Подработка на том свете - Татьяна Геннадьевна Абалова

– Неужели ничего нельзя сделать? – в разговор вклинилась запыхавшаяся от быстрого шага Мария. Ее голос дрожал.

– Дом не выживет, ему просто негде взять сил, – поморщился Фер. Страшно признаваться самому себе, что ты ничего не можешь сделать. – Ви болен, Марго уедет в город.

– И новому администратору некуда прийти, – добавил Марк, поставив чемодан у моих ног.

– Я совсем забыла о Семицветике! – воскликнула я. – Что будет с ней? Она не должна умереть! Договор подписан, и Светлана Сергеевна надеется хоть немного еще пожить! Зря Дисе ее отговорил!

Я чувствовала себя виноватой в том, что заняла ее место.

Мы все замолчали, осознавая масштабы произошедшей трагедии.

– Я никуда не поеду, – вдруг произнесла я и решительно взялась за ручку чемодана. – Маша, веди в подвал. Пока вся семья в сборе, дом жив. Перетащим сюда Ви. Хватит Дисе и Чистильщику жить в лесу.

– Поможет ли? – с сомнением произнес Радис, оглядывая развалины. – Ни один дом в таком состоянии не выжил.

– Мы не знаем, – ответила я, поднимаясь на крыльцо, – но попробовать стоит.

Я не стала раскрывать тайну, что я Сэль. Почему–то была уверена, что наша зарождающаяся любовь с Фером спасет дом. Тот так нуждался в светлых чувствах.

В этот момент я совсем не думала о жертвенности. Не было с моей стороны поддавков. Я была уверена, что, оставшись здесь, использую выпавший шанс любить и быть любимой на все сто процентов. Мне никуда от Фера не деться. А ему от меня.

– Так я слетаю за Дисе? – ангел расправил крылья.

– Не надо. Останься здесь, я сам их привезу, – демон, оторвав от меня задумчивый взгляд, направился к замершим поодаль охранникам. Он не стал меня отговаривать, а значит, я приняла верное решение. Перекинувшись с людьми судьи парой фраз, демон забрался в свою машину. Я, бросив чемодан, кинулась к нему.

– А как же Тондю? – не давая закрыть дверь, напомнила я. – Он ждет тебя.

– Обстоятельства изменились, – Онфер не смотрел мне в глаза. Ждал, когда я отпущу ручку. – Его предупредят.

Я обернулась на черный бронированный автомобиль, охранники уже сидели в нем.

Фер вдруг выбрался из машины и притянул меня к себе для поцелуя. Жадного, несколько грубоватого, безжалостно сминающего мой рот.

Я едва не потеряла равновесие, когда демон отпустил меня.

– Чувиха, ты только глянь, что творится! – донеслось удивленное от крыльца.

– Еще раз назовешь меня чувихой, стукну, – Маша вытирала фартуком слезы.

Совсем мы с ней сделались плаксами. Чуть что в слезы.

Машина суровых парней вывернули следом за Фером. Я помахала им. Вскоре автомобили разделились: один направился к лесу, второй свернул на тропу, ведущую к холмам. Я же вернулась к дому.

– Ой, а вдруг высшие вновь нагрянут? – Маша прижимала кулачки к груди.

– Нет, уже не нагрянут – ангел подхватил мой чемодан. – Если бы не Тондю, то всякого можно было ждать, но раз он начал действовать, высунуться не рискнут. Второго шанса добить нас у них уже не будет. Онфер тоже это понимает, поэтому передумал отправлять Марго в город.

– А я вот уверена, что он по другому поводу передумал, – Мария закрыла рот ладошкой, пряча за ней улыбку.

– Хватит болтать, Маша, веди народ, – Радис пропустил ее вперед.

Мы с хиппи пристроились за ним. Я никогда не бывала в подвальном помещении нашего дома, поэтому ожидала увидеть нечто вроде свалки ненужных вещей и стены, прошитые трубами коммуникаций. Когда мы жили с мамой в многоэтажке, мне довелось заглянуть в подобное пахнущее мышами помещение. В деревне же подвалов отродясь не было. В вырытых под домом или рядом с ним погребах хранили консервацию и бочки с соленой капустой. Мой отец частенько воровато заглядывал к соседке, откуда бежал, теряя тапки. Лопатой по хребту получать ему не нравилось, а своими запасами мы никогда богаты не были.

Плотно притертая дверь не позволила проникнуть в подвал ни кирпичному крошеву, ни запаху гари. Я потеряла дар речи, когда передо мной открылось огромное помещение, вдоль стен которого стояли стеклянные шкафы с фужерами и кубками и полки, забитые бутылками с присыпанными многовековой пылью боками. В центре красовался длинный стол с такими же длинными деревянными скамьями.

Подвал можно было охарактеризовать двумя словами. Дорого–богато. Каменная кладка пола, обшитые деревом стены, на которых то тут, то там виднелись написанные маслом картины в старинных рамах, на потолке кованные светильники, которые зажглись по желанию ангела – он хлопнул в ладоши. Я даже не поняла, колдовство то было или современные примочки в духе «умный дом».

– Почему же вы сюда ни разу меня не приводили? – я растеряно оглянулась на рассевшегося на ступенях Радиса. Он удобно устроил локти на чемодане, лежащем у него на коленях.

– А кто все время выступал против пьянства? – Маша быстрее всех нашла отговорку. – Вот если бы ты поцеловалась с Дисе, тогда да, мы бы тебя сюда привели. А так зачем зря экскурсии для непьющих устраивать? Все равно ничего не поймешь.

– Сколько же лет этому вину? – я не видела ни одной современной бутылки, а я, благодаря отцу, знала чуть ли не весь ассортимент вино–водочного отдела.

– Фер собирал коллекцию, если не соврать, последние пятьсот лет, – Радис улыбался. Определенно, после рассказа, как его жестоко обманула Лиса, ему сделалось легче. Еще бы суд пережить. – Но есть экземпляры и постарше.

– Для чего ему столько?

– Хороший подарок для высших. Ну и сам любит выпить.

Я скривилась. «Любит выпить» – это как красная тряпка для меня. Про отца так говорили. Не хватало, чтобы еще демон оказался подвержен пагубной привычке.

– Надо бы Дисе заставить, чтобы он Фера поцеловал. Или какие он там использует методы лечения алкоголизма?

Парадис прыснул от смеха.

– Я ни разу не видел высшего пьяным. Нас вино не берет.

– Чего расселся, сладкоголосый? – Маша распахнула дверь в соседнее помещение. – Тащи сюда чемодан. Мы, девочки, здесь поселимся. А вы как–нибудь на скамьях разместитесь. Или на столе. Он большой, всем места хватит.

Я поспешила осмотреть свои новые апартаменты.