Мой любимый негодяй - Эви Данмор

Легок на помине.

Ни дать ни взять ангел: бордовая жилетка, безупречно сидящий пиджак, пышущие здоровьем лицо и волосы.

– Леди Люсинда. Мисс Гринфилд.

– Лорд Баллентайн, – хрипло выдохнула Хэтти.

О, эта бесцеремонность, с которой он заявился в кабинет и обвел взглядом наполовину обновленное помещение, обманно простодушное лицо!.. От нехороших предчувствий у Люси закололо в затылке.

Она навела на него пристальный взор:

– Чем я могу вам помочь?

В левой руке Тристан держал черную папку, и Люси это не понравилось.

Их глаза встретились, воздух буквально завибрировал; на миг Люси ощутила тепло его руки на своей талии, как тогда, когда он кружил ее в танце.

Словно догадываясь о произведенном эффекте, Тристан опустил папку и непринужденно наклонился над столом:

– Просто решил проинформировать вас о новом производственном графике.

Люси замерла. Она не обсуждала новый график ни с производственным отделом, ни с кем-либо еще.

– Как вам известно, – продолжил Тристан, – наши мощности перегружены, и все благодаря предварительным заказам на мои военные дневники и второе издание книги стихов…

– Вы обсуждали новый график с производственным отделом? Без меня?

– Не отрицаю. – Тристана слегка задело, что Люси его перебила.

– Вы не должны менять график без консультаций со мной.

– Не волнуйтесь, – великодушно заверил он. – Я все устроил с учетом максимальной пользы для компании.

Люси вонзила ногти в ладони.

– Когда дело касается журналов – и когда не касается тоже! – я должна принимать участие в обсуждениях.

– Но мы уже понимаем, что следует отдать приоритет книгам. Потенциальная прибыль, рассчитанная с учетом количества предзаказов всего за одну неделю, в абсолютном выражении выше, чем суммарная прибыль за последние три месяца. Взгляните.

Он открыл папку и ткнул своим ухоженным пальцем в одну из колонок таблицы.

Люси поднялась со стула, вперив в него взгляд:

– Я желаю присутствовать на совещаниях, которые затрагивают нас обоих.

– Я не сомневаюсь, дорогая, что вы желаете, однако это вряд ли необходимо. – Тристан подался вперед настолько близко, что Люси почувствовала его запах, и улыбнулся: – Мужчины в любом случае будут слушать меня, а не вас.

Вот бы шлепнуть его по губам, прогнать самодовольную ухмылку!.. Вообще-то с нежными губами Тристана Люси хотелось сделать много чего. Какой идиотизм – желать мужчину, которого ненавидишь!

Лицо Люси пылало, но голос остался ледяным:

– Ваши игры не могут изменить того факта, что половина компании принадлежит мне.

– Ах, вот вы о чем!.. Есть еще один бесспорный факт: мужчины обладают условным рефлексом на крики возмущенной женщины – они становятся глухи. Тем более когда крикам можно противопоставить разумный голос мужчины.

Люси едва не завопила, однако вместо того спросила:

– Скажите, кто одолжил вам денег на выкуп доли? Вот бы пойти и отравить его.

Тристан усмехнулся:

– Даже вам придется потрудиться, чтобы уничтожить Блэкстоуна. Наверняка он имеет привычку каждое утро полоскать горло стрихнином.

Люси это имя ничего не говорило, зато Хэтти удивленно ахнула, напомнив о своем присутствии, и широко раскрытыми глазами уставилась на Тристана:

– Как?

Тристан наклонил голову к плечу:

– Что как, мисс Гринфилд?

Щеки Хэтти зарделись от смущения:

– Осмелюсь спросить: вы имеете в виду мистера Блэкстоуна, финансиста?

– Да, его.

– Понимаете, этот человек совершенно неуловим. Я удивляюсь, как вам удается поддерживать с ним общение? Мой отец недавно упоминал Блэкстоуна за ужином; папе очень хотелось привлечь его в инвестиционный проект в Сарагосе, но, как я поняла, мистер Блэкстоун никогда не отвечает на приглашения.

– А ваш отец точно придет в восторг, узнав, что вы делитесь с нами конфиденциальной информацией?

– Информация вовсе не секретна, – поспешно заверила Хэтти и покраснела еще больше. – Однако, наверное, будет лучше, если вы никому не сообщите. За исключением, возможно, мистера Блэкстоуна. – Ее карие глаза смотрели умоляюще.

Тристан покачал головой:

– Нет, дорогая. Я не намерен становиться посредником между могущественным Джулианом Гринфилдом и его главным соперником.

– Нет, нет! Конечно же нет… но, может быть, вы скажете мне, какой клуб он посещает? Где проводит досуг?

Повисла пауза.

– Ну… Он действительно часто посещает места проведения досуга.

В словах «места проведения досуга» слышался определенный подтекст, который озадачил Хэтти, а в голове у Люси вызвал образ Тристана в шелковом красном халате, окруженного телами в разной степени обнаженности, – король разврата в своей стихии!

– У нас сейчас много работы, – громко объявила она. – Предлагаю обсудить производственный график позже.

К ее удивлению, Тристан просто кивнул и забрал со стола папку:

– Конечно. Буду ждать с нетерпением.

И неторопливо покинул кабинет.

Люси медленно выдохнула. Нужно поговорить с производственным отделом. Нужно избавиться от Тристана. Нужно помочь леди Харбертон с кампанией в поддержку женщин-велосипедисток. Почему только в сутках не сорок часов?

– Как я поняла, он познакомился с мистером Блэкстоуном в заведении, репутация которого весьма сомнительна. – Хэтти посмотрела на дверь, за которой исчез Тристан.

– Вне всякого сомнения, – сухо подтвердила Люси. – Могу я знать цель столь экспрессивного маленького допроса?

– Никакой это был не допрос, – пробормотала Хэтти.

– Ты буквально не хотела выпускать лорда Баллентайна из кабинета.

Хэтти поникла:

– Ну ладно. Тебе известно, что мой взнос в семейную копилку Гринфилдов невелик. Интересуюсь преимущественно искусством, математические способности оставляют желать лучшего… – Она закусила нижнюю губу. – Закари – наследник, сестры делают разумные капиталовложения, Бенджамин – мамин любимчик, а я никто. Моего отсутствия за семейным обедом, скорее всего, вообще не заметят. А если бы я могла устроить папе встречу с пресловутым мистером Блэкстоуном…

– Почему пресловутым?

– По многим причинам. Например, потому, что он очень состоятельный человек, а еще очень коварный. – Хэтти понизила голос до шепота: – Не пойми меня неправильно, он известен как инвестор, коммерсанты охотно стремятся привлечь его деньги. Лорд Баллентайн по праву назвал его конкурентом Гринфилдов; он выгодно вкладывает средства. Однако лишь очень немногие встречались с ним лично. Никому не известно, кто он и откуда. Этот человек довел до финансового краха нескольких представителей высшего общества. Он игнорирует просьбы о встрече, которые отправляет мой отец, – а это уже и вовсе непозволительная дерзость. – Она вздрогнула. – Некоторые называют его Вельзевул.