Порочный союз - Джилл Рамсовер

— Я скоро приеду туда и сам все проверю, но ты пока можешь дать ему немного воды.

— Ты уверен? От него уже пахнет мочой, — ворчал он.

— Полагаю, ты можешь облить его из шланга. Два зайца, один выстрел.

— Да, черт возьми.

Линия оборвалась. Я положил телефон обратно на консоль и позволил небольшой улыбке украсить мои губы. Сегодняшний день становился просто охренительно феноменальным.

— Это было связано со Стетсоном, не так ли? — Спросила Роуэн.

Я взглянул на нее краем глаза.

— Я собираюсь отвезти тебя домой, но мне нужно ненадолго уйти. Думаешь, тебе будет хорошо одной?

Она изогнула светлые брови.

— Я живу одна с восемнадцати лет, знаешь ли.

— Вчера ты через многое прошла. Это может изменить человека, и вполне обоснованно. Русский все еще под вопросом, а Веллингтон может отомстить. Кроме того, для близких мне людей всегда существует определенная степень опасности.

— Я провела некоторое время, размышляя обо всем этом еще до вчерашнего дня, и решила, что жизнь с тобой не так уж сильно отличается от жизни с политиком в семье.

Она сказала это так буднично, что я чуть не рассмеялся.

— Ты действительно так думаешь? — Скептически спросил я.

— Ну, ты можешь быть более опасным, но ты бы видел, с какими придурками папа имеет дело. Никогда не знаешь, когда кто-то из них может сорваться. Однажды этот огромный татуированный мафиози ворвался к ним в дом и держал у моей шеи нож. Представляешь?

Ее глаза сверкнули весельем.

— Серьезно?

Мой тон был суше, чем на дне рождения анонимных алкоголиков.

— Ага, — продолжала она невозмутимо. — Так что ты можешь не беспокоиться о том, что я останусь у тебя дома одна.

— У нас, — машинально поправил я.

Молчание.

— Наш дом, — наконец сказала она гораздо более сдержанным тоном. — Ты уверен, что хочешь это сделать? Опасность уже миновала. Никто не осудит тебя, если ты захочешь уйти.

Голос моей маленькой овечки понизился до мышиного писка.

Машина позади меня засигналила, когда я затормозил и прижался к обочине. Я обнял ее за шею и посмотрел ей в глаза, укрепляя нашу связь всеми возможными способами.

— Я знаю, что у тебя много старых шрамов, которые нужно залечить, и мы начали этот путь не самым обычным образом, но единственное, в чем я никогда не хочу, чтобы ты сомневалась — это я и моя преданность тебе. Мне все равно, что ты сделала или не сделала в прошлом. Мне плевать на то, чем занимается твой отец или как ты оказалась в моем клубе. Важно лишь то, что я выбрал тебя, и я буду выбирать тебя до тех пор, пока ты мне это позволяешь.

Она смахнула слезы, ее губы дрожали.

— Хорошо.

Надежда в ее голосе была слишком сильна. Я соединил наши губы в страстном поцелуе, который наполнил теплом и мой член, и мое сердце.

— Господи, какая же ты чертовски хорошая, — сказал я, мои губы все еще касались ее губ.

Она сдержала ухмылку, лукаво опустив взгляд.

— Я не уверена в этом. Ты ведь видел, что ты упаковал в мой чемодан?

Затем она вскрикнула, ее глаза расширились.

— О Боже. Это ведь ты упаковал мои вещи, не так ли?

Бурный смех вырвался из моей груди и наполнил воздух вокруг нас. Мне потребовалась минута, чтобы прийти в себя, а когда я это сделал, Роуэн уставилась на меня, изогнув бровь.

— Полагаю, ты имеешь в виду игрушки, и да, это я их упаковал. Я хотел убедиться, что у тебя с собой есть все самое необходимое.

Моя извращенная ухмылка сравнялась с ухмылкой диснеевского злодея.

— Я рада, что ты считаешь это смешным, потому что у меня чуть не случился сердечный приступ.

Я слегка сжал ее подбородок, а затем вернул машину на дорогу.

— Я удивлен, что тебя волнует, что подумают другие.

— Дело не в этом, — поправила она почти слишком уверенно. — Я просто не хотела, чтобы чьи-то грязные руки были на моих дилдо. Это просто отвратительно.

Она смахнула невидимые ворсинки на коленях.

— Кстати, о твоей семье. Как они относятся ко всему этому — к тебе и ко мне? Я не ирландская порода, зарегистрированная в AKC, или что-то в этом роде.

— Ты шутишь? Ты знаешь, что мой отец в восторге, и я думаю, что все остальные просто счастливы сосредоточиться на чем-то другом, кроме предательства Кейтлин.

Зарегистрированная в AKC. Черт, что только не вылетает из уст моей жены.

— Это приятно слышать. Я имею в виду, что они примут, а не то, что касается Кейтлин. Это действительно отстой. Что с ней будет?

Я глубоко вздохнул.

— Это был выбор Орана. Он решил наказать ее так, чтобы глубоко ранить. Ее арестовали за смерть брата. И хотя технически не она оборвала его жизнь, она помогла этому случиться, и теперь ей придется жить с этим фактом до конца своих дней.

Я украдкой взглянул на Роуэн.

— Как ты знаешь, подобное разъедает душу человека.

— Должно быть, Орану пришлось нелегко. Мне жаль его, — мягко сказала она.

— Он не в лучшем положении, это точно. Но наша семья снова объединилась и стала сильнее, чем когда-либо. В конце концов, он справится с этим.

— Это здорово, что вы есть друг у друга. Раньше я думала, как все могло бы быть по-другому, если бы у меня были кузены, чтобы заполнить эту пустоту.

Ее тон был тоскливым, но, когда я взглянул на нее, на ее лице мелькнула виноватая ухмылка, а глаза сфокусировались на окне. То же самое происходило каждый раз, когда она вела один из этих молчаливых разговоров со своей сестрой.

Я понятия не имел, скажет ли психиатр, что они нездоровы, но мне было все равно. Это был способ Роуэн справиться с потерей, и связь, пусть даже воображаемая, приносила ей покой. Иногда немного сумасшествия — это хорошо.

— Передай Айви привет от меня.

Ответная ухмылка Роуэн зажгла всю мою гребаную душу.

Через два дня меня вызвали в офис губернатора. Мне было любопытно, как воспримут мое присутствие. В первый раз, когда я пришел к нему в офис, от меня отмахнулись, не сказав ни слова. Я знал, что все будет по-другому, но не ожидал того, что произошло.

Эван Александер представил меня своим сотрудникам как своего нового зятя. Меня не волновало его мнение обо мне, кроме того, как оно повлияет на Роуэн. В этом отношении я действительно ценил его готовность к непредвзятому мнению.

После того как он представил меня, и я получил свежую информацию о