Последняя любовь - Нора Робертс

—Возможно, однако дело не только в этом. Эйвери, нам нужно поговорить.

—Не самое подходящее время. Я работаю. И...

—Согласен. — Оуэн достал из аптечки бинт, наложил на ожог сухую повязку. — Мы еще найдем время. Не забудь попросить кого-нибудь сменить тебе повязку.

Какой-то миг Оуэн изучал лицо Эйвери, потом наклонился и поцеловал ее в губы.

—Ладно, — кивнул он, не отводя от нее взгляд. — Ладно, я возьму шаурму и уйду, мне тоже надо работать. Увидимся.

—Конечно.

Эйвери прислонилась к раковине и после неудачной попытки убедить себя непонятно в чем погрузилась в пучину жалости к самой себе.

—Что случилось?

Искренне желая, чтобы от нее все отстали, Эйвери тяжело вздохнула и посмотрела на Фрэнни, которая маячила в дверном проеме.

—Все нормально, просто слегка обожглась. Как там?

—Сегодня довольно тихо.

—Слушай, я поднимусь наверх, нужно кое-что сделать. Позвони, если посетителей станет больше, я приду.

—Не вопрос.

* * *

Эйвери готовила. В минуты грусти кулинария заменяла ей плюшевого мишку, и сейчас Эйвери утешала себя, экспериментируя с ветчинно-картофельным супом и супом-пюре из подкопченных помидоров. Она взяла на кухню ноутбук, чтобы записать свои дополнения к рецептам. Как обычно, процесс готовки успокоил и помог собраться с мыслями, и Эйвери, поставив супы на медленный огонь, занялась схемой расположения кабинок, столиков, стульев и диванов в новом ресторане.

—Тук-тук! — раздался голос Клэр.

—Я на кухне, — ответила Эйвери; видимо, ее никогда не оставят в покое.

—Забежала перекусить салатом, а Фрэнни сказала, что ты обожгла руку и поссорилась с Оуэном.

—Ни с кем я не ссорилась. Да, я обожгла руку, но ничего страшного.

При виде булькающих кастрюль Клэр нахмурилась.

—Тогда почему ты готовишь здесь наверху? Что случилось?

—Ничего! Следующий человек, который спросит, что случилось, получит в челюсть, и вряд ли ему это понравится. Я пробую новые рецепты. Сегодня у нас мало посетителей, вот и пользуюсь свободной минуткой, чтобы улучшить меню нового ресторана.

—Я думала, ты улучшаешь меню на Оуэне.

—Где ты видишь Оуэна? — поинтересовалась Эйвери. — Есть у меня время, вот и готовлю.

—Ты злишься. Несколько дней тебе было некогда, а теперь ты расстроена и ссоришься с Оуэном.

—Да не ссорюсь я с Оуэном, а если и расстроена, то только потому, что все пристают с дурацкими вопросами, включая Оуэна, от которого вообще невозможно отвязаться!

—А-а, значит ты все-таки поссорилась с Оуэном.

—Нет! — Эйвери до скрипа стиснула зубы, но голос не повысила. — Мне было некогда. Бекетт закончил проект, сейчас ждем разрешение на реконструкцию здания и работаем над техническими чертежами. Столько всего надо успеть, запланировать, решить, а ведь я еще занимаюсь «Вестой»!

—Ты просто волнуешься. На твоем месте я бы тоже волновалась. Думаю, все утрясется.

—Думать и делать — не одно и то же.

От уклончивых ответов у Эйвери всегда болел живот. Не умеет она врать, изворачиваться и недоговаривать!

—В общем, у меня сейчас все мысли только об этом, и совершенно нет времени на личную жизнь. Нам с Оуэном нужно сбавить обороты.

—Что он натворил?

—Ничего, честное слово! — Эйвери слишком устала, чтобы расплакаться, и потому только усмехнулась предположению подруги. — Я просто немного растеряна.

Наконец-то хоть слово правды, подумала она.

—Ладно, все само утрясется. Лучше попробуй.

Эйвери взяла тарелку, плеснула туда картофельного супа, посыпала петрушкой и тертым пармезаном.

—Еще нужно разобраться со столовой посудой. Думаю, остановлюсь на белой, сделаю акцент на столовом белье. Или что-нибудь ярче?

—Не имеет значения. — Клэр зачерпнула еще ложку. — Главное, чтобы в тарелках был этот суп. Изумительно! Почему так мало?

—Потому что еще будет суп-пюре из подкопченных помидоров.

Другая тарелка, половник супа, горстка сухариков, листик базилика.

—Господи, как вкусно! Такой нежный, кремовый и чуточку острый.

—Превосходно.

Эйвери тоже попробовала суп — лично убедиться, что он хорош.

—Да, ничего менять не буду. Дам тебе с собой и того, и другого, накормишь своих.

—То есть я должна буду делиться? — Клэр обняла подругу за талию. — Расскажешь, когда сможешь?

«Все-таки никудышная из меня врунья», — подумала Эйвери и, сдавшись, положила голову на плечо Клэр.

—Ладно, только не сейчас.

* * *

Готовка ее успокоила. Почти. Страдания ни к чему не приведут, только вызовут внимание, а этого ей совсем не нужно.

Она перелила картофельный суп в термос, принесла снизу итальянского хлеба. К обеду посетителей стало больше, и Эйвери с удовольствием включилась в работу, хотя была не ее смена.

И это тоже помогло развеяться.

Она хотела поговорить с отцом и надеялась, что окончательно успокоится после разговора. Отцу стоит узнать правду, напомнила себе Эйвери, выезжая из города. К тому же отец был единственным человеком, от которого она ничего не скрывала.

Она накормит его супом, они все обсудят и придут к какому-нибудь решению. Они всегда до чего-нибудь договариваются.

Подъезжая к дому отца, Эйвери заметила на дорожке ярко-голубой «Лексус» с невадскими номерами, и ее настроение резко упало. Отец никого не знает в Неваде.

Трейси сказала, что они часто переезжали.

Мактавишское чутье подсказывало, что Трейси недавно перебралась в Неваду, а сейчас хочет здесь поживиться.

Эйвери ворвалась в дом.

Вилли Би вскочил со стула, когда Эйвери влетела в комнату. Трейси сидела с заплаканными глазами и теребила промокшую салфетку.

—Ну ты и наглая сука!

—Успокойся!

—Не успокаивай меня! — Эйвери повернулась к отцу. — Она уже попросила денег взаймы или все еще рассказывает, как ей жаль?

—Сядь и... Что?

—Разве она не говорила, что заезжала ко мне пару дней назад?

—Нет. — Он положил руку на плечо дочери, чтобы успокоить и показать, что они вместе. — Ничего она не говорила.

—Я как раз собиралась. Сперва я хотела увидеть Эйвери, сказать, как мне жаль, что так вышло.

—И выклянчить денег.

—Я на мели. У меня все ужасно, но это не значит, что я не сожалею о том, что случилось. — Она бросила салфетку и вытерла слезы дрожащими пальцами. — Мне жаль, что я так поступила. Жаль, что я такая, какая есть. Я не в силах ничего изменить. Мы потеряли дом перед самой смертью Стива. Все пошло наперекосяк. Он работал над кое-какими сделками, но они сорвались.