Владелец и собственность - Аннеке Джейкоб

Той ночью в сарае для инструментов я была на полпути к этому. Я достигла точки смирения. Но теперь я думаю, что достигла предела… радости.

В гости

— Сегодня днём я собираюсь в Дрелб. Хочешь со мной?

— В Дрелб? А, ты про поместье Серивара. Зачем?

— Просто в гости. Мне нравится смотреть, что другие хозяева делают со своими рабами. Это наводит на мысли.

— И там красивые пейзажи.

— Ну да.

Гарид работал сверхурочно, пытаясь спасти старое соглашение, которое разваливалось на части и ставило под угрозу важный этап рекультивации. На этот раз, несмотря на загруженность, он старался не забывать о своей любимице, и она по-прежнему была полна энергии и энтузиазма. Но перерыв бы не помешал.

— Ладно. Ты берёшь Визай?

— Нет, на этой неделе она у Мисеко. Как думаешь, почему я ищу альтернативные развлечения? А как насчёт твоей маленькой Джиди?

— Ей лучше там, где она есть.

— Где она?

— В своей клетке. Где ей и место.

— Можно посмотреть?

— Конечно.

Гарид вывел на кухонный монитор картинку с камеры, направленной на его Джиди в маленькой клетке. На ней были обычный пояс, уздечка и рукавицы. Она лежала на спине, подняв ноги, и сгибала одну из них, чтобы легонько потереться пальцами ног о прутья. Пав прошёл мимо, не взглянув на неё, и она проводила его взглядом. Гарид приблизил изображение, чтобы другу было лучше видно, и Терин заметил тонкую цепочку, идущую от колец в сосках к уздечке. Она была натянута так, что любое движение верхней части тела становилось болезненным.

— Ты её за что-то наказываешь?

— Нет. Днём я держу её в клетке. Я же говорил. Если только я не захочу ею воспользоваться, или если её не нужно выгуливать или тренировать, — он оглядел её. — А, ты про цепочку для сосков? Просто напоминание. Она пыталась тереться сосками о решётку.

— Какая плохая девчонка!

— Неисправимая.

Они рассмеялись.

Когда добрались до Дрелба, пролетели над чем-то вроде фермы для хобби. Земли было недостаточно, чтобы зарабатывать на жизнь, но имелось небольшое стадо коров и большой сад. Терин с завистью пробормотал что-то о красивой длинной трассе для пони, вьющейся между деревьями и вдоль живописного ручья, и сказал, что обязательно привезёт сюда Визай покататься. Серивар был врачом и сколотил немалое состояние на нескольких новых лекарствах, которые разработал, но главным его увлечением, помимо рабыни, была ферма.

Серивар ждал их у двери.

— Привет! Привет! Вы как раз вовремя.

— Для чего?

— Пойдёмте в коровник, покажу.

Коровник был длинным, с перегородками вдоль стен, трубами и блестящими канистрами. Управляющий фермой, нанятый Сериваром, как раз загонял коров на дойку. Они занимали свои места со спокойным коровьим терпением, без спешки.

— Я приведу вторую, — крикнул Серивар управляющему, и тот кивнул.

Пригласив гостей следовать за ним, Серивар направился к ближайшему сараю, прошёл мимо нескольких стойл и открыл ящик. Там была его рабыня Титс — стояла, привязанная к столбу, и с опаской смотрела на него. Невысокая блондинка с пышными формами и слегка веснушчатой кожей.

— Ты держишь её здесь?

— Иногда. Иногда хочу, чтобы она была в доме. Там удобнее, если понимаете, о чём я.

Он отстегнул ошейник и вывел её из стойла в доильный зал. Она опустила голову и замедлила шаг, оглядываясь через плечо на двух мужчин. Серивар подтолкнул её, неумолимо дёргая поводок. Шаг за шагом она неохотно шла за ним мимо коров, которым вытирали вымя и подключали аппаратуру. У последнего стойла она остановилась, повернула голову и упёрлась. Управляющий, к тому времени закончивший с коровами, подошёл помочь. Вдвоём с Сериваром они подняли рабыню на пару приподнятых узких платформ на высоте мужских бёдер. Одна платформа поддерживала левую ногу и руку, параллельная — правую, так что она стояла на четвереньках, а под ней оставалось пустое пространство. На полу под ней была солома. У каждой платформы имелся высокий внутренний бортик, мешавший женщине сбежать, и это дало мужчинам время быстро зафиксировать её вытянутые руки в выступающих наручниках на платформах и наклонить голову вперёд, лицом к металлической раме. Она снова заартачилась, но управляющий ловко раздвинул ей губы, вставив палку-кляп, а Серивар зафиксировал её сзади, чтобы она не могла отпрянуть.

— А-а-а! А-а-а! — закричала она, давясь кляпом, и боролась с такой решимостью, что сотрясала платформы.

— Вот так! — выдохнул Серивар. — Всегда борьба, когда гости. И в половине случаев, даже когда нет. Глупая корова.

Он ухмыльнулся и, пока она боролась, стянул ремнями лодыжки Титс и ноги чуть ниже колен.

— Иногда она даже лягается.

Управляющий начал вытирать её груди холодной тряпкой. Титс совершенно не могла пошевелиться, но выкрикивала бессвязные протесты и дрожала всем телом.

— Подойдите сюда, — сказал Серивар и представил их управляющему Колирику, который наконец смог поздороваться.

— Она боец, ничего не скажешь, — заметил мужчина. — Но это не мешает ей давать молоко. Наденьте на них соски — и оно потечёт.

Он небрежно положил руку на одну из больших грудей Титс, свисающих над пустотой, и слегка сжал. Молоко потекло ровными струйками, зашипев в соломе. Титс снова громко застонала, мужчины рассмеялись. Колирик взял трубку с присоской на конце и приложил к набухшему соску. Присоска заработала. Из второго соска тоже капало, и он накрыл его чашкой. Сосок зажужжал, но тише. Белое молоко стекало по трубкам в небольшую банку в углу стойла. Колирик отошёл к компьютеру в другом конце коровника. Большие насосы работали в одном ритме, обрабатывая вымя всех животных. Рабыня бесконтрольно пускала слюни вокруг палки во рту, слюна капала на пол.

Гарид отступил на шаг и оглядел ряд стойл. Остальные коровы мирно жевали сено, просунув головы между металлическими перегородками. Голова Титс была на одном уровне с их головами, наклонена к полу, как у них, и её губы беспомощно двигались вокруг палки, не дающей закрыть рот. Её грудь с торчащими трубками напоминала вымя. Не хватало только одного.

— Ты не думал о хвосте? — спросил он.

— Хвост! — воскликнул Серивар. — Я знал, что чего-то не хватает! Конечно! Прости, я только-только наладил у неё выработку молока и всё это устанавливал. Сейчас, минутку.

Он направился в конюшню.

— Что думаешь? — тихо спросил Терин у Гарида, сверкнув глазами. Он поглаживал напряжённые ягодицы перед собой и трогал следы, выглядевшие так, будто появились день-два назад. — Я не ожидал, что развлечение будет таким… сельскохозяйственным.

— Интересно. Я почти довёл себя до животного состояния, но это