Больше не подруги - Энни Кэтрин

Глава 43

Я стою в гостиной викторианского дома, нервно сглатываю, собираюсь с мыслями и рассказываю инвесторам – двум женщинам и одному мужчине – свое представление о том, как будет выглядеть шоколадный магазин. Женщины с восторгом обсуждают мои идеи, мужчина ходит по комнате в глубоких размышлениях. Я достаю пять коробочек с новыми рецептами из своей сумки; я постаралась и устроила целое гастрономическое путешествие. Это набор из четырех трюфелей с особыми вкусами: «Лимонная Цедра Розы – Победитель Конкурса», «Печенье Крамбл Майи», «Бурбон Макса» и «Чизкейк из Нью-Йорка Мел». Я отдаю по коробке, перевязанной золотой лентой, каждому инвестору и Стейси с Мел.

– Моя рекомендация – дайте трюфелям растаять во рту, пока вы осматриваете помещение.

У Мел улыбаются даже глаза. Она одобряюще мне кивает и первой развязывает ленту и открывает коробку. Ахает:

– Они такие красивые, жалко есть! – Пока остальные обходят дом и, как я полагаю, втайне лакомятся конфетами, Мел шепчет мне: – Ты отлично справляешься.

Я поднимаюсь по лестнице и беру с собой Мел, пока Стейси устраивает инвесторам тур. Мои каблуки стучат по деревянным полам, и звук разносится эхом по фойе наверху.

До этого я сюда не поднималась – меня больше интересовало помещение внизу. Этажи сдаются отдельно. Я думаю, не попросить ли владельцев установить специальные ворота, чтобы отделить магазин от соседей в нерабочие часы. Нельзя, чтобы они угощались бесплатными конфетками. Иногда, конечно, я сама буду предлагать шоколад нашим замечательным соседям. Буду дружелюбным владельцем бизнеса.

Я любуюсь замысловатыми резными изделиями из дерева и изобилием уютных, укромных уголков. В изысканной обеденной висит роскошная люстра с кристаллами, на обоях изображены цветы, на диванах – позолоченная обивка. Высокие потолки и глубокие арочные проемы добавляют дому пышности. Я ахаю, заприметив большой камин с изысканной облицовкой. Тот, кто живет здесь, будет в тепле и уюте проводить зимние ночи.

Я провожу рукой по серым гранитным столешницам для кухни. Здесь недавно был ремонт. С каждой комнатой мои глаза распахиваются все шире и шире. Я удивляюсь четырем спальням с просторными шкафами – у старых домов зачастую есть только маленькие шкафы, потому что раньше никто не собирал по сто пар туфель, как я.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – спрашивает Мел.

– Не знаю, а о чем ты думаешь?

– Фэллон, ты можешь переехать сюда с семьей.

Я морщу нос.

– Сама подумай. Начнешь с чистого листа! Все логично. Выползаешь из кровати, готовишь шоколад, открываешь магазин и… выбираешься из Дерьмошира. Можешь купить все здание.

– Оно же не продается.

– Это пока.

Я вскидываю брови.

– Обо всем можно договориться. Обо всем.

* * *

Я всю неделю ждала свидания с Максом. После разговора о том, что мы мало времени проводим вместе, мы решили чаще ходить на свидания. Сегодня вечером мы оставили Майю у родителей Макса на ужин, а потом Мэйв заберет ее к себе на ночевку. Майя слишком долго будет не ложиться спать, но для этого и нужны тетушки.

– Как самочувствие? Приливы жара не прекратились? – Макс поднимает стакан воды к губам.

– Прекратились, и я даже забыла об этом, пока ты не сказал.

– Это хорошо. Может, у тебя стало меньше стресса в жизни.

Об этом я не думала. Вполне возможно, что разрыв дружбы пошел на пользу моему здоровью.

Я намазываю масло на булочку и раздумываю о книге по самопомощи, которую читаю сейчас. Хорошая книга. Я начинаю размахивать ножом в воздухе, будто бы мечом, и Макс смотрит на меня как на больную.

– Ты что делаешь?

– Сражаюсь с неуверенностью в себе.

Макс вскидывает брови и хватает меня за руку.

– Фэллон, разве ты не понимаешь? Тебе не нужны книги по самопомощи.

Нужны! Такую каждая женщина должна прочитать в своей жизни.

– Я люблю тебя такую, какая ты есть. Ты – любовь всей моей жизни.

Его нежность застает меня врасплох. По щекам катятся слезы.

– Макс, я тоже тебя люблю. Нам надо всегда больше уделять времени друг другу.

Макс накрывает мою руку своей.

– Полностью согласен. Давай начнем новую главу с тоста?

Он поднимает бокал-флюте с шампанским:

– За мою умную, прекрасную жену и новые начинания.

– И за моего поддерживающего, сексуального трудягу-мужа.

Мы чокаемся и делаем по глотку. Официант приносит закуски, и мы приступаем к трапезе. Я спрашиваю у Макса, как у него дела на работе. Мы ужинаем и общаемся как нормальная супружеская пара.

Макс бросает салфетку на тарелку, и официант уносит посуду.

– Расскажи мне все про викторианский дом, – просит Макс.

По пути к ресторану я не смогла сдержать свою радость и сказала мужу, что инвесторы предложили мне пятьсот тысяч, на что он аж присвистнул. Деньги покроют аренду на два года, а еще хватит на обновление кухни, маркетинг, товары и пару работников. Я рассказываю, что из трех рассмотренных заведений они выбрали викторианский дом.

– Стейси мне поможет, и к понедельнику я уже буду готова подписать договор аренды. Но перед этим мне нужно кое-что с тобой обсудить.

Макс поднимает бровь.

– Так?

Я делаю глоток шампанского.

– Жилое помещение наверху тоже сдается.

Макс наклоняет голову.

– Продолжай.

– Владельцам придется установить специальные ворота, чтобы отделить магазин от жителей наверху… но это если мы не въедем.

Когда я говорю это вслух, живот наполняется порхающими бабочками.

Макс отпивает шампанское.

– Ты осмотрела помещение?

Я описываю его шарм и вместительность.

– Ты светишься, – говорит он.

– Да?

– Я хочу посмотреть на этот дом, который так тебя очаровал, – говорит он.

Я со знанием дела улыбаюсь. Макс не умеет отказывать, если мне что-то приглянулось. Я беру его за руку. Ему там очень понравится. Официант ставит перед нами многослойный шоколадный торт с зажженной свечкой, я в удивлении подаюсь назад.

Макс поет «С днем рождения тебя» хрипловатым голосом: получается лучше моего, но не сильно. Утром Майя не без помощи Макса подала мне завтрак в постель: улыбающееся лицо с глазами-глазуньями, носом-клубничкой и ртом из бекона. И кофе именно такой, каким я его люблю, с равными пропорциями взбитых сливок и молока со стевией. Мы всей семьей десять минут обнимались в кровати, а потом Макс поехал на работу. Я вернулась домой, оставив Майю в лагере, и получила громадный букет цветов от родителей, а Эйвери отправила мне видеосообщение от Марка МакГрата, солиста Sugar Ray, где он поздравляет меня с днем