Час до конца сентября - Шпек

— Насмешила! А какой еще должен быть?

— Да ну, Свет, иногда прилетишь с какого-нибудь отеля, и такое ощущение, что не отдыхала, а в шахте пахала. Пока от всех аниматоров отобьешься, день прошел. А вечером новые набегают.

— Не знаю, не знаю, Жень, мы с Артуром в Турции хорошо отдохнули, никто ко мне не приставал.

— Так ты один раз летала, беременна была глубоко, пузо на тележке возила! — зашлась в хохоте Азаля, вспомнив, как несуразно выглядела подружка, вынашивая дочь. — Ножки тоненькие, ручки-палочки, и арбуз под платьем! Кто на тебя, кроме Арта, смотрел! А второй раз вы с двумя уже ездили, какие аниматоры, кроме детских.

— Да и у Артура не очень и посмотришь в твою сторону с интересом, — повернулся к подругам Кащей. — Помнишь, Светик, перед вашей свадьбой мне по носу прилетело? А я только в щечку тебя чмокнул.

— Ага, и за попу ущипнул.

— Не было!

— Было, Кащей!

— Вас не переспорить, о, пацаны идут, я к ним, — Костя поднялся на ноги, вовремя исчезнув от ностальгических воспоминаний, а то бы еще чего вспомнили подруги. И поморщился, увидев Решада, неспешно приближающегося к пляжу со своей улицы.

Когда вручал сегодня подарок Ире, она повела себя странно, с удивлением спросила: «Еще один? Костя, ты меня балуешь!» Не дала ни слова сказать, расцеловала восторженно.

Ну, пусть думает так.

Вот только странный, насмешливый взгляд Жени не давал покоя, будто она то-то знает гораздо больше, чем говорит. И он понял, чью славу невольно забрал себе, логика простейшая, но не получилось объяснить Иришке, а потом отогнал царапающие мысли.

— Да у меня самые ответственные и серьезные работники во всем районе! — продолжала горячиться Мария в своем кабинете, защищая своих односельчан в давнем, тянущемся долгие месяцы споре с главой района. Второй час пыталась она сбежать на пляж, отвлечься от дел, время уже перевалило к обеду.

— Эти шуты гороховые? — Дмитрий Иванович кивнул в распахнутое окно на веселую компанию.

Четверо мужчин чапали по дороге с пляжа на руках, болтая в воздухе ногами, оглашая улицу ржанием и криками, подначивая друг друга: «Да ты — лошара!» «Это ты — лошара! Смотри, как могу!» Дети с восторгом носились вокруг, не обращая внимания на грозные окрики женщин, понимая, где грань дозволенного.

— Твою мать…

— Я так понимаю, начальник полиции, главврач и главный механизатор? А четвертый кто?

— А четвертый — твой зам, Дим! — еле сдерживая смех, Мария Альбертовна отошла от окна. — Что, не узнал без костюма?

— Твою мать… — пришла очередь краснеть и главе района. — И какой пример подают?

— Хороший, Дима, хороший. Не пьют, по кустам не валяются, работают на износ. Отдыхают без скандальных выходок.

— Женятся когда твои архаровцы? Привязывать их надо к месту, Яруллина и Веснина нельзя отпускать, приземлять надо, набегались. Да и Бойко, протеже твоего с Донбасса, посмотрел я послужной список, нам такие люди нужны. Тебе, в первую очередь. Документы потороплю. Мне твоя больница к осени вот как нужна укомплектованная, — Дмитрий Павлович пару раз постучал себе под подбородком. — Яруллин пусть хоть из Африки тащит спецов, хромых, горбатых, косых, всех возьмем.

— Подожди, есть тут одна рыжая, приехала недавно из города жить, Решада окрутит, не успеем моргнуть. Он уже готов к употреблению.

— Это вот та, высоченная? Слышал-слышал эту деву прекрасную, сирену морскую, на Гыроне, поздравить тебя хотел с приобретением, — усмехнулся глава района, еще раз посмотрев на развеселую компанию, удаляющуюся по дороге. — Кстати, я ее знаю. Вернее, отца ее, породу Гербеля не спутаешь ни с чем. Надо же, как тесен мир… Странно, с Костей целуется, причем здесь Яруллин?

— Не может быть, что с Костей! — Мария рванула к окну, что мужчина еле успел сделать шаг, пропуская. — Что же она творит…

— Я бы сказал, вытворяет.

— Твою мать…

— Ребят, вам не надоело в преф? — когда были подъедены шашлыки, дети раскиданы в надежные руки старшего поколения, и мужчины, как обычно, достали карты, Женя предложила другое развлечение. — Мы недавно на корпоративе играли в интересную игру, я забрала с собой карточки. Она, правда, с оговоркой восемнадцать плюс, но мы же люди взрослые?

— А что за игра?

— «Правда или действие», — Женя достала из сумки набор карт. — Все просто: выбираете наугад карточку по одной из двух колод. Если выбрали вопрос — ответить придется максимально честно. Если действие — сделать его.

— О, прикольно! Сейчас мы узнаем про наших парней всю правду!

— Я пас, — встал из-за стола Решад. — Еще не хватало в детство впадать.

— Что, коленки затряслись? — с ехидством прищурилась Ира.

— Ладно, играем, — внезапно мужчина изменил решение, сел обратно, и, не отрывая взгляда от ее глаз, ухмыльнувшись, спросил в сторону: — Жень, правду все будут говорить?

Не удержался, пришел на пляж, только чтоб увидеть ее, и застал практически семейную идиллию — не стесняясь никого, Кащей всем видом показывал, что место около рыжей занято. Касался ее, обнимал, целовал в плечико…

— Да-а, таковы условия игры. Да, нельзя выбирать из одной колоды три раза подряд.

— Поехали. Кто первый?

— Я начну. Выбираю правду, — потянулась за карточкой Женя. — «Кого бы из присутствующих взяла на необитаемый остров». Тут даже вопросов нет, Решада, конечно! И хижину соорудит, и кокосов наколотит, и раны обработает!

— Ага, и камнем по башке стукнет, на костре зажарит! — парировал Костя.

— Ну, если тебя взять с собой — ты, конечно, демократию построишь на отдельно взятом острове! Обезьян выдрессируешь бюллетени в урны складывать, — и все заржали, представив нарисованную Натой картину. — «А ты проголосовал, мудрый Каа?»

— Ну тебя! По часовой? Марс, твоя очередь.

— Действие. «Изобрази Голлума». Бли-и-ин, — Марсель весь сжался, схватил из вазочки в щепоть сушку, выпучил глаза, и прошипел:

— Моя-я-я-я пре-е-е-еле-е-ес-с-с-сть!

— Браво!

— Марс, да тебе в театр нужно!

— Я сейчас посмотрю, что тебе достанется, Ярканат!

— Тоже возьму действие. «Сделай массаж всем участникам противоположного пола». Ну-с, девчонки, разбегайтесь! — разминая пальцы, поднялся с места мужчина.

Наташа с удовольствием подставила другу плечи:

— Еще чего, такой шанс упускать — бесплатный массаж от главврача!

Потом Азаля, хитро посматривая на мужа, чуть не замурлыкала от умелых рук. Настала очередь Ирины, но, Решад изменил траекторию, и подошел к Жене. Ее плечи он размял с особенным тщанием, будто отомстив за дурацкую игру, и только после направился к своей обоже.

Ладони осторожно легли