теперь еще одна проблема навалилась – приструнить лорда Баллентайна.

Подруга захлопнула журнал, затем снова открыла.

– Возможно, все пройдет легче, чем ты думаешь. Нужно только найти женщину, которая сможет держать лорда Баллентайна в узде. Главное, чтобы она была старше его и действовала очень напористо.

– Я старше его и действую очень напористо.

– Разумеется, – поспешила заверить Хэтти. – Но тебя не напрягает, что между вами существует… э-э… особая неприязнь?

Люси прикрыла глаза.

– Нет. Наша взаимная неприязнь – совершенно нормальное явление.

Вообще-то она не могла отрицать, что их противоборство обострилось. После умеренно возбуждающей дискуссии на садовой скамейке и фантастического вальса возврат к реальности стал шоком. До сих пор было неизвестно, кто виноват в инциденте с памфлетом; к тому же Люси так и не извинилась перед Тристаном за то, что подозревала его, а он так и не опроверг эти подозрения, только стал вести себя еще более мерзко, чем прежде. Вернувшись из Клермонта, назначил несколько совещаний с персоналом и поставщиками по поводу издания своих книг, а Люси не получила приглашения. Когда оба находились в офисе, ходил с важным видом по подразделениям, совал нос повсюду, задавал вопросы, требовал бухгалтерские книги, а вчера набросал в общих чертах план изменений, которые счел необходимыми для лучшей организации работы книжного отдела, – и опять без Люси! Тристан определенно пытался спровоцировать ее, однако даже бо́льшую озабоченность вызывал его неподдельный интерес к рабочему процессу и модернизации бизнеса. В отличие от Люси у него масса времени, он может находиться в офисе с утра до вечера и вникать в детали. А хуже всего то, что, хотя их перемирие, очевидно, рухнуло, эротические сны продолжались. Ночами курьезные сценарии самовольно проникали в мозг Люси, однако, как бы ни возбуждала ее погоня, Тристан всегда испарялся в воздухе, когда их губы были в дюйме друг от друга. После таких снов Люси днем чувствовала постоянную раздражительность.

Колокольчик на стене вновь подал голос. Пронзительный звук резко ударил по и без того натянутым нервам. Не успела Люси взяться за шнурок, как дверь распахнулась и проем заполнили широкие плечи Тристана.