Самая желанная для графа - Инга Ветреная

- Вы считаете, что я не смогу полюбить Вас? – немного обидевшись, спросил король.

- Вообще-то, я говорила и о себе тоже. Я хочу не только, чтобы муж меня любил, но и сама хочу его любить.

Король помолчал, потом, немного смущаясь, признался:

- Видите ли, леди Джулиана, я боюсь, что не умею любить. За столько времени, а я здесь уже почти пять лет, ни разу не влюблялся, хотя, простите за такие подробности, ни к чему не обязывающих связей и увлечений было достаточно. Более того, я и в той жизни не испытывал сильных чувств. И сейчас рядом со мной постоянно находятся люди, которые мне очень дороги, это уже известные Вам две семейные пары, в глубине чувств которых друг к другу не усомнится никто, в том числе, и я. Но все же, когда начинают говорить о безумных чувствах, ради которых готовы пожертвовать всем, даже жизнью, я теряюсь, потому что искренне не понимаю, как можно жертвовать ради чего-то эфемерного и, в большинстве случаев, быстро проходящего. Поэтому, подхожу к решению данного вопроса рационально, и доказательством тому служит этот отбор. Вы же понимаете, что надеяться на пробуждение высоких чувств в данных обстоятельствах неразумно.

- То, что Вы не любили до сих пор, не является доказательством того, что не умеете любить. Просто еще не встретили свою суженую. А вот по поводу отбора с Вами трудно не согласиться. Только я не совсем понимаю, что за спешка? Вряд ли Вас кто-то принуждает жениться, впрочем, это не мое дело. Просто речь идет о Вашем счастье, и, на мой взгляд, не стоит совершать ошибки, причем, вполне осознанно, которые потом невозможно будет исправить, но это уже Вам решать, - сказала я.

- А брак, основанный на партнерских отношениях, общих интересах, Вы не допускаете? - осторожно спросил король.

- А зачем? – удивилась я.

- В этом случае семейная жизнь может сложиться вполне удачно, ведь каждый из партнеров будет ответственно относиться, как к своему долгу в соответствии со статусом, так к супружескому долгу в личных отношениях.

- Я хочу, чтобы меня любили, а не исполняли супружеский долг в соответствии с взятыми на себя обязательствами, - пыталась объяснить я.

- Печально, - король тяжело вздохнул.

- Напротив, в нашем случае все хорошо! Вот, если бы один из нас был влюблен в другого, это было бы, действительно, печально, потому что безответная любовь вряд ли является гарантией счастья в семейной жизни, скорее, наоборот. А в нашем случае появились хорошие шансы сохранить ровные дружеские отношения, - возразила я.

Король улыбнулся, а потом вдруг впился в меня взглядом и подозрительно сказал:

- Вы так решительно отказываетесь, будто уже сделали свой выбор.

- Вы почти угадали, Ваше Величество. Я еще не приняла окончательного решения, но в любом случае, считаю, что имею право на свой выбор, - спокойно ответила ему.

- Неужели граф Бурвит? – немного подумав, спросил Генри.

- Совершенно верно, - сдержанно призналась я.

- Не ожидал, - разочарованно протянул король и добавил с насмешкой: – Хотелось бы узнать, почему Вы предпочли его мне?

- Надеюсь, Ваше Величество, мое признание не повлечет за собой никаких негативных последствий для графа? – не слишком почтительно поинтересовалась я.

- Вы полагаете, что я буду мстить ему? – возмущенно спросил король.

- Вы дали повод так думать своим пренебрежительным отношением к графу, а после того, как узнали о моем отношении к нему, то и ко мне, - ответила ему, стараясь не показывать раздражения, которое вызвала его реакция на мое признание.

- Вот, значит, какого Вы мнения обо мне? – прищурившись, произнес король, не скрывая презрения.

Я молчала.

- Вы не ответили на вопрос, - после небольшой паузы напомнил Генри.

- И не собираюсь этого делать, - заявила я, глядя в глаза королю. - Объясню: почему. Все это время я была с Вами предельно откровенна, за что и поплатилась. В результате Вы сделали самонадеянные выводы, и, если следовать Вашей логике и рассуждать рационально, практического интереса я для Вас теперь не представляю, просто мои слова Вас задели, да, возможно, любопытство мучает, но это уж, как говорится, не мои проблемы. Убеждать Вас в чем-то или разубеждать, а также отвечать на Ваши вопросы не буду, не вижу смысла. Надеюсь, я достаточно четко выразилась? - холодно произнесла я, невольно вернув Его Величеству презрительный прищур.

Некоторое время мы с Генри мерялись взглядами. Потом он тяжело вздохнул и опустил глаза, затем оглянулся и некоторое время смотрел на Оливию, которая, поняв, что беседа перешла в некое противостояние, с беспокойством наблюдала за нами. Наконец, король произнес:

- Я был не прав. Как говорит в таких случаях Оливия, опять «включил тирана» и почувствовал себя «непогрешимым». Прошу прощения, признаю: проявил слабость, продемонстрировав уязвленное самолюбие, но Вы тоже не правы, утверждая, что не представляете для меня интереса. Мне важно Ваше доверие, Джулиана, - король сделал паузу. – Вы позволите Вас так называть? – я растерянно кивнула. – И я хотел бы, чтобы Вы доверились мне.

С уважением смотрела на короля, отлично понимая, что признавать свои ошибки – удел сильных людей, а делать это своевременно – редкий дар.

- Обещаю не использовать ни против Вас, ни против графа то, что Вы доверите мне, - произнес Генри, внимательно наблюдавший за мной.

- Теперь не сомневаюсь в этом, - серьезно ответила я.

Король мягко улыбнулся, но расслабленным не выглядел, напротив, был внимателен и собран.

- В том мире меня убила единственная подруга, она столкнула меня с горы, решив, что я не должна выходить замуж за парня, которого любила также, как и он меня. Мы собирались пожениться, она позавидовала моему счастью, предложила ему себя вместо меня, а, когда он отказался, то решила избавиться от меня. Вот так просто, - начала я говорить почти рублеными фразами.

Старалась делать это без эмоций, но без них не получалось. Голос то срывался, то предательски дрожал.

- Очнувшись в теле Джулианы, узнала, что принцесса решила подставить свою кузину, обвинив