Сезон разводов - Джеки Коллинз

– Спасибо, – смутилась Шелби. Она не напрашивалась на комплимент, просто по-дружески поделилась.

– Хочешь, устрою тебе экскурсию? – предложил Пит.

– Да, это интересно, – согласилась Шелби. И он показал ей парилку, бассейн, массажные кабинеты.

– Знаешь, я ведь еще не видел тебя в «Исступлении». Жду не дождусь, – заметил он. – Говорят, ты там великолепно сыграла.

– Ты, конечно, и про постельную сцену уже слышал?

– Слухом земля полнится.

– Если б ты знал, как неловко было сниматься! Я упросила режиссера закрыть доступ на площадку, но народу все равно было полно. Как они туда проникают?

– Известное дело…

– В какой-то момент мужики прямо с ограды стали свешиваться. Жуть!

– Не сомневаюсь, ты справилась, как всегда, на уровне – со вкусом и без пошлости.

– Я старалась, – скромно сказала Шелби.

После «экскурсии» они пришли в его захламленный кабинет, где Пит угостил Шелби минералкой, а потом достал сценарий и стал просматривать трюковые сцены, в которых, по его мнению, Шелби могла бы играть без дублера.

– Трюк с машиной очень простой, – объявил он. – Ты легко с ним справишься.

– Правда?

– Без проблем! – Он энергично закивал. – Я уже с Кэт это обсудил.

– Уже?

– Шелби, это очень важно: любой внимательный зритель всегда просекает, что снимался не актер, а дублер.

– Только не в твоих фильмах. Ты мастерски это делаешь.

– Спасибо.

– А тебе приходилось быть дублером у Л инка?

– Еще бы! Ты бы нас на экране ни за что не различила.

– Но ты ниже его ростом.

– Ну, это легко поправимо. Обувь, парик – все такое.

– Значит, по-твоему, я «невнимательный зритель»? Покажи фильм, а я сразу угадаю, где кто!

– У меня есть на DVD. Давай потом поедем ко мне, и посмотришь?

– Нет, Пит, – поспешила возразить Шелби. – Идея неудачная.

– Но почему? – не отставал он. – Мы же с тобой друзья, нет?

– Мне будет неудобно. Он долго смотрел на нее.

– И этому есть причина?

– Видишь ли… – начала она, уже жалея об этом разговоре, – я… Линку не сказала о нашей случайной встрече.

– Не сказала? Почему?

– Ты же знаешь Линка, он страшный ревнивец.

– Да, припоминаю. – Пит надолго замолчал. – А знаешь, Шелби, я был уверен, что у вас уже давно есть ребенок. Или даже два. Всегда представлял тебя с двумя детишками. Из тебя вышла бы прекрасная мать.

– Мы… Вообще-то, мы собирались завести детей… – Она осеклась и пригладила волосы. – Прости, Пит, но это слишком интимная тема.

– Это ты меня прости, – быстро проговорил он. – Не надо было мне влезать. Меня ведь это не касается?

Шелби кивнула и поднялась, почему-то чувствуя себя изменницей.

– Мне пора. Спасибо за экскурсию.

– Всегда рад, – ответил Пит, вопросительно глядя на нее. – Помни: я в любой момент к твоим услугам.

* * *

К себе в отель Лола вернулась только воскресным вечером. Это был самый восхитительный уик-энд в ее жизни. Она не понимала, как могла бросить Тони. Ни один мужчина не чувствовал ее так, как Тони Альварес. Лола больше не сомневалась: они родственные души, их судьба – быть вместе.

В номере Лолу ждала целая гора записок и сообщений. За все выходные она ни разу не удосужилась включить мобильник, и связаться с ней никто не мог.

Естественно, она уже видела газеты. «ТОНИ И ЛОЛА: СНОВА ВМЕСТЕ!» Первые полосы «Пост» и «Дейли Ньюс» украшали огромные фотографии. Лола с радостью отмечала, что в паре они смотрятся великолепно. Тексты оказались куда менее радостными. «Лола и Тони Альварес опять сошлись? А как же муж Лолы, МэттСтил? Остался один в Калифорнии? А может, Лола и Тони только друзья?..»

Чертовщина! Мэтт наверняка прочтет и обозлится. Она не хотела его обижать. Просто он такой скучный, с ума можно сойти. Кроме того, с Тони они знакомы намного дольше, и муж, которому осталось недолго пребывать в таком качестве, не должен обижаться, что она вернулась к своей первой любви.

Лола присела на кровать и включила телевизор, одновременно прослушивая записи на автоответчике.

Первым, конечно, шло сообщение от Фей. «Что ты там, черт побери, творишь?! – вопила ее властная пресс-секретарша. – Почему меня не предупредила? Я бы хоть подготовилась к натиску. В понедельник прилечу, и начнем разгребать».

Какая радость! Ждем с нетерпением.

Вторая запись была сделана ее драгоценным адвокатом Отто Ландстормом. «Лола, это неумно, – изрек Отто своим менторским тоном. – Надо как можно скорее поговорить. Ты даешь противнику козыри».

Это еще что за ерунда?

Третье сообщение было от Сельмы. «У мамы будет удар! Немедленно перезвони».

И так далее и тому подобное. Отметились все друзья и знакомые, торопясь внести свою скромную лепту в хор ее воспитателей.

Почему ее не оставят в покое? Как они не понимают? Ей дурная репутация не помеха. Тони Альварес принадлежит ей, и на этот раз она останется с ним, что бы ни случилось.

Она любит Тони. Со всей страстью. Никакая забота об имидже их больше не разлучит.

У Фредди Крейна были свои представления о веселом времяпрепровождении – он любил гулять ночь напролет. А поскольку Фредди еще и коксом баловался, то Линк решил, что это подходящий вариант.

Новая подружка Фредди, супермодель по имени Аллегра, тоже участвовала. Это была барышня ростом метр восемьдесят, австралийка с пронзительным, как алмазный резак, акцентом. Она трещала без умолку, изо всех сил пытаясь внушить своим собеседникам, что когда она наконец начнет сниматься, то Николь Кидман станет выглядеть пионеркой.

– Я уже пять лет как супермодель, – заявила она. – Два раза на обложке «Спорте Иллюстрейтед» – это кое-что значит! В модельном бизнесе я фигура первой величины.

Линку с Фредди, по большому счету, было плевать на ее профессию, главное, сейчас она поддержала их компанию.

У Линка мелькнула мысль, что не стоило бы, наверное, демонстрировать свою слабость к порошку перед болтливой манекенщицей, но потом он подумал: какого черта?! Это Нью-Йорк, Шелби далеко, а главное – чтобы она не узнала, тогда и проблем не будет.

Троица начала расслабляться еще за ужином в «Коко Паццо», где Линк сразу встретил нескольких знакомых. Потом прошлись еще по нескольким клубам, каждый из которых был отлично знаком Аллегре. Она проплывала мимо охраны, небрежно взмахнув рукой, и прямиком двигала в зал высокопоставленных гостей, где заглатывала яблочный мартини такими порциями, словно это был лимонад.