В голове только шоколад - Катёна Спарк

– Аня, – тихо сказал он.

– М?

– Ты такая тёплая.

– Это потому что я живая, – улыбнулась я, не открывая глаз.

– А я думал, потому что любишь меня.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Он улыбался своей мягкой, чуть смущённой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось. В его глазах я видела что-то такое, что заставляло сердце биться быстрее. Не от волнения, не от испуга, а от того, что я действительно была для него важна. По-настоящему, без фальши, без игр.

– Это тоже, – сказала я и быстро чмокнула его в губы.

Он ответил на поцелуй – мягко, медленно, будто у нас была целая вечность. Я чувствовала его пальцы, которые легли на мою шею, нежно, почти невесомо. Где-то за окном шумел ветер, и мне казалось, что кроме нас двоих в мире никого не осталось.

– Андрей, – прошептала я, когда мы отстранились друг от друга.

– М?

– Ты знаешь, что я тебя люблю?

Его лицо осветилось такой светлой улыбкой, что у меня защемило в груди. Он притянул меня ближе и поцеловал в лоб, потом в щёку, потом снова в губы.

– Знаю, – сказал он. – И ты знаешь, что я тебя тоже. Больше, чем кого-либо.

– Даже больше, чем волейбол? – усмехнулась я.

– Даже больше, чем волейбол, – подтвердил он без капли сомнения. – Волейбол – это просто игра, а ты – моя жизнь.

Я снова уткнулась в его плечо, пряча улыбку, которая, наверное, могла осветить всю комнату. Мы лежали так минут пять, может, десять. Я перебирала пальцами его волосы, он гладил меня по спине, иногда целуя в макушку. За окном кто-то громко разговаривал, иногда залетал ветерок, шевелил занавески. В блоке хлопнула дверь, послышались голоса – соседи возвращались с пар, но это звучало так отдалённо, будто из другого мира.

– Ты знаешь, – сказал Андрей негромко, – я иногда думаю, что было бы, если бы мы не познакомились.

– Не познакомились? – переспросила я, поднимая голову.

– А если бы нет. Если бы ты училась в другом корпусе или я выбрал другой факультет.

– Зачем ты об этом думаешь?

– Потому что я не представляю своей жизни без тебя, – он смотрел на меня очень серьёзно, без обычной лёгкой усмешки. – Ты появилась, и всё изменилось.

– В каком смысле? – я провела пальцем по его щеке, чувствуя лёгкую щетину.

– В хорошем. Раньше я просто учился, играл в волейбол, тусовался с пацанами. Иногда было весело, иногда скучно. А теперь... теперь у меня есть ты. И я хочу быть лучше. Для тебя.

– Андрей, – я почувствовала, как к горлу подступает комок. – Ты и так самый замечательный.

– Я знаю, – он улыбнулся.

Я не нашлась, что ответить. Просто поцеловала его – долго, нежно, чувствуя, как его рука обнимает меня крепче, как его дыхание смешивается с моим. Когда я отстранилась, в глазах у него стояло что-то тёплое, почти уязвимое.

– Ты самое лучшее, что со мной случалось, – сказала я тихо. – Помни это.

– Запомню, – он коснулся пальцами моего подбородка. – И ты тоже об этом знай.

Мы лежали, обнявшись, и смотрели в потолок. Я слушала его дыхание, чувствовала, как бьётся его сердце – медленно, ровно, успокаивающе. Я подумала, что именно таким и должно быть счастье. Просто быть рядом, просто чувствовать тепло другого человека.

– Ань, – наконец сказал он, нарушая тишину. – Нам правда надо делать проект.

– Знаю, – я не открывала глаз.

– Ты встаёшь?

– Нет, сначала ты.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Он лежал с самым невинным выражением лица, будто ничего не произошло. Но в глазах у него плясали смешинки.

– Это твоя комната, твои конспекты, твой ноутбук. И вообще, ты должен быть инициативным.

– Я инициативный, – он сделал вид, что обиделся. – Я предложил тебе лечь.

– Это не инициатива, это лень.

– А что, вместе лениться – это уже командная работа. Мы же одна команда.

– Ты неисправим, – я засмеялась.

Я села на кровати, поправила растрепавшиеся волосы, которые выбились из небрежного пучка. Андрей тоже приподнялся, опёрся на локоть и посмотрел на меня так, будто я была самым важным человеком на свете. Я смутилась под его взглядом, отвернулась, но он взял меня за руку и переплёл наши пальцы.

– Ты такая красивая, – сказал он просто. – Даже когда волосы торчат во все стороны.

– Даже когда у меня нет макияжа и я в твоей растянутой футболке?

– Тем более. Ты настоящая.

Я покраснела. Он умел говорить такие вещи, после которых хотелось снова лечь и ничего не делать.

– Ладно, – я вздохнула, стараясь взять себя в руки. – Давай начинать делать. Только не делай вид, что ты меня уговаривал.

– А я и не делаю. Я просто сдался под напором твоей красоты.

– Так и запишем, – я усмехнулась, но в глазах его было столько тепла, что у меня защемило в груди.

Мы наконец пересели к столу. Андрей открыл ноутбук, я разложила свои записи. Стол у него был завален всякой всячиной: пустая кружка с остатками чая, стопка тетрадей, зарядка, какая-то флешка в виде танка, которую ему подарила Мила. Я отодвинула кружку в сторону, чтобы освободить место, и заодно убрала рассыпанные скрепки.

– Тема проекта – «Стратегический анализ рынка кофеен Минска на примере локальных сетей», – прочитал Андрей с экрана. – Кто это придумал?

– Ты сам предложил на прошлой неделе на паре.

– Я? – он округлил глаза и театрально прижал руку к груди. – Не помню.

– Ты сказал, что любишь кофе. И что разбираться в кофейнях интереснее, чем в заводах.

– Это на меня нашло, – он улыбнулся. – Но вообще я прав: кофе я люблю, как и тебя.

– Андрей, – я вздохнула, но уголки губ предательски ползли вверх. – Мы сейчас про проект говорим, а не про твои чувства.

– Мои чувства – это часть стратегического анализа.

Он улыбнулся и наконец уставился в экран. Я пододвинулась ближе, локтем коснулась