Разведенка для дракона, или Личный лекарь генерала - Лана Ларсон

Анлаф догнал Дергана, остановив его на середине пути.

Он что-то быстро прошептал ему. Дерган резко остановился и повернулся. Сначала в его глазах было удивление от наглости простого солдата, который посмел пристать к генералу после неприятного разговора. Но затем он присмотрелся, и удивление сменилось узнаванием. Или Анлаф достаточно плохо замаскировался, чтобы показать ему себя настоящего.

Дерган кивнул и, взяв Анлафа за локоть, направился прямо ко мне, в тень пустого шатра, осматриваясь, чтобы на них никто не обращал внимания.

— Леди Торлак? — спросил Дерган, разглядывая меня и усмехаясь. Но затем шутливый тон сменился серьёзным. — Ну что ж, рассказывайте всё, что знаете.

Анлаф кратко пересказал всё, что мы видели и обсуждали: Дивона, свёрток, подкрепление, асдорцы. Я, когда было нужно, подправляла рассказ деталями. Дерган слушал внимательно, его хмурый вид становился всё мрачнее. Он потирал подбородок, задумчиво глядя перед собой.

— Нечто подобное я тоже подозревал, — проговорил он наконец, с глубоким выдохом. — К моему отряду тоже пытались прислать «лекарей» без полных лицензий. Несколько девушек, очень любезных, очень красивых, но слишком навязчивых. Они быстро уехали обратно, как только поняли, что их здесь подозревают в сговоре с асдорцами.

Боже мой, значит, это систематическая работа. Они внедряются по всей границе! Это уже заговор не против одного Кассиана, а против Империи!

— Я уже сообщил Айзенкуру, что за теми лекарями была отправлена погоня, — добавил Дерган. — Но Руфус не отреагировал так, как должен был. Он ослеплён властью и собственными интригами. Он не поверит в заговор, пока асдорцы не войдут в лагерь маршем.

— А вы не думаете, что он с ними заодно? — спросила я в свою очередь. Генерал лишь качнул головой.

— Нет. Скорее, он пешка в этой игре. Его оставили в качестве козла отпущения на случай, если что-то в плане асдорцев пойдёт не так. Либо для какой-то другой цели.

— И почему вы так решили? — хмуро поинтересовался Анлаф. — Вы не хуже меня знаете, что асдорцы прекрасно могут скрываться среди нас. И маскировать свои истинные мотивы.

— Знаю, Анлаф. И могу ошибаться. Но Айзенкур не ведёт себя как заговорщик. Слишком он уверенный в своей победе, слишком тщеславен. Асдорцы обычно ведут себя более сдержанно.

Угу, глядя на Дивону, я бы не была в этом так уверена.

— Так что нам делать? — спросила я.

Дерган посмотрел на Анлафа, а затем на меня, оценивая наши способности.

— Вам обоим нужно вернуться под «арест». Я не могу вызвать подкрепление без санкции Руфуса, а он его не даст. Но я свяжусь с Эрлевиром.

— Эрлевир? — не поняла я.

— Тот самый древний асдорец, о котором говорил Анлаф. Он поможет. Я попрошу его немедленно прислать артефакты, которые защищают от влияния асдорцев, в том числе от магии очарования. И ещё несколько на определение асдорцев в толпе. Мы должны снять «пелену» с глаз солдат и доказать Руфусу факт заговора через императорского мага. К слову, он тоже вскоре должен будет сюда прибыть. С собой я, к сожалению, эти артефакты не взял.

— Успеем ли мы? Дивона говорила о некоем скором действии.

— Будем молиться, чтобы он был быстр. А вы никуда больше не выходите. Ваш арест — единственная защита сейчас.

Дерган кивнул нам обоим и развернулся, уходя в ночь. Анлаф быстро сменил личину обратно на свою и толкнул меня к моему шатру.

— Возвращайся. Я пойду к отцу. Проверю, как он. А ты несколько дней посиди тихо и не высовывайся, хорошо? Не привлекай излишнего внимания.

Я кивнула и пошла в нужном направлении. Почти вплотную подошла к входу и попыталась выглянуть, чтобы понять, вернулись ли драконы с «проверки» и как мне проскользнуть внутрь, но… не успела.

Полог резко отдёрнулся, и из моего шатра вышел не кто иной, как Руфус Айзенкур. Его глаза горели жёлтым огнём, рыская по окрестности. За ним стояли те самые два дракона-охранника, которые выглядели смущёнными и виноватыми.

Чёрт, теперь обычной оговоркой я не отделаюсь. Главное, чтобы Мари не пострадала из-за меня!

Я и была бы рада спрятаться, даже попятилась, но натолкнулась спиной на что-то твёрдое. Точнее, на кого-то.

— Я нашёл её, отец, — прокричал позади меня «любимый сын».

Ивар… Я едва не зашипела на него, но не стала даже оборачиваться. Не хочу видеть этого предателя собственной матери.

Айзенкур гневно усмехнулся и направился в нашу сторону.

— Ты надеялась, что я не замечу твоего отсутствия, Ильмира? — прошипел он, останавливаясь в каких-то десяти сантиметрах от меня. — Где ты была? Хотела сбежать навстречу к генералу Вангарраду?

— Я ни на что не надеялась, Руфус, — ответила я холодно, сдерживая желание отступить. — Я просто вышла на улицу подышать свежим воздухом. Это тоже запрещено твоим приказом?

Он усмехнулся, но улыбка не коснулась его ледяных глаз. Он знал, что я лгу.

— Свежим воздухом? Ну что ж, сделаю вид, что поверил тебе. Я теперь вдвойне уверен, что ты должна быть в моём шатре. Там ты будешь под моим личным наблюдением… дорогая супруга.

Гнев этого ящера опалил меня жаром, густым и отвратительным. Мне даже показалось, что я почувствовала на себе драконий огонь, который вот-вот готов был вырваться наружу. Он стоял так близко, что его присутствие давило, удушало.

Я отшатнулась, но позади меня все так же стоял Ивар. Ох как же мне хотелось сейчас огреть их обоих чем-нибудь тяжелым. Я попыталась сохранить холодное выражение лица, но ладошки всё равно потели.

— Как любезно с твоей стороны, что ты беспокоишься о моем месте нахождения, Руфус, — саркастично ответила я, пытаясь отступить уже в сторону. — Но в этом нет необходимости. Позволь мне вернуться в мой шатер.

Он не дал мне отступить. Внезапно схватил за запястье с такой силой, что я вскрикнула. Хватка была железной. Грубой.

— Нет. Ты пойдешь со мной, — отрезал он, бросая короткий приказ охране: — Вы свободны. Возвращайтесь на пост. И следите, чтобы никто не выходил из шатра Вангаррада!

Два дракона-охранника поспешно ушли, видимо, радуясь освобождению от моей беспокойной персоны, а я заметила, как из моего шатра осторожно выглядывает бледная Мари. Боже, как же я обрадовалась, что с ней все хорошо. Пусть она перепугана, но зато цела. А сейчас это главное. Этот козел мог приказать сделать что угодно.

Внезапно к нам подбежал