Шепот о тебе - Кэтрин Коулc

— Холт всегда был ее любимчиком, — буркнул Нэш, притормаживая на парковке у начала тропы.

Я усмехнулся:

— Не знаю насчет любимчика, но я хотя бы не заигрывал беззастенчиво со всеми ее подругами.

— Просто ты ни с кем не заигрывал.

— Да потому что была только одна девушка, с которой все казалось правильным.

На лице Нэша что-то мелькнуло, но он быстро спрятал это за ухмылкой:

— То есть ты хочешь сказать, что, по сути, ты под каблуком с самого рождения?

Я пожал плечами, открывая дверь:

— И счастливо.

Нэш театрально передернулся, а отец одобрительно кивнул.

Взяв поводок Шэдоу, я жестом позвал ее выйти из машины:

— У тебя есть карты местности, чтобы мы могли их посмотреть?

Нэш кивнул:

— В багажнике.

Я обошел внедорожник, открыл заднюю дверь и достал цилиндр, в котором, как я знал, лежало то, что нам нужно. Потребовалось пару минут, чтобы найти нужное.

— Скажи мне диапазон координат, который дали ее родители.

Нэш наклонился мне через плечо:

— Ло поговорил с ее отцом. Тот сказал, что она может быть где угодно — от Мистик-Спрингс до Сейдж-Холлоу.

Я нахмурился, уставившись на карту:

— Да это же целая пропасть. Даже если они не разговаривали с ней неделю, можно было бы сузить поиск куда сильнее.

Нэш пожал плечами:

— Может, она собиралась сделать пару остановок по пути. Там есть красивые места.

Отец подошел с другой стороны, провел пальцем по маршруту:

— Холт прав. Нужно попросить родителей уточнить.

Я вытащил из кармана спутниковый телефон и набрал контакт Лоусона. Он ответил на второй гудок:

— Все в порядке?

— Раз ты так берешь трубку, значит, мы снова вернулись к норме.

Лоусон шумно выдохнул:

— Мне бы сейчас очень пригодилась эта «норма».

Меня кольнула вина. В последнее время он выматывался до предела — сумасшедшие смены, и при этом он все время был рядом с сыновьями.

— Мы скоро будем.

— Знаю. Вы добрались до начала тропы?

— Мы на месте, но у меня вопрос.

Послышался скрип его кресла:

— Давай.

— Диапазон координат, который дали родители, слишком широкий. Можешь перезвонить им и попросить уточнить? Не хочу, чтобы мы тратили силы на бесполезные поиски.

В трубке застучали клавиши, затем донеслось приглушенное ругательство:

— Голова забита миллионом вещей. Надо было сразу подумать, сколько это займет.

— Не бери в голову.

— Подожди. Я подключу их к нам в линию.

— Отлично. — Я достал из рюкзака маленький блокнот и карандаш.

Лоусон нажал несколько кнопок, и каждая сопровождалась коротким сигналом. Через секунду зазвонило, но затем включился автоматический голос:

— Набранный вами номер больше не обслуживается.

Лоусон отключил третью линию:

— Должно быть, ошибся. — Он снова набрал номер. Один гудок — и то же сообщение.

— Может, я записал его неправильно. Сейчас проверю в журнале вызовов диспетчера. — Снова стук клавиш. — Нет, все верно. Кто дает неверный номер, когда их ребенок пропал?

Кровь отхлынула от лица, а внутри разлился ледяной холод. Господи, только бы я ошибался, только бы это была моя паранойя. Но чувство надвигающейся беды в животе уже не отпускало.

— Ло, немедленно отправь людей к дому Рен.

— Что? — в голосе послышалось недоумение.

— Просто сделай это, — рявкнул я. — Если бы ты хотел выманить меня подальше от Рен, что бы ты сделал?

Лоусон замолчал на мгновение:

— Вызвал бы поисково-спасательную группу.

Это, да еще моя семья, — единственное, что могло оторвать меня от Рен.

Пальцы Нэша крепче сжали ключи:

— Кому бы понадобилось держать тебя подальше от Рен? Джо Салливан все еще под стражей.

А что, если мы поймали не того? Тогда Рен сейчас одна. Без защиты.

40

Рен

Кап… кап… кап… холодные капли воды по лбу выдернули меня из сна. Я застонала и прищурилась, пытаясь привыкнуть к тусклому свету. Мысли путались, никак не складываясь в внятный порядок. Казалось, у меня худшее похмелье в жизни… или будто меня затоптал лось.

Картины происходящего вспыхивали обрывками. Утрамбованная земля подо мной. Стены из грубо сбитых досок, между которыми пробивались полоски света. В углу — ржавое от времени и дождя оборудование. Что за черт?..

Я попыталась приподняться, но руки уперлись — не в пол, а друг в друга. Опустив взгляд, увидела запястья, туго связанные веревкой.

От одного вида все вернулось ко мне мгновенно: Эмбер на пороге моего дома. Пистолет.

Дверь распахнулась, и в хлипкий сарай хлынул свет.

— О, хорошо, что ты проснулась, — произнесла Эмбер таким тоном, словно я вернула ей заимствованную ручку. — Было бы обидно, если бы я отправила тебя в кому.

Я уставилась на нее, не в силах вымолвить ни слова. Мозг все еще пытался сложить происходящее в целую картину.

Она улыбнулась шире:

— Возмездие — та еще стерва, правда?

— Возмездие? — прохрипела я. Что я вообще сделала ей?

Улыбка сползла с ее губ:

— Вы все продолжали жить, будто ничего и не случилось. Никто из вас не осознавал, как вам повезло. Никто не знает, что значит потерять все.

Ледяные когти страха сжали грудь.

— Ты стрелок.

На ее губах снова появилась улыбка:

— А-а-а, нет. Стрелок — Джо. Ружье нашли в его багажнике.

— Ты подставила его.

Она разглядывала пистолет в руках, как кто-то любуется свежим маникюром:

— Это всего лишь справедливо.

— Справедливо? — я едва не задохнулась.

В глазах Эмбер вспыхнула злоба:

— Они еще не заплатили. И близко не заплатили.

Сердце забилось как сумасшедшее:

— Кто не заплатил?

Нужно тянуть время. Все, о чем я могла думать, — тянуть ее в разговор, пока не придет помощь. Кто-то заметит, что меня нет. Грей позвонит Холту, когда я не появлюсь на обед, он проверит камеры. Он поймет, что меня забрала Эмбер.

Ее ярость лишь усилилась от моего вопроса:

— Никто из вас! Те, кто выжил. Рэнди и Пол. Кто же еще?

— Я уже заплатила, Эмбер. И снова, и снова. Невыносимая боль. Месяцы изнуряющей реабилитации. Бесконечные кошмары.

Пальцы Эмбер крепче сжали оружие:

— Мой брат умер. Я всегда должна была его защищать, а эти ублюдки забрали его у меня!

— И они в тюрьме до конца жизни. Никогда больше не вздохнут на свободе. Они платят.

— Этого мало! — заорала она. — Они должны страдать так же, как я. Это был единственный