Кандидат в мужья - Лиз Айлэнд

– Понимаю. – Он начал жевать очередной пирожок с сыром.

Она вздохнула, успокаивающе провела рукой по его предплечью, добившись прямо противоположного результата.

– Послушай, я не хотела, чтобы все так вышло. Тем вечером я не успела сказать, как сожалею о том… что произошло с тобой. Я понимаю тебя, Райли, действительно понимаю. Я хорошо понимаю тех людей, которые не могут переступить через случившееся с ними. Так было и со мной после развода.

– Трудно в это поверить, если честно. Ты сильная, Келли. Посмотри, как ты тащишь и свой бизнес, и детей. Я восхищаюсь тобой.

Ее темные глаза сверкнули.

– Ты понимаешь, да? Я не могу оттолкнуть Джея только потому, что ты стараешься меня избегать. Мы же можем объясниться, как взрослые, не так ли?

– Разумеется. – Он нахмурился. – Но я не стараюсь тебя избегать.

– Это хорошо. Потому что в ближайшие недели нам придется видеться чаще.

Райли охватила тревога. Неужели у нее с Джеем что-то серьезное?

– Почему?

Она моргнула.

– День рождения Тревора, помнишь? Ты обещал прийти.

– Ах да.

– Ты придешь?

Он улыбнулся:

– Конечно.

– Хорошо. – В голосе Келли слышалось искреннее облегчение. – Я хочу, чтобы гостей было побольше. Заявится и мой бывший муж.

Райли кивнул:

– Тревор упомянул об этом раз пятьдесят.

Она рассмеялась, и он тоже ощутил облегчение: не все потеряно, если они могут смеяться вместе.

– Он так этого ждет.

– Надеется, что у вас с мужем все наладится.

– Мне надо поговорить с Тревором. Но в последнее время я так занята. – Келли на мгновение задумалась: было похоже на то, что они обсуждают общие семейные проблемы. – Знаешь, это странно. Тина младше, но она понимает, почему мы с их отцом развелись.

– Потому что она девочка. Более практичная.

– Ты так думаешь? Большинство людей, вернее – большинство мужчин, считают, что практичность – чисто мужская черта.

– В семейных делах как раз женщины более практичны. Они трезво смотрят на жизнь, – сказал Райли и подумал: «Могут целоваться с одним в четверг, а в субботу отправляться на свидание с другим».

Но слава Богу, не сказал. Тем более что по отношению к Келли это было нечестно.

А Келли покачала головой:

– Боюсь, моя сестра не укладывается в твою теорию. Она уже много лет боготворит своего бойфренда, и это ни к чему так и не приводит.

– А к чему должно привести?

– Ну… – Келли пожала плечами. – Свадьба – идея, уже отжившая свое?

– Насколько я понимаю, тебе этот парень не нравится. Почему же ты хочешь, чтобы она вышла за него?

Келли рассмеялась:

– Я не думаю, что он достоин ее, но меня оскорбляет его нежелание жениться на ней. Нелепо?

– Наверное, нет, с точки зрения старшей сестры.

– Я просто не думаю, что он именно тот, кто ей нужен.

– Ты хочешь сказать, они не созданы друг для друга?

Келли закатила глаза:

– Я никогда ничего такого не говорила, пока не встретила тебя! Теперь все это постоянно лезет из меня. Твои странности передались и мне.

Джей вернулся с полной тарелкой закусок:

– Вы какие-то не такие. В чем дело?

– Келли только что сказала, что я странный.

Джей рассмеялся:

– Я это понял еще в первом семестре в колледже. – Он наклонился к Келли: – Вот, возьми поджаренную на гриле креветку. Божественный вкус.

Райли смотрел, как Келли ест с тарелки Джея, и ревновал. Но он знал, что должен перебороть это чувство.

– Пожалуй, я покружу по залу.

Но разумеется, он прямиком направился к двери. На этих мероприятиях ему всегда было как-то не по себе, а сегодня – особенно.

На кухне стоял невообразимый шум. Оттуда были слышны крики и слышался звон ударяющихся о стены и пол сковородок и кастрюль. Доносились сдавленные рыдания и хлопанье дверей. Все это могло разбудить если не мертвых, то уж соседей Райли точно. Он направлялся к кухне, когда в коридоре появился Натаниэль, прижимая к голове полотенце, вероятно, скрывая рану. Райли никогда не видел своего дворецкого таким всклокоченным.

– Все! – воскликнул Натаниэль. – Это конец! Я больше не потерплю его оскорблений!

Райли нервно теребил пояс халата:

– Что случилось?

– Фаярд! Я сыт им по горло! Больше никогда с ним не заговорю! Это конец.

Райли понял, что ситуация на грани катастрофы. Рушилась, казалось бы, устоявшаяся жизнь. Его лучший друг встречался с женщиной, которая ему нравилась. В доме царило запустение. А теперь его повар и дворецкий (может, и оба) могли уйти.

– Что случилось?

– Фаярд швырнул в меня кусок жареного мяса.

Райли посмотрел на полотенце.

– Он поранил тебя жареным мясом?

Натаниэль закатил глаза:

– Нет, я поранился, когда спешил к раковине, чтобы смыть соус с рубашки. – В качестве доказательства он представил мокрое пятно на рукаве.

Райли покачал головой:

– С этим нужно что-то делать.

– Конечно! – воскликнул Натаниэль. – Соус на шелке – это неслыханно!

У Райли перехватило дыхание. Только не это – он больше не хотел никаких изменений.

– Надеюсь, что ты не уходишь?

– Чтобы этот стероидный громила посчитал себя победителем? Да я раньше отправлю мои сшитые на заказ костюмы в Армию спасения.

– Но тогда…

– Я просто объявляю ему бойкот. – Натаниэль вскинул подбородок. – Это более достойное поведение, чем устроить скандал и уйти. И потом, здесь и мой дом. И больше я определенно не позволю ему швыряться в меня жареным мясом. – Натаниэль повернулся и гордо направился к своей комнате. – Это мальчишество, мальчишество! – Он глубоко вздохнул и обернулся. – Извините, что разбудили.

Они, возможно, разбудили и половину Далласа.

– Тебя не нужно отвезти в больницу?

По телу Натаниэля пробежала дрожь.

– Нет, я в порядке. Хотя может прийти день, Райли, когда мне придется уйти. Я вернусь в Европу и найду человека, который оценит меня по достоинству!

– Ты этого не сделаешь! – почти взмолился Райли. – Что тогда станет со мной?