Легенда о Глорусе - Вика Соколова

— В воронку дьявола? — Подобное неофициальное название меня смутило. — Зачем вам туда?

— Нужно, — кратко ответил он, давая понять, что подробностей они не дождутся.

— Ну, раз вы все равно идете в лапы смерти, так давайте мы облегчим вашу ношу. Сбрасывайте все пожитки, живо, — Робин перешел на резкий грубый тон, а с его лица мигом слетела маска беззаботного плута.

— А после вы позволите нам проехать? — все так же спокойно, но твердо говорил Арен.

— Проехать? — Брови разбойника взлетели вверх, как крылья ворона. — Ха, пройти, парень, пройти. Лошадей мы тоже заберем.

Арена это разозлило, его лицо мигом стало мрачнее тучи, но к оружию он не потянулся — похоже, шайка только этого и ждала.

— Господа, может, хоть одну лошадь нам оставите? — попыталась я ненавязчиво сторговаться. — Дальняя дорога все-таки.

— Да, разумеем, — кивнул Робин. — И исключительно ради вас, прекрасной девы, готовы идти на уступки. Но за проход все же придется заплатить. Деньги же имеются?

Я переглянулась с Ареном — попытка не пытка, — после чего достала из перекидной сумы мешочек с монетами и бросила их главарю, который ловко, как кот, поймал его.

— Благодарю, миледи, — ухмыльнулся он, переминая в руках «добычу». — Теперь отвяжите лошадь с поклажей.

Мы послушно исполнили сказанное, мысленно попрощавшись не только с провизией, но и со всеми вещами. Там, вообще-то, мой телефон был. Не знаю, зачем, но был. В общем, разбойники отточено быстро увели нашу вьючную лошадь.

— Теперь мы можем ехать?

— Вы можете идти, предварительно отдав лошадей. Всех.

«Следовало ожидать», — не особо-то я и удивилась.

— Обман, миледи. — Робин пожал плечами. — И ему очень приятно было с вами познакомиться. Вперед, — отдал он приказ, после чего нас начали окружать.

Причем ко мне разбойников шло больше, чем к Арену. С одной стороны, нелогично, ведь сопротивление мог оказать только он; но с другой, почему бы и не убить двух зайцев сразу: выполнить указание и, возможно, полапать молоденькую девушку? Личные мотивы ведь никто еще не отменял. Особенно у одичалых разбойников.

— А как же ваши «уступки»? — напомнила главарю его слова, спрыгнув с коня, пока за ноги стягивать не начали.

— О, они есть: ежели не будете противиться, сможете уйти живыми.

— Класс, но лучше бы брали пример с Робина Гуда, который воровал у богатых и помогал бедным.

— Хм, — разбойник оценивающе осмотрел нас с ног до головы, — а вы, должно быть, бедные крестьяне, доедающие последний ломоть хлеба, да? Ох, простите старого прохвоста, не признал, слишком уж долго мы с собратьями провели в горах, — сыграл на «ура» он роль дурака, повеселив своих людей, которые скалились во все имеющиеся двадцать два зуба.

«Дура, что за херню ты сморозила? — корила себя за язык без костей. — Мы же типа аристократы, чтоб вас. Чтоб меня, бестолковую!»

— Ох, птичка, ты мне нравишься. Ради тебя готов бы был даже вас отпустить, но… — Робин досадливо поджал губы. — Но после того, что устроил твой приятель в городе, мы просто обязаны обчистить вас до нитки.

«Арен?» — с недоумением покосилась на парня, но тот всем видом показывал, что даже не догадывался, о чем шла речь.

— Осталась последняя деталь, и вы можете быть свободны.

Главарь решительно направился в мою сторону, отчего я инстинктивно попятилась назад. Арен попытался вмешаться, но двое разбойников тут же скрутили его по обе стороны.

— Расслабься, герой, — муркнул в его сторону Робин, — мы ее и пальцем не тронем. А вот ее палец нам нужен.

«Что?! — пульс нехило так скаканул. — Серьезно отрежут, что ли?»

Я посмотрела на руку и тут же поняла, чего они хотели на самом деле.

— Нет, не отдам, — отрицательно замотала головой, спрятав за спину руки. — Это мне нужно. Это мое.

— Нам тоже нужно, и это станет нашим, — решительно отчеканил Робин. — Не усложняйте, миледи. Отдайте его.

«Дело дрянь, дело дрянь, что же делать? Может, выкинуть кольцо или проглотить? А, надо было в карман положить и тогда бы этого не произошло!»

Я изо всех сил стискивала пальцы, но все же моих сил оказалось недостаточно. И тогда правая рука потянулась к поясу разбойника, молниеносно вынула из ножен меч и направила острие к его шее.

Все затихло. Разбойники перестали смеяться и начали переглядываться. Все, включая Арена, были в шоке, никак не ожидая подобного исхода. И я тоже присоединилась к их группе обескураженных, ведь понятия не имела, что сотворила. Все тело штормило, как осенний лист по ветру, и только правая рука была тверда, как камень. Не думаю, что я бы физически смогла так долго удерживать меч одной рукой.

— Воу, дамочка, полегче, — начал Робин, кто один из первых вышел из общего смятения. — Такой милой девушке не пристало держать в руках такое грозное оружие.

— Ты еще револьвер не видел.

— Что?

«Так, раз сделала шаг, то нужно доплясать», — решила идти ва-банк.

— Отзови своих людей, — кивнула в сторону Арена. — И мы уйдем.

— Уверена? — вопрос прозвучал с неким ехидством.

«Черт, нет конечно! Из-за меня нарвались на шайку, да теперь еще с главарем цапаюсь! В сложившейся ситуации вообще возможен благоприятный исход?!»

Пока я колебалась, Робин подловил момент и сделал выпад, пытаясь меня обезоружить, но рука, в которую словно бес вселился, вовремя дернула меня в сторону, из-за чего бросок разбойника оказался неудачным. Но в те секунды я не радовалась тому, что успешно смогла уйти от атаки; меня беспокоило лишь одно: «Что, черт побери, творится с моей рукой?!»

Я безуспешно посылала сигналы пальцам, чтобы те отпустили оружие, но они намертво вцепились в рукоять, как когти стервятника в падаль. Причем не слушалась не только кисть, но и вообще вся рука, которая стояла в какой-то «боевой стойке» и двигалась так, будто у нее были глаза. Ведь как еще объяснить тот факт, что она начала отражать удар, когда я стояла к разбойнику спиной?! Паника отстукивала барабанный бой в висках, от волнения я начала задыхаться, ноги подкашивались, а дьявольская рука использовала меня как марионетку… И того шаткая и неустойчивая психика просто легла. Пластом. Ситуацию ухудшал и отвратительный оглушительный лязг от ударов мечей, который, эхом разносившийся по округе, умножался, становился объемнее и закладывал уши.

«А мне нравится этот поединок с подбитым вороном», — уловило сознание сквозь звенящий вакуум.

Сразу же представилась ужасная картина, ведь первая ассоциация с поединком — бой насмерть! На фоне непрекращающегося звона соприкасающегося оружия стало еще страшнее, но именно страх заставил меня наконец открыть