Путаница или Ребёнок от незнакомки - Ева Левина

Теперь к слабости подключился еще и страх. Неужели мне стало плохо и Олег привез меня в больницу? Что с малышом?

При мысли о моем Медведе стало немного легче. Он не позволит даже волоску упасть с моей головы. В этом можно быть абсолютно уверенной. Шамаев наверняка здесь все вверх дном поднял, он ведь всегда звереет, когда дело касается ребенка.

Кажется, я немного задремала, но проснулась довольно скоро. Новая попытка открыть глаза и удивление. Я не в палате. Это комната, очень светлая и милая, но совершенно мне незнакомая.

Краем глаза я уловила движение сбоку и повернулась.

Олег? Нет...

Виолетта Геннадьевна...

Полное непонимание ситуации подняло внутри настоящую волну паники. Что со мной? Где я? Почему рядом мать бывшего жениха, а не Олег? И самое главное: что с моим ребенком?

Запустив одну руку под одеяло я попыталась прислушаться к ощущениям.

-Мой маленький, дай маме знать, что с тобой все в порядке, - прошептала я снова закрыла глаза, чтобы полностью раствориться в ощущениях и почувствовать своего малыша. Но внутри была тишина.

-Катя, ты проснулась, - уже через мгновенье женщина стояла у кровати участливо смотрела на меня.

В этот самый момент я почему-то подумала, что могу ошибаться. Вдруг мы просто не поняли друг друга? Что если все сказанное ей было на эмоциях, и теперь она тоже жалеет?

Я ведь сама оставила Максима, ничего не обьяснив. А теперь еще и эти странные неуместные чувства к Шамаеву... Осознав это, я даже немного испугалась своих ощущений. Неужели я такая ветреная? Просто так выкинула четыре года жизни? Может не нужно торопиться с выводами и все хорошо обдумать? Пусть мы и не будем вместе, но Максим и его семья заслужили честные объяснения...

-Что со мной случилось? Где я?

-Ты дома, моя дорогая, - от спокойного голоса Виолетты Геннадьевны по телу прошел болезненный спазм.

-У вас дома? Как я сюда попала? И где Максим?

-Катенька, ты задаешь слишком много вопросов, хотя то, что ты интересуешься Максимом само по себе не плохо... Он в Мюнхене. Я убедила его, что ты еще не отошла от болезни и немного не в себе. Но к свадьбе обязательно оправишься, ведь правда, милая?

От услышанного я резко села на кровати. Всю свою храбрость я вложила во взгляд направленный на женщину, которой я восхищалась до того, как она показала свое истиное лицо.

-Какой свадьбы? Мы расстались! Я ухожу, - попытка встать была жестко пресечена, и мое ослабленное тело снова полетело на кровать.

-Ты никуда не пойдешь, дорогая, - сладко проворковала женщина и присела в кресло, - как только приедет доктор и сделает аборт, ты пройдешь небольшой курс лечения и станешь спокойнее, а то этот жуткий верзила на тебя очень плохо повлиял. Кажется, ты стала агрессивнее и невоспитаннее...

-Что вы несете? Какой аборт? Какое лечение? Это преступление! Отпустите меня немедленно!

-Преступление это то, что ты уже во второй раз бросила моего сына, моя дорогая!

Кажется, у Виолетты Генндьевны не все в порядке с головой. Какой второй раз? О чем она?

Мое удивление было таким очевидным, что идеальная женщина напротив понимающе улыбнулась. Только теперь выражение доброжелательности на её лице не радовало, а по настоящему пугало. Волчица в овечьей шкуре.

-Спрашивай, Катенька, ведь уже завтра ты начнешь все забывать, поэтому нам будет не до разговоров. А к приезду Максима нужно успеть тебя перевоспитать.

-Что значит второй раз? Почему вы не оставите меня в покое? Ведь Максим умен, хорош собой и у него куча поклонниц! Люди расстаются - и это нормально!

-Видишь ли, милая, мой сын оказался однолюбом. До тебя у него была девушка, которая погибла. Утонула. Он долго лечился и с трудом оправился. А потом появилась ты... Первое ваше знакомство состоялось не во дворе больницы, а годом раньше. Не помнишь? Конечно, нет... Он был окрылен. Буквально за неделю общения влюбился в тебя по уши и даже бросил дочку одного из видных бизнесменов. Мы с отцом были не довольны, но не привыкли что-то запрещать ему, и даже готовы были принять тебя в семью. Все для его счастья.

Но ты собиралась поступать в столицу, крутила роман со своим партнером по танцам и смотрела на Максима, как на друга. В итоге он напился и порезал себе вены, - она затихла, погрузившись в воспоминания. И впервые за все годы, которые я её знала, маска идеальной женщины треснула. В кресле рядом теперь сидела не безупречная леди и жена мэра, а несчастная мать, которая готова на все ради своего ребёнка. Мне даже показалось на мгновенье, что я что-то вспомнила, но Виолетта Геннадьевна снова заговорила и прервала поток моих лихорадочных мыслей:

- Я, как его мать, просто не могла на это спокойно смотреть. Поэтому сделала так, что тебя сбил мотоцикл. Максим проходил реабилитацию за границей, а я регулярно присылала ему твои фото со слезливыми подробностями случайной аварии. Из-за сотрясения и определенных лекарств, события последних недель стерлись из твоей памяти, и ты не узнала моего сына через год, хотя и говорила иногда, что у тебя дежавю...

С каждым её словом у меня внутри росло чувство настоящей вспоглощающей паники. Эта женщина разрушила все мои мечты... Авария - не случайность, любовь с Максимом - тоже... Провалы в памяти - результат специального лечения... Наверняка и работа вместе с учёбой - тоже её рук дело.

От боли и ощущения беспомощности хотелось закричать голос, но вместо этого я растерла по лицу соленые дорожки слез и посмотрела прямо ей в глаза;

-Вы - чудовище... Я могла бы танцевать, исполнить свои мечты, - голос предавал и я шумно всхлипнула, подавив рвущиеся из груди рыдания.

-Успокойся, Катенька. Скоро всё будет позади. Сейчас мы поступим по той же схеме. Избавимся от ребенка, а потом те же лекарства. Доктор говорит, что в этот раз будет сложнее, но главное, чтобы Максим больше не впадал в депрессию. У него ведь золотая голова и большое будущее. А я... Мы с тобой будем рядом. Отдыхай, дорогая, набирайся сил.

-Вы не тронете моего ребенка! Олег убьет вас! - закричала я, готовая броситься на нее.

Виолетта Геннадьевна, уже направившаяся было к выходу, повернулась на каблуках и недобро сощурилась:

-А вот это был сюрприз даже для меня. Правильная Катюша провернула аферу