Теория снежного кома - Фэя Моран

Внезапно я почувствовал, как кто-то садится рядом со мной. Я открыл глаза и увидел Фелисити. Она улыбалась, глядя на меня с каким-то странным выражением в глазах.

– Привет, – сказала она.

– Привет, – ответил я, стараясь скрыть своё раздражение.

– Что-то случилось? – спросила она. – Ты выглядишь каким-то… напряжённым.

– Да нет, всё в порядке, – попытался я отмахнуться.

– Не похоже, – нахмурилась Фелисити.

Я вспомнил, как помог ей вчера ночью добраться до её номера. Она повредила себе лодыжку. Надеюсь, она не восприняла это как подкат с моей стороны. Я просто хотел помочь, а не залезть к ней под юбку.

– Просто немного устал после лекции, – сказал я и решил сходу сменить тему: – А как твоя лодыжка?

Её лицо мгновенно просветлело.

– О, спасибо, что спросил, – улыбнулась она. – Уже намного лучше. Я выпила вчера обезболивающее. Сэм принесла.

– Отлично, – кивнул я.

Она кивнула в ответ, а я едва сдержался, чтобы не выдать то, что всё знаю и можно уже не притворяться.

Они принимают меня за дурачка. Причём обе.

Мне давно стало ясно, что Фел подговорила Милану помочь ей в том, чтобы сблизиться со мной. Моё любимое печенье или их неожиданная дружба тогда, когда Милана не водилась ни с кем, кроме своего педика-дружка, сразу показались подозрительными. Фел влюблена в меня, как мне кажется, с первого дня, как она поступила в наш университет. Видимо, ей показалось, что попросить помочь Милу, будет лучшим решением, потому что мы давно с ней знакомы.

Как бы не так.

Может, мне стоит подыграть?

– Как дела с Миланой? – напрямую спросил я, чтобы увидеть её реакцию. Она убедила бы меня в том, что я не несу бред.

Фелисити удивлённо посмотрела на меня.

– С Миланой? А что с ней?

– Ну, вы же вроде как… общаетесь. – Я старался подобрать слова, но при этом не сразу выдать то, что имею ввиду.

– Да, мы немного подружились, – кивнула Фелисити. – Она такая… интересная личность.

Конечно.

– Интересная? – переспросил я, невольно усмехнувшись.

– Ну да, – пожала плечами Фелисити. – У неё необычный взгляд на мир. И она очень… смелая.

– Смелая? – повторил я, нахмурившись. – Ты это о чём?

– Ну, она не боится быть собой, – объяснила Фелисити. – Она всегда говорит то, что думает, и делает то, что хочет.

Я промолчал, обдумывая её слова. Милана и правда была очень непредсказуемой. И это меня, признаться, немного пугает сейчас, но восхищало раньше.

– А ты не ревнуешь? – выпалил я, сам не понимая, зачем задал этот вопрос. Видимо, чтобы вызвать у неё такую реакцию, что окончательно убедит меня в том, что я прав в своих догадках.

Фелисити удивлённо посмотрела на меня.

– Ревную? К кому?

Вот ты и проговорилась…

– К ней. Знаешь, я нахожу её довольно привлекательной.

Мне показалось, что она покраснела. И не от смущения, а от чего-то другого. Может даже, от растерянности? Как я могу называть привлекательной девушку, с которой враждую с первого дня, как мы столкнулись в универе?

– Но ты ведь… – начала Фелисити, хлопая глазами. – Ну, да. Она красивая.

– Но хитрая и корыстная, – добавил я. – И если она помогает, то вряд ли без злого умысла и без выгоды для себя.

Фел нахмурилась, как будто обдумывая мои слова. А мне они дали пищу для более глубокого размышления.

Если Милана согласилась помочь Фелисити в этом деле, наверняка взамен ей что-то обещали. Милана любит видеоигры и, насколько я знаю, готовит какой-то проект, связанный с ними, а Фелисити ведёт студенческую газету в универе. Как это можно объединить?

Написать статью про проект Миланы, тем самым привлекая внимание нужных людей?

– Я бы на твоём месте сторонился её, Фел, – продолжил я. – Ты уверена, что она искренна?

Фелисити задумалась.

– Я думаю, да, – ответила она. – Зачем ей притворяться?

– Ну, не знаю. Может, у неё свои планы.

– Какие планы?

– Неважно, – отмахнулся я. – Просто будь осторожна. Милана не всегда такая, какой кажется.

Фел внимательно посмотрела на меня с каким-то странным выражением в глазах. Я даже почувствовал себя неловко.

– Ладно, знаешь что, – внезапно начала она громче, чем надо, чем привлекла внимание некоторых постояльцев.

– Я весь во внимании, – ответил я, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку дивана.

Фел набрала воздуха в лёгкие. Она выглядела очень напряжённой. А ещё так, как будто сейчас расплачется. Я понимал её чувства. Может быть, она восприняла сейчас всё сказанное мной так, будто я таким образом отшил её. Пусть думает так, пусть смирится с этим, чем будет жить в постоянном самообмане, ведь между нами никогда ничего не может быть. Смысла надеяться на что-то просто нет.

В любом случае, знай она о моей болезни, сама сбежала бы. Я всего лишь сэкономил ей время.

– Ничего, – выдала вдруг Фелисити вместо того, что действительно собиралась сказать. – Ладно, я пойду.

Она встала и просто ушла. Не оборачиваясь и не прощаясь. Не сказав напоследок ничего.

Я не знал, что это значит. То, что она больше не будет притворяться, что между нами что-то возможно, или то, что она обиделась сейчас, но попытки не бросит никогда?

Что ж, в очередной раз я стал подонком в женских глазах. Но на этот раз хотя бы не на глазах у всех.

17. Любовный эпизод

Милана

Я горела от нетерпения всё разузнать, а Рио как назло забрали родители. Кажется, они беседовали с одним из наших профессоров, видимо, надеясь заиметь связи с местными.

По крайней мере, этот тупой интернет донёс до меня очень краткое сообщение от Рио:

я расскажу о таблетках,

когда предки выпустят меня из плена

И это завершалось загадочным и очень интригующим:

ты охренеешь

Так что я не находила себе места после лекции у Астрид Хольм.

Весь перерыв перед следующей лекцией я просидела в зоне отдыха, глядя на развесёлых норвежцев. Их было трое, все с бородами, один из них лысый, а остальные – светловолосые. Я решила, что это друзья, потому что припёрлись вместе и под весёлый хохот.

Не увидев ничего интересного в них, я провела взглядом дальше, рассматривая других постояльцев – женщину с ребёнком, который что-то очень громко ей рассказывал, с энтузиазмом, которому можно было бы позавидовать.