Ты будешь наказана - Ада Ридель

Вздыхаю.

Только полторы недели назад хотел, чтобы она всё вспомнила, а сейчас…

— Я слышала, что ты идёшь сегодня в клуб разыскивать одного мужика.

Я усмехаюсь. Когда только успела подслушать? Казалось бы, постоянно была с Даной.

— Я хочу пойти с тобой, — выдаёт.

Её слова для меня не удивительны.

— Ты и пойдёшь со мной.

Да, не нужно её брать. Но понимаю, что лучше пусть она будет со мной — поблизости. Так я хотя бы не буду переживать за неё. А она всегда под присмотром. Доверять её никому не могу.

— Правда? — она искренне удивляется моим словам. Сколько же сил мне потребовалось, чтобы сказать их. Переступить себя.

— Да, — приоткрываю глаза и посматриваю на неё из-под ресниц. Сканирую цепким взглядом, изучая первую попавшуюся одежду, которую Лёша схватил с прилавка и привёз ей. Ужасный у него вкус — я так скажу. — Но для начала… Заедем в магазин, купим тебе что-нибудь подходящее.

Надеюсь, я не пожалею о своём решении.

* * *

Я изучаю женское тело, что крутится перед зеркалом дома.

Она немного разгулялась и купила не только платье. Я не против. Это наоборот окунуло меня в прошлое. Это черта Королёвой. Она всегда так. Идёт за блузкой — покупает и платье, и лифчики.

Вот и сегодня. Зашли за одним — Лёша вышел с полными пакетами. Королёва неловко переминалась на кассе, и мучилась, чтобы не отнести всё обратно.

Но не ожидал, что она купит этот чёрный топик и короткие шортики.

Я невольно вспоминаю прошлое, когда вижу её в этом.

— Похоже на форму для танцев, — кидаю, сидя на диване и осматривая её с ног до головы. Влада показывает мне всё, что купила. Всё равно перебарываем скуку. У нас есть ещё два часа, прежде чем мы поедем в клуб.

Делать нечего — убиваем время.

— Да, мне тоже так показалось, — прокручивается ещё раз и хватается за выпирающую ниточку на топике.

— Раньше ты танцевала лучше всех, — в голове возникают тысячи картинок её соблазнительного тела, двигающегося в такт музыке.

— Да? — смотрит на меня в отражение в зеркале. — Ты так считаешь?

— Я же говорю, — улыбаюсь. — Ты была самой лучшей танцовщицей, что видел этот свет.

Она смеётся и фыркает.

— Для тебя, да?

Я улыбаюсь.

Но тут же морщусь, когда спину прокалывает сильно заметная боль. Что даже Влада замечает моё кривляние.

— Эй, с тобой всё хорошо? — подбегает ко мне, ласково опускает ладонь на плечо. — Давай всё же врача? У тебя, правда, рана большая на спине. И крови ты много потерял.

— Перестань, — отстраняю её руку. — Это — хрень.

— Ну, Эмиль… — я прикрываю глаза и опять прислоняюсь спиной к дивану, забывая о боли. Это невыносимо. Раньше она редко звала меня по имени. Только когда мы начали встречаться, стала делать это чаще.

И сейчас..

Я снова будто оказываюсь в прошлом.

— Это я виновата. Если бы не захотела уйти из кухни, ты бы не пострадал. Я чувствую свою вину. Чем я могу тебе помочь, если я не могу вызвать врача?

И вот она снова говорит со мной, так как раньше. Пять лет назад. Без ненависти, неприязни.

И я бы отдал всё, лишь бы вернуться, чтобы снова почувствовать все те её светлые чувства.

— Если действительно хочешь помочь мне… — хриплю от предвкушения и приподнимаю уголки губ. — Станцуй мне.

— Мне жаль… — произносит, выпрямляясь. — Это всё в прошлом. Как и танцы. Как и я. Ты. Мы оба уже совсем не те. Но кое в чём помочь я тебе могу.

Влада ставит колено на диван. Второе. Опускается своим тазом мне на член. Вот так просто. Хватается ладонями за моё лицо. А мои руки сами оказываются на её голой талии, сжимая.

Наклоняется ко мне и врезается губами в мои губы.

Неожиданно.

Но действует. Как только её проворный язык проникает внутрь, забываю о боли в спине.

Мне нравится.

Ёрзает на члене, и я возбуждаюсь ещё сильнее. Пока мы оба поглощаем друг друга. Не целуем. А именно жадно пожираем.

И я не сдерживаюсь. Прижимаю её к себе сильнее и держусь, чтобы не свалить на диван и не трахнуть. У нас времени в обрез. Да, два часа, но ей я хочу наслаждаться долго. Хоть всю ночь.

— Удивлён, — шепчу, отрываясь от неё. — Но ещё. Охуенный способ медицины.

— Помогает? — шепчет в мои губы. Трётся носом о мою щёку, и я, блять, впервые кайфую от таких обычных движений.

— Ну, импотентом я точно не стану, — толкаюсь бёдрами. Трусь о её промежность и уже представляю, какие мокрые у неё складки.

Твою мать…

— Неидеально, но боль глушит.

Внезапно Влада отстраняется. Встаёт, убирает волосы назад и прикрывает глаза. Взгляд сам скользит по пораненному виску с синяком. Захотела снять бинты.

— Мне жаль, — проговаривает, завязывая свои локоны в хвост. — Но я ничем не могу помочь тебе, кроме этого. Ты ведь сам должен понимать, что я больше не та. Как и ты. Не умею танцевать и вообще абсолютно другой человек. Пора бы тебе принять это. Я, например…

— Что?

— Неважно, — отворачивается. — Я пойду собираться. Покорми Викинга, он сейчас Лайке хвост сожрёт.

Я поворачиваюсь в сторону собак и холодно обращаюсь к своему зверьку.

— Викинг.

Собака, что до этого не давала спать Лайке, садится. Захлопывает пасть и скулит.

Пиздец.

Вот и что только что было?! Раздраконила и ушла! Маленькая сучка. Давно по заднице не получала.

Встаю с места и выдёргиваю ремень из брюк. Сейчас я ей устрою.

Ходит тут без настроения, ещё и меня агитирует злиться.

Иду за Владой. Понимаю, что остановиться надо, но вот сейчас она взбесила. Блять, лучше бы убила, чем так легко поимела. Слишком она много меня контролирует. А я ей многое позволяю. Нельзя.

Путь мне преграждает Лайка. Встала у прохода и смотрит на меня настороженно, выжидающе.

Только ведь за спиной была…

Делаю шаг вперёд, а она пасть открывает. Лает и не даёт пройти.

— Ты такая же сучка, как твоя хозяйка, — прищуриваюсь и цежу сквозь зубы. Но всё же откидываю ремень в сторону. Настроение немного выравнивается. Лайка, которая всё это время лежала и ничего не делала, сейчас стойко выходит на защиту своей хозяйки. Так и быть, не трону её. Но в следующий раз… Мало ей не покажется.