Две жизни де Вриса - Шериз Синклер

— Блять, мне нравится это выражение лица, — прошептал он. Его взгляд был безжалостным и опасным. — Хочу еще, — он вышел и снова толкнулся внутрь. И снова. Не сводя с ее лица взгляд, он наращивал темп.

От этих движений ее, словно волны, захлестывали ощущения, унося в океан страсти. Ощущение тяжести его тела, хватки на запястьях. Каждый его безжалостный толчок возносил ее все выше, подталкивал к неизбежному.

И, в конце концов, волны вытолкнули ее на пик наслаждения, накрывая с головой, пока ее тело дрожало от предвкушения. Казалось, в лицо ударил яркий свет. Бесконтрольно дергая бедрами, она молила о большем.

Когда волны удовольствия отхлынули, она с трудом открыла глаза.

Он все еще смотрел ей в лицо. Натужно улыбаясь. Не удовлетворенный.

— Хорошо. А теперь еще раз.

Не в силах сдвинуться с места, она уставилась на него.

— Что? Я не могу.

— Детка, ты же знаешь, что это не так, — с упреком сказал он и отпустил ее руки. Просунув согнутую в локте руку под ее колено, он положил ладонь ей на плечо, заставив поднять ногу вверх. Приподнимая ее бедра выше, чтобы член вошел еще глубже. Зандер поцеловал ее, а затем укусил за подбородок. — Мне нравится быть так глубоко в тебе, — прошептал он. — А теперь посмотрим, каково это будет, когда ты кончишь вот так.

— Зандер… я…

Он положил вторую руку на ее лобок, провел пальцем по влажным складочкам и стал водить им вокруг клитора.

От прилива невероятного удовольствия ее мышцы сжали его член, и Зандер рассмеялся.

— О, да, — его взгляд сосредоточился на ее лице и казался лучом света, заглянувшим в ее душу. — Руки на мои плечи и не убирай их оттуда.

Подчинившись его приказу, она почувствовала себя еще беспомощней, чем до этого. Он крепко удерживал ее ноги поднятыми вверх, всем весом тела придавливая к кровати, а его член в этот момент глубоко входил в нее. Вместо того чтобы пригвоздить ее сильными ударами, он постепенно выходил и входил, вращая бедрами, толкаясь внутрь, задевая новое местечко.

Его палец скользил по крошечному скоплению нервов, вокруг, поверх него, медленно потирая одну сторону, прежде чем перейти на другую. Между толчками и касаниями руки каждый ее нерв звенел, и она не могла сказать, исходят ли эти острые ощущения от ее клитора или влагалища. Ее ноги дрожали, бедра напряглись, как и живот, руки…

Пот выступил на висках.

— Я сейчас кончу, — прошептала она, поднимая бедра в ответ на его поддразнивание.

— Да, детка, именно так.

— И ты тоже кончишь.

Он нежно посмотрел на нее.

— Сразу после тебя, зверушка, — он слегка поцеловал ее, и палец заскользил с одной стороны клитора на другую, и она понеслась выше и выше в небеса.

Она вознеслась до самой вершины и в самый потрясающий момент услышала, как он прошептал:

— Мне нравится смотреть на то, как ты кончаешь.

И он очень медленно отстранился, пока только самый кончик члена не остался внутри нее. Глядя ей в глаза, он снова вошел, сильно и глубоко.

О-о-о. Ее внутренние стенки сжались вокруг его проникнувшей в нее твердой плоти, весь мир замер, а затем рассыпался на ошметки. Невероятное наслаждение поглотило ее, накатывая волнами, пока соски не закололо, а кожа не заискрилась мелкими разрядами от этих ощущений.

— Милая, — пробормотал он и, как и обещал, вошел в нее так сильно, что толкнул к краю боли и беспомощности, прежде коснуться ее лба своим лбом. Со вздувшимися на шее жилами, крепко сжимая зубы, он разрешил себе кончить, наполнив ее своим теплом.

Глава 15

В сгущающихся сумерках де Врис осмотрел дуплекс Линдси снаружи. Золотые рождественские гирлянды бахромой свисали с края крыши, красные окаймляли окна и дверь. Деревья были украшены синими гирляндами. А по обеим сторонам дорожки разбегались разноцветные огни.

— Неплохо.

Рядом стоял Ксавье, отряхивая руки от грязи.

— Согласен. Дамам понравится.

— А свой дом не будешь украшать? — спросил де Врис, собирая инструменты.

— Эбби попросила украсить снаружи. Но, поскольку с улицы дом не особо виден, мы мало что смогли сделать. Спасибо, что использовал прошлогодние украшения Эбби — она будет очень счастлива, — Ксавье посмотрела на деревья. — Я случайно заметил, что гирлянд гораздо больше, чем она говорила.

Де Врис проигнорировал эти слова, потому что, да, он докупил еще гирлянд к имеющимся. Зандер очень любил синий цвет. И сейчас деревья смотрелись просто охрененно. Как и все вокруг. Он никогда раньше не развешивал рождественские гирлянды, ведь у него не было дома, который можно было украсить. Это оказалось неожиданно приятным занятием.

— Давай унесем инструменты. Хочешь пиво?

— Не откажусь.

****

На кухне Линдси готовила ириски. Она добавила в смесь немного ванили и вдохнула запах шоколада. Звук кипящей смеси резонировал с мелодией "О, святая ночь"3, доносящейся из гостиной.

— Теперь мы должны мешать, мешать и мешать!

— Не вопрос, — закончив нарезать грецкие орехи, Эбби глотнула вина и указала на камин, где Блэки спал рядом с фигуркой Санта Клауса. — Мне нравится как ты все украсила.

— Это было забавно. — Подобрать и сделать украшения своими руками было непросто. А не позволить Зандеру скупить все, что ей понравилось, оказалось еще сложнее. Она уступила и разрешила ему купить елку, но отказалась от украшений. Игрушки из бумаги будут отлично смотреться. — Я как-то была не в духе на прошлой неделе. Сейчас…

Эбби расхохоталась.

— Удивительно, как отношения влияют на настроение. Похоже, что ты хорошо освоилась здесь. Уже чувствуешь, как Сан-Франциско становится домом?

— Домом? Нет. Мой дом — Техас, и так будет всегда, — она пожалела, что ляпнула это, когда Эбби нахмурилась.

— Из-за бывшего ты держишься подальше от целого штата?

— Пока что да. — До тех пор, пока кое-кто не окажется за решеткой. Она надеялась на это. — Знаешь, в детстве я мечтала жить на большом ранчо