Жестокие игры мажора - Маша Демина

— Осторожней, — его губы растягиваются в пьяной улыбке.

Я натягиваю пластмассовую улыбку в ответ и, брезгуя его прикосновениями, высвобождаю руку.

— Спасибо, — шепчу я и отвожу взгляд, когда парень начинает убирать возбужденный орган в штаны. Стыд дерет жаром горло. — Я пойду… извини еще раз.

Пятясь за порог комнаты, я нервно поправляю волосы, затем блузку, которая чуть съехала в сторону от моего недопадения.

Но я не успеваю закрыть дверь, потому что парень выставляет руку и придерживает ее, выходя следом.

— Да ладно. Все гуд, — он застегивает джинсы, и я какого-то черта смотрю на выпуклость в его паху. Также я смотрю, как он достает какой-то колпачок и вставляет себе в нос. Делает вдох и щурится, после чего шмыгает носом и чуть наклоняется в мою сторону. — Ты сделала мой оргазм ярче, крошка.

Я вспыхиваю от корней волос до кончиков пальцев. Истеричный смешок застревает в горле, и я разворачиваюсь, чтобы убраться отсюда к чертовой матери.

А в следующее мгновение мои ноги прирастают к полу, грудь болезненно сжимается и я теряю сдавленный вздох. Потому что утыкаюсь взглядом в Багирова, смотрящего на меня сверху вниз. И то, что я вижу в его дымчатых глазах, не обещает мне ничего хорошего.

Глава 25

Выжимая стрелку спидометра, я иду на обгон.

Сука.

Немыслимо.

Я избегал ее весь день, чтобы не сорваться из-за гребаного пиздежа насчет возраста. Избегал своих беспорядочных чувств, которые и не должны были возникнуть к этой девчонке. Но все полетело к чертовой матери, когда Акмал прислал мне фото, на котором моя проклятая Ведьма танцует в его доме в компании пьяных шкур. Ее миниатюрное тело было зажато между двух сучек, и одна из них лизала ей шею, которую я собираюсь сегодня вечером свернуть. От мысли, как моя ладонь сжимает хрупкое дрожащее горло Алисы, пульс учащается.

К фото еще прилагалась ебаная подпись.

А она, оказывается, горячая штучка. Мне жаль твою тачку, чувак.

До этого момента я думал, что все контролирую. До этого момента я действительно считал, что мне похер. Но, судя по тому, что после выпитой бутылки рома я все равно сел за руль, мне ни хрена не похер. Единственный плюс этого вечера заключается в том, что находился я на даче в частном секторе.

Всего в десяти минутах езды от дома Акмала, но, кажется, доезжаю я всего за две.

Сворачиваю с асфальтированной дороги на грунтовую, и, чем ближе становлюсь к Ведьме, тем сильнее закипает моя кровь.

Едва заглушив тачку, я толкаю дверь и выхожу на улицу.

Вставляю между губ сигарету, выкуривая ее за два шага, пока преодолеваю расстояние до крыльца.

Меня немного штормит.

Отчасти дело в выпитом алкоголе, но в большей части это эффект от чистых эмоций, которые выворачивают меня наизнанку.

Я пиздец как ненавижу это состояние.

Но бурлящий в венах адреналин не позволяет мне зацикливаться на этом.

Дверь распахивается прямо перед моим носом, и мне навстречу вываливаются братья Богомоловы, практически сносят меня с ног. Но я вовремя хвастаюсь за дверной косяк и удерживаюсь на ногах.

— О, Багира, здарова. Дунуть хочешь?

Я обмениваюсь с ними небрежными рукопожатиями и проталкиваюсь внутрь, бормоча:

— Здаров, парни. — Мой голос тихий и неестественно спокойный. — Не сейчас.

Перед глазами красная пелена, и от врывающейся в уши рок-музыки в висках начинает пульсировать.

Хочется разъебать колонку. Но еще больше мне хочется разъебать ее и ублюдка, который ее привез сюда. Пиздец я злой. Лучше будет, если я не найду ее. Но проблема в том, что я здесь именно за этим.

Подхожу к дивану и нависаю тенью над Акмалом, Смайлом и Гором, который запрокидывает голову и затягивается плотным дымом, встречаясь со мной мрачным взглядом. Он протягивает мне трубку, но я выбиваю ее нахуй из его рук.

— Кто из вас привез ее сюда?

Гораев прыскает со смеху, а потом мое внимание переходит к Акмалу.

— Хочешь обвинить нас? — Он разводит руками. — Багира, ты чот попутал.

Гораев поднимает мундштук и делает еще затяжку, привлекая к себе мое внимание. Он выдыхает две струи дыма через нос, после чего заявляет:

— Я не тащил ее за волосы. Она села ко мне добровольно.

Ебаный ублюдок.

Я замахиваюсь и бью его кулаком в челюсть.

Я хочу сделать это еще раз, но Смайл тут же подскакивает и перехватывает меня, а Акмал заламывает Гораева, который явно собрался ответить на мой второй удар. Отлично. Мне нужна груша для битья. Кулаки горят от жажды ощутить теплую кровь, боль и хруст костей.

Я отталкиваю Смайла и перекрикиваю музыку:

— Я предупреждал тебя, черт ебаный!

Гораев порывается в мою сторону, и я успеваю врезать ему прямо в нос, прежде чем Смайлу удается оттащить меня.

Акмал отпускает Гора, но только потому, что у того кровь хлещет из носа и ее нужно остановить. Гор зажимает переносицу пальцами и начинает орать на меня:

— Иди на хуй! Долбоеб! Лучше следи за своей шлюхой, а то заебешься носы ломать.

Я снова дергаюсь в его сторону, но Смайл блокирует мне путь и толкает сильнее, чем требовалось.

— Чувак! Остынь!

— Багира, угомонись нахуй, — вступается Акмал, отталкивая Смайла и становясь перед мной. Он немного ниже меня ростом, и я смотрю на него сверху вниз, но это не делает его слабее. — Никто не виноват, что ты рискнул своей тачкой. Заебал срываться на своих. Хочешь пизделки? Пошли на перчатки.

Я дышу через нос. Легкие горят. А плечи вздымаются. Я облизываю пересохшие губы и несколько раз киваю.

— Где она?

Акмал дергает головой в сторону лестницы.

— Проверь на втором.

На втором. Блядь. Они издеваются надо мной?

— С кем она?

Я сжимаю и разжимаю кулаки.

— Я хуй знает. Особо не следил.

Меня трясет. Желваки пульсируют на напряженных челюстях. Я перепрыгиваю ступени и оказываюсь на втором этаже как раз в тот момент, когда она выходит из комнаты вместе с ублюдком, который поправляет в штанах свой член.

Тело пронзают острые вспышки ярости, но я наблюдаю, как Алиса перебрасывается с ним фразами, не слышными мне. Как ее лицо краснеет и как она поправляет одежду и волосы. Сука. Конченая сука.

Я узнаю ублюдка, когда он поворачивается ко мне и закидывается порохом. Я позволяю ему уйти только потому, что в этот момент делаю шаг вперед и