Он, она и собака - Джейн Мэй

– Если я дам тебе еще один крекер, ты сядешь?

Я не только сел, но и поднял передние лапы.

– О, да ты не только красавчик, но еще и умница!

Я вильнул хвостом и вдруг осознал, что сижу совсем рядом с новой знакомой.

– Ты очень ласковый песик.

Только с избранными.

– И чего все разбегались? Мы ведь подружимся?

Я лизнул ее пальцы, пахнущие крекерами.

– Какое облегчение! – выдохнул Черный. – Ты ему нравишься! Дорогая Ребекка, ты спасла меня и мое шоу.

В комнату влетела запыхавшаяся Конопатая, которая какое-то время отсутствовала.

– Господи, все идет кувырком! Рене в дурном настроении, а ему еще надо сделать укладку Ребекке. Кларисса сучится, ну, вы знаете, она это любит. Отказывается надеть платье с косым подолом. Говорит, что в нем у нее большая задница. А на брюках Тода сломалась молния. И нигде ни одной булавки!

– Довольно! Я чувствовал, что здесь будет сплошной дурдом… – Черный выскочил за дверь.

Конопатая последовала за ним. Моя новая знакомая, Ребекка, дала мне очередной крекер и почесала за ушком.

– Увидимся позже, красавчик.

Я лизнул ей нос, чтобы укрепить дружбу.

– Передайте Рене от меня привет, – сказала Джейн.

– Он вас стрижет?

– Нет.

Чернушка Ребекка ухмыльнулась:

– А, поняла, вы – любовники.

– Нет, что вы! Он не в моем вкусе!

Ребекка пожала плечами.

– Не повезло вам. Я слышала, что у него гигантский член.

– Как у Майлса, должно быть.

– Действительно?

Джейн смутилась.

– Вроде того. Забудьте, что я это сказала.

Стоило Ребекке уйти, как снова заглянула Конопатая.

– Суши спрашивает, не желаете ли вы перекусить.

– Теперь, когда вы задали этот вопрос, я почувствовала зверский аппетит, – ответила моя хозяйка.

Я тоже чувствовал голод. Крекеры только разожгли аппетит.

– Здесь отличный ресторан. Дверь в дверь с нами. Сейчас принесу меню.

В этот момент у Конопатой зазвонил телефон.

– Что? О, я совсем забыла! Простите, Суши… нет, сейчас же буду… да, уже бегу. Одну секунду! – По тому, как жалобно скривилось ее лицо, я решил, что Конопатой не стоило отвечать на звонок. – Строит из себя примадонну, – пробормотала она.

– Что произошло? – спросила Джейн.

– Мой босс рвет и мечет. Простите, мне надо бежать. Меню я вам занесу.

Едва за Конопатой закрылась дверь, кто-то вновь постучался.

Кто там еще?!

Если честно, это постоянное хождение туда-сюда уже здорово меня раздражало. Ничего себе, тихая комната!

Вошел мужчина с выпученными, как у мопса, глазами и таким же вздернутым носом.

– Простите, что беспокою…

«Поздновато извиняться, урод!»

– Тихо, Майлс, не рычи!

Но…

– Меня зовут Говард Дифранко. Мне велели сделать несколько фотографий.

– Уверена, речь шла не обо мне.

– Если бы я решал, кого снимать, то выбрал бы именно вас. – Мопс широко улыбнулся. – Вы очень хорошенькая.

Моя хозяйка застенчиво опустила голову и заправила волосы за уши.

– О, перестаньте…

– Я не шучу. Но меня прислали фотографировать пса.

Я насторожился, хотя слова «фотографировать» не знал. Однако Джейн не проявила признаков беспокойства. Просто велела мне сидеть неподвижно и разрешила Мопсу делать снимки.

Честно говоря, я здорово перетрусил. Из меня собирались делать какие-то снимки! Оставалось надеяться, что для этого не режут на кусочки.

Мопс несколько раз щелкнул какой-то черной штукой, которая мигнула яркой лампочкой (заставив меня слеповато поморгать).

– Отлично, я все снял. – Он приблизился ко мне. – Спасибо, парень, с тобой легко работать.

Я на всякий случай зарычал.

– Вот так всегда. Пара снимков, и они уже мнят себя звездами, – засмеялся Мопс.

Джейн улыбнулась:

– Это точно.

Стоило Мопсу уйти, как появилась Конопатая.

– Начало через десять минут. Мы должны поторопиться.

– Похоже, бесплатного ленча я не дождусь, – пробормотала Джейн себе под нос.

В общем, мы последовали за Конопатой Тришей в общий зал через помещение, где все еще творилось нечто невообразимое. Все были на взводе, пахло косметикой и потом, люди носились и что-то постоянно вопили. Хуже всех себя вел Черный.

– Триша! – заорал он во все горло, указывая почему-то на меня. – Ты видишь, что тут не так?

Мы с Конопатой посмотрели друг на друга. Судя по озадаченному лицу девчонки, она понятия не имела, о чем речь.

– Разве мы смешиваем стиль casual и формальный?

Триша побледнела.

– Н-нет…

– Я же сказал, на Майлсе должен быть черный галстук! Разве я не говорил этого? Говорил или нет?

– Говорил, Суши, да…

Если бы я был на месте Конопатой, то после такого обращения просто откусил бы Черному голову, выплюнул, сверху пописал и покакал, а затем пнул бы в дальний угол комнаты.

– И где же галстук? А? Ау-у, галстук!

– Он остался в комнате ожидания. Сейчас я…

– Немедленно! В нашем бизнесе дорога каждая секунда! – взорвался Черный. Он брызгал слюной и махал руками, как большой вертолет. – Неси! Быстро! Чего ждешь?

Конопатая рванула обратно в комнату, как псина, которую в зад ужалила пчела.

Сразу же возле нас возникла Ребекка. Она одергивала короткое платье и вышагивала со всей возможной осторожностью на каблуках, высоких, как я сам.

– Приветик, малыш!

Радуясь встрече с единственным нормальным человеком среди толпы странноватых персон, я завилял хвостом и глухо гавкнул. Затем, поразмыслив, завалился на спину, открывая беззащитный животик. Этакий комплимент. Ребекка наклонилась меня почесать, и из корсета у нее немедленно вывалилась грудь.

– Ой! Недостатки модного наряда, – хихикнула она, заправляя грудь обратно.

– Я так и знал, что твои сиськи слишком велики для этого платья, – простонал Черный. – Лишь бы не вывалились во время показа. Не надо было тебе меняться платьем с Клариссой. Ладно, поздно сожалеть…